Чтение онлайн

Дину почти каждый день навещали ее друзья, рассказывали новости, приносили угощения и книги, весили и развлекали девочку. Дина была рада такому вниманию к своей персоне. Раньше ее жалела только мама, да и то если было хорошее настроение. В это время они близко сошлись с Васей. Их дружба удивляла даже много повидавшую Васину бабушку. Практичный и уверенный в себе мальчик опекал нежную одноклассницу.

Все больные поправились. Дети готовились к рождеству – учили стихи и песни, придумывали и разыгрывали забавные сценки. Ребятишки приготовили подарки с сюрпризами для родителей. Они по нескольку часов в день каллиграфическим подчерком переписывали загадки, интересные рассказики и песни, которые сами же и придумывали, рисовали картинки. Начались

каникулы, но дети все равно прибегали в школу: встретиться с друзьями, поболтать с учительницей, прорепетировать рождественский концерт для родителей. Только Ник часто замирал и прислушивается к темноте за окном. Никто не спрашивал. Все и так знали, что мальчик ждет отца, о котором никто ничего не знает. И скучает

Вот и наступил Рождественский праздник. Дверь распахнулась, и вошел очень высокий мужчина и со всеми поздрорвался. Ник бросился к нему и повис на шее: "Дядя Эрик, как там папа? Почему его так долго не отпускают?" Эрик как завороженный смотрел на учительницу. Его теребил любимый племянник, что-то спрашивал, приставал с ласками. Но это не имело сейчас никакого значения. Она была удивительно хороша в своем вечернем платье с распущенными пышными и длинными волосами. За свою жизнь он успел познать много женщин. Все красавицы, которых он знал до этого, были или законченными стервами или непроходимыми дурами. Причем утром их красота смывалась вместе со слоями "штукатурки", обнажая их устрашающую убогость ("от этих жутких образин, так и тянет в магазин").

Красота этой девушки другая – яркая, но в то же время спокойная, величавая, но не надменная. И утром не смоется. Эрик понял, что всю жизнь искал именно ее и решил жениться на Марии, чего бы это ни стоило.

Начался праздник. Дети пели, танцевали. Родители были довольны праздником, детьми, самим собой. Пришло время расходиться. Эрик пригласил Марию на правах младшего брата хозяина в домик на озере. По пути они пели, баловались и кидались снежками. Мария Ивановна радовалась, что у нее не будет одинокого праздника.

Маленький Ник радовался больше всех, ведь впервые после больницы он будет ночевать дома. Эрик старался превзойти себя в остроумии.

Вот они уже на месте. Отопление включено, ужин собран. Они зажгли свечи и сначала просто пировали. Дядя Эрик спел несколько задушевных песен под гитару, одну даже про любовь:

А на сердце опять горячо-горячо,

И опять, и опять без ответа.

Мне с березки листочек упал на плечо -

Он, как я, оторвался от веток…

Маленький Ник весело носился по дому, стараясь посидеть в каждом кресле, на каждом стуле, прикоснуться к каждому предмету. Он здорово соскучился по дому.

Только компьютер малыш осторожно обходил стороной – именно на него пришел приказ папе явиться в центр. Затем пришло время рассказов.

Сначала Мария рассказало о своей жизни. Затем Ник поведал дяде о своих шалостях, и что с ним приключилось без папы. И о больнице, и о новых друзьях, и о глупых приезжих тетках. При этом тихонечко вздрагивал, прижимаясь к дяде. Затем пришлось рассказывать Эрику.

Оказалось, что отец Ника попал в очень плохое положение. Он имел доступ к кодам, отрывающим переходы между мирами. В молодости он воевал в партизанском отряде в одном из отсталых миров. А еще раньше в Белоруссии, в Краснодарском крае. Он доставлял оружие, уводил тайными водными путями в безопасное место раненых, беженцев. Их организация пользовалась неофициальной поддержкой волшебной страны, но официальные лица категорически отрицали все контакты. Поэтому все бывшие партизаны старались скрыть всеми возможными не возможными путями этот факт своей биографии. По такому обвинению можно хватать любого старше пятнадцати лет.

В связи с очередной утечкой информации стали проверять всех никсов. Почему-то решили придраться только к некоторым.

Отец Ника был обвинен по десяти пунктам, основными их которых были контрабанда, несакнционированный провод людей через переходы, использование тайных кодов доступа к разным мирам. Судьи не учли годы тяжелой и опасной работы на благо родины предков. За него вступились и беженцы, спасенные от неминуемой гибели, один влиятельный князь, почти весь спецназ. Даже начальник академии, где учились братья, и тот не мог повлиять на ситуацию.

Комиссия была непреклонна. Эрику показалось, что она работает не по закону, а по прейскуранту. Кто-то хорошо заплатил, чтобы упрятать брата подальше.

Невиновность осужденного была не просто очевидна, она бросалась в глаза. Чтобы не видеть этого надо быть либо слепоглухонемым, либо иметь интеллект месячного младенца, либо сознательно закрывать глаза и уши. Эрик уже со своими друзьями начал свое расследование, уже были собраны доказательства. Но почему-то их не принимали во внимание. Кто-то просто очень хотел видеть старшего Ника за решеткой. А все это разбирательство, этот грубый фарс, нужно только для того, чтобы соблюсти нелепый ритуал.

Маленький Ник, слушая дядю, задыхался от горя и безысходности, до крови кусал губы – "Лучше бы он никогда не приезжал". Из всего длинного дядиного рассказа мальчик понял только одно – папа не приедет очень-очень долго. И еще – папе очень плохо, его там сильно обижают и наказывают.

Не сговариваясь, Эрик и Мария бросились к мальчику, стали его жалеть и успокаивать. Внезапно полились слезы, минуту спустя ребенок уже ревел в голос.

Наревевшись, он устало заснул на коленях у Марии, но девушка продолжала гладить его волосы и шептать ласковые слова. Заметив, что ребенок спит, девушка передала его на руки дяде. Затем она постелила ему на диванчике. Потом раздела, тихонечко уложила в постель, укрыла одеялом и поцеловала мокрое от слез личико.

– Какая из нее заботливая получится мама,- подумал Эрик, – совсем не похожая на жену брата, настоящую кукушку.

Вьюжная зимняя ночь, они отрезаны от всего мира. Рядом с ним находятся самая потрясающая женщина в мире. И вдруг Эрик понял, что не может ее даже поцеловать.

Это была совсем другая женщина. Эрик уже забыл, если честно, что такие женщины бывают – не зацикленные на минутном удовольствии, считающие случайную интрижку ниже своего достоинства, которые способны любить бескорыстно. Такой была его мама, такая его сестра. В отличие от его бывших подружек, Мария вполне могла обидеться на непристойное предложение. Он чувствовал, Мария не будет говорить громких слов, устраивать театральных сцен, она просто перестанет его уважать. И тогда все мечты о свадьбе, о детях, которым они могли бы подарить миру, о теплом гнездышке можно смело похоронить. Он долго ворочался с боку на бок, пока не забылся беспокойным сном.

Мария Ивановна тоже не спала в уютной комнатке для гостей, прислушиваясь к дыханию маленького Ника. Что-то произошло за этот вечер. Девушку терзало смутное чувство, которое она столько лет подавляла. Она не знала, как быть. С одной стороны Эрик ей очень нравился внешне, она буквально очарована его голосом, его такой преданной любовью к брату и его сыну. Но Маша очень боялась, боялась полюбить, допустить в свою душу этого мужчину. Был уже у нее один такой гитарист.

Она полюбила и бросилась в эту любовь, как в омут. Она доверяла свои самые сокровенные тайны, делилась наивными детскими мечтами, ради него забывала свои дела и даже девичью гордость. А он просто развлекался. Он пересказывал все своим дружкам, и они гоготали на ней и над ее подругой, показывали на обеих девочек пальцами, сочиняли грязные истории. Этот парень даже не считал нужным прятаться при этом. От такого удара бедная девушка не оправилась до сих пор. Но тогда она была очень молода и доверчива. А кто знает, чего стоят слова и песни Эрика? Где гарантия, что он не окажется таким же, как тот ее первый красавец? Тот ведь тоже красиво закатывал глаза и так натурально охал.