Блок-пост
Шрифт:
– Уметь надо! Это вам не собак по лесу гонять с утра до ночи.
И вдруг Мария вспомнила, что недавно мальчишки действительно заявились на учебу промокшие, стуча зубами не то от холода, не то от страха. И они долго сушили одежду, завернувшись в одеяло. Но тогда они сказали, что просто упали в воду.
И еще как Вася и Дина выступали на сцене в детском спектакле. Васю брать не хотели категорически – мальчик был некрасивым, да и текст запоминал с трудом. Но маленькая прима была непреклонна – или с Васей или вообще никак. Вопреки ожиданиям, Вася никого не подвел, показывал всем
Дедушка считал, что театр – этот рассадник порока, лени и непристойности, не место для его внука.
– Это у него от твоего папочки, – ворчал он на супругу, – от этого Данилы – недокормыша, будь он неладен. Права была моя мама.
И еще много-много разных историй рассказано было на этих чаепитиях.
Этих историй хватило бы на несколько томов. Самопальные экспедиции по отлову НЛО, пришельцев из других миров, охотники на ведьм, отдали бы полжизни, чтобы узнать хотя бы половину этой информации. Но лес хорошо охранялся.
А Мария Ивановна никому не рассказывала об услышанном, считая это детскими фантазиями:
– Ну, какая девочка не воображала себя феей? А какой мальчишка не зачитывается волшебными сказками? Ну, фантазируют ребятишки – что в этом такого! На то они и дети, чтобы верить в сказку.
Со стороны казалось, что в школе царит полная идиллия, что Мария Ивановна просто получает деньги за удовольствие. Но никто не видит переживаний и даже слез учительницы.
Бедная девушка узнала, что эльфы и никсы существуют на самом деле. Они гордо называют себя "хельве", но совсем не такие беленькие и пушистые ангелочки, какими их описывают сказочники и фантасты. Ник и Ганька, например, те еще чадушки, готовы бурно развлекать себя круглые сутки, просто неистощимы на всякие ехидные шутки и розыгрыши. И горе тому, над кем они решат повеселиться.
Учительница пыталась объяснить этим шутникам, что другие люди такие же чувствующие и думающие существа.
И что той глупой толстушке, наверное, очень обидно и холодно идти по улице в мокром платье. И те прежние учительницы не такие уж и плохие. Они же не виноваты, что у них нет опыта и терпения Марии Ивановны. Не всякий может спокойно улыбнуться, когда висят на высоте полутора метров от пола, вместе со стулом и столом. Дети поняли, что нечестно было так поступать с людьми, которые не могут от них ничем защититься.
Ганька сразу вспомнил, как злые люди обзывали его маму ведьмой и кидали в нее всякой гадостью, прогоняли из своего дома. Ганька и Хильда были тогда еще маленькими. Ребятишки готовы были убить каждого, кто обижал их мать. Но были еще очень маленькими и слабенькими, только и могли, что плакать вместе с мамочкой. И ему стало жалко эту женщину, которую они собирались облить. И тучка над ее головой, которая ходила как привязанная, тут же рассосалась. Женщина облегченно улыбнулась, и мальчишкам стало так спокойно и светло, как еще никогда в жизни не было.
Некоторые словечки и выражения, которые иногда вылетали из ротиков этих созданий, никак не сочетаются с представлениями людей о
У Дины вдруг выявилась жуткая страсть к мелким пакостям. И еще странная осведомленность о некоторых аспектах отношений между людьми. Хильда отличалась обостренным чувством справедливости и иногда довольно сильно, порой до крови, колотила брата и его друга. Вася иногда становился чересчур прижимистым, даже с Диной. Дети были в чем-то не погодам развитыми, знали много такого, чем только начинают интересоваться в двенадцать или тринадцать лет, а в чем-то удивительно инфантильными.
А родители!
Динина мама, например, не видела ничего предосудительного в том, что дочь регулярно вовлекается в бурные мамины романы – носит записки кавалерам, обсуждает с мамой и ее подругами достоинства маминых ухажеров, даже те, о которых девочкам знать не полагается:
– Что естественно, то не безобразно.
А папа Ника спокойно смотрит на то, что его сын с другом бесконтрольно слоняются по лесу, где попадают в разные неприятные истории:
– Им каждая сосна – стена, каждый кусток – закуток. Никакие стены не защитят их лучше.
Он очень сердился, когда ему напоминали о том, что маленький Ник нуждается в присмотре. Что это ненормально, когда десятилетний мальчик неделями живет один в доме. И о том, что ребенку нужна женская ласка. Глаза мужчины становились сразу такими холодными и колючими:
– У него уже была мама. Хватит!
Учительницу очень беспокоило то, как папа объяснил сыну ее отсутствие. Девушке казалось, что слишком жестоко говорить такому маленькому ребенку: "Твоя мать – кукушка!", даже если это правда.
– Во-первых, – отвечал ей мужчина, – нельзя обманывать маленьких, правду он все равно узнает, во-вторых, Ник уже не нуждается в глупых отговорках.
Будь это любая другая женщина или девица, он бы просто грубо осадил ее: "Не ваше дело!". Но взрослый никс чувствовал, что не из простого любопытства эта девушка пытается вникнуть во все эти семейные сложности. Он и сам чувствовал: что-то у них не так. Старший Ник просто объяснял ситуацию со своей точки зрения. Оба – папа и учительница хотели мальчику только добра. Но девушка считала его маленьким ребенком, на которого очень рано выплескивать всю грязь взрослых отношений, рано обрушивать взрослые проблемы. Отец утверждал, что это вполне взрослый и самостоятельный юноша, который уже два года обходится без нянек. А мамы не было. И никак не удавалось им договориться.