Блок-пост

Мария Ивановна сидела в прескверном настроении. А ведь ехала сюда из глухой деревни Архангельской области и видела себя богатой наследницей: на шикарной вилле, окруженной толпой поклонников, в дорогом лимузине с личным шофером. Ее надежды на тетушкино богатство оказались призрачными. После оплаты долгов денег хватила на темную однокомнатную коморку в самом безобразном районе большого города.

Марию Ивановну, незамужнюю учительницу тридцати с небольшим лет, ее жизнь в России, в общем, устраивала. Работу

она свою любила, начальство не придиралось, родители учеников ее очень уважали, а дети просто бегали по пятам за своей учительницей. За границу она не рвалась.

Но ее мать просто не оставила дочери не единого шанса. Ибо откажись она от такого блестящего предприятия, он бы только опозорила свою мать, которая собственноручно оформляла выездные документы, своими ногами бегала по посольствам, и всех кто хлопотал за нее.

– Что толку знать четыре иностранных языка и сидеть в своей деревне,- любила повторять мамина подруга.

Они же не знали, что любезная тетушка прокутила все свое состояние, и что все ее родственники отказались от наследства, чтобы не платить огромные долги усопшей.

Вот и выписали из России дурочку.

В качестве богатой наследницы Мария чувствовала себя крайне неуютно. Девушке приходилось посещать чуть ли не в обязательном порядке различные сборища полусвета, которые в России назывались модным словом тусовка. Там было довольно скучно: разговоры велись в основном вокруг подробностей интимной жизни известных людей: кто на ком женится, кто с кем разводиться, как зовут чью-то любовницу, подробностей финансовых махинаций. Все сопровождалось таким обилием непристойных и пошлых подробностей – казалось, все эти люди старались доказать все миру, а главное самим себе, что все остальные такие же праздные и порочные. Причем постоянные посетители таких увеселительных собраний, независимо от их возраста и пола, отличались крайним невежеством в самых элементарных вопросах.

Например, дама лет сорока в течение часа вспоминала, в какой части света находится их страна. Спортивного вида юноша до хрипоты спорил со своим отцом, выясняя интересный вопрос: кто появился раньше – древние греки или древние римляне. Девицу лет двадцати, считавшую себя великим знатоком и ценителем музыки всех времен и направлений, имена Моцарта и Гайдна повергали в уныние. Бедняжка надрывала слабенький умишко, тщетно пытаясь вспомнить, в какой рок-группе они выступали и на какой студии записали свой первый диск. И даже четырнадцатилетняя ученица престижного пансионата с трудом изображала химическую формулу воды. Эти люди были не просто уверены, а прямо-таки убеждены, что хлеб растет на деревьях, овощи, фрукты и грибы в баночках и красивых упаковках прямо в подсобных помещениях супермаркетов.

Мария Ивановна была явно чужая на этом празднике жизни – женщины ее ненавидели за ум, красоту и утонченный вкус, а мужчины откровенно побаивались за те же самые качества. Чтобы обмануть такую женщину, втереться к ней в доверие, им бы пришлось потрудиться. Только самые отчаянные альфонсы осмеливались предложить ей свои услуги. Но успеха никто из них не добился. У Марии эти накаченные мальчики с интеллектом в одну извилину вызывали стойкое отвращение.

Потом девушку стали осаждать кредиторы, досаждая тетушкиными долговыми расписками, угрожая тюремным заключением. Дамы

полусвета в таких случаях поступали очень просто: выписывали новые долговые обязательства, под наследство какой-нибудь престарелой родственницы (как правило, уже тоже не раз заложенному и перезаложенному) или под деньги будущего богатого мужа.

В отличие от них, Мария Ивановна не умела жить в долг, надеясь на чудо, и постоянно опасаясь неминуемой расплаты. Сначала опустели счета в банках, и пришлось расстаться с дорогим лимузином, потом ушли драгоценности и вечерние наряды. Потом был продан тетушкин особняк на окраине, утопающий в зелени небольшого парка. Прислуга и шофер получили, наконец, свои зарплаты, на которые они уже и не надеялись. Долги были оплачены, и даже после покупки квартиры осталось кое-что на жизнь. Девушка, поняла, что больше в этой стране делать ей нечего.

Как всякая умная женщина, Маша обратилась в посольство. Секретарь посольства, Машина давняя подруга по институту, обещала помочь. За услуги она денег не взяла, но попросила подождать. Все это время нужно как-то жить: есть, пить, оплачивать коммунальные услуги (свет, отопление и прочие), платить налоги. Естественно деньгами.

Мария Ивановна выросла в деревне Архангельской области и не брезговала никакой работой. Но то объявление оказывалось старым, и работник был уже нанят, то работодатели просто не хотели связываться с эмигранткой (особенно из России).

Таяли деньги, вместе с ними таяли и последние надежды.

Однажды, пребывая в унылом состоянии, Мария Ивановна, на предпоследние деньги купила веселенькую газету, в которой была напечатана всякая чепуха. И на последней странице девушка прочла объявление, которое заставило чаще биться ее сердце:

Начальная школа села Лебенталь ищет учителя начальных классов, имеющего опыт работы с трудновоспитуемыми детьми и согласного на переезд в сельскую местность.

"Что за головорезы живут в этой деревне, если даже малолетним детям требуется тюремный надзиратель" – подумала Мария Ивановна. Но, с другой стороны, это был ее шанс устроиться на работу, не посудомойкой, не уборщицей, а по специальности.

Если уж школа ищет работника через несерьезную газету, то дела их действительно плохи, и администрация школы не будет сильно привередничать.

Мария Ивановна заложила отложенный на черный день бриллиантовый гарнитур – сережки и колье. И перед отъездом зашла попрощаться к своей подруге.

– Машка, да ты с дуба упала! В Лебентале всякая чертовщина творится, люди пропадают. Это в конце двадцатого века, в центре просвещенной и цивилизованной Европы. Подожди хотя бы месяц, мы найдем тебе приличную работу, – охладила ее пыл Лариса, та самая отзывчивая подруга.

– А этот месяц я воздухом должна питаться, а налоги ты за меня заплатишь. Давай я лучше совсем к тебе переселюсь – так дешевле.

– Ну и катись в эту деревню, там тебе самое место.

До места добираться было долго и нудно. Сначала она ехала несколько часов на автобусе до маленького городка, затем от пристани несколько часов на катере. Уже подъезжая, Мария подумала, а стоит ли туда вообще ехать, не лучше ли вернуться.

Девушка спросила у капитана, когда обратный рейс, оказалось, что он будет возвращаться через час, а следующий рейс через неделю.