Чтение онлайн

— Помнишь точную дату той эсэмэски?

— Конечно. Потом в полиции несколько раз показания давал. Пятое июня 2015 года, — Иван взял шоколадную обертку и стал складывать кораблик. Его лицо было было напряжено, губы плотно сжаты. Наконец, он взглянул на нас. — Вот, собственно, и вся история. А почему вы сейчас об этом вспомнили?

— Хотим убийцу найти и посадить.

— О, круто. В детективов играетесь?

— Типа того. Ты знаешь, что он хотел забрать песни у Сарса и отдать другому певцу?

— Знаю. Только не певцу, а певице. Елене

Леоновой.

— Этой попсовой певичке?! — я искренне удивилась.

— Да не скажи. Володе нравился ее голос, диапазон. Да и девка красивая, между нами говоря. Тогда уже довольно известная певица была. Володя считал, что Сарс поет его песни неправильно, слишком разнузданно, что ли. Пошловато, в общем. А Лена своим исполнением придаст им глубины, откроет смысл. К тому же его бесило, что некоторые песни Сарс положил под сукно и вообще не собирается петь.

— А как же деньги, полученные от Сарса? Вряд ли они договаривались на временную аренду.

— Володя был готов все вернуть. Елена давала намного больше. Особенно за хиты: «Уходи без упрека», «Мне все параллельно», «Без тебя не дышу я» и еще какие-то, не помню уже.

— Как ты думаешь, — спросил, помолчав, Арчи. — Сарс мог его убить, чтобы не отдавать песни?

Иван долго молчал, теребя свою кружку и шурша очередной оберткой от конфеты. Потом пожал плечами.

— Ну, может, и мог, а что дальше? Уже не доказать ничего.

Когда Иван ушел, на столе осталась целая флотилия из конфетных фантиков. Я принялась готовить обед, хотя по времени это был скорее ужин. Нажарила котлет по маминому рецепту: куриный фарш с кабачком и зеленым луком. Котлеты получаются нежные и сочные, как попка младенца. Настрогала салат, сварила картошки.

Арчи то разухабисто пел песни Сарса, то листал свой философский томик из заднего кармана, то писал какие-то сообщения в телефоне. Выглядело это примерно так:

— «Вежливость — фигОвый лист эгоизма».

— Может, фИговый?

— Может, и фИговый, но очень фигОвый. «А мне все параллельно, все перпендикулярно, ла-ла-ла!…» Пим! (звук новой эсэмэски).

— Ты как волк, бегающий со сковородкой за яйцами, — ворчала я. — Не можешь чем-нибудь одним заниматься?

— Не могу, у меня СДВГ! Дефицит внимания. Не уделяют его мне…

— В наше время это называлось ШВПТ.

— Что?

— Шило в пятой точке!

Мне было почему-то неспокойно на душе, переживала, как там бар, все-таки пятница, сложный день, а на посту новый бармен и неопытный Потап. Писала Потапу каждый час, а в ответ только «палец вверх». Арчи смеялся и говорил, что я как мамочка, усыновила его «Амбар», и что мне надо учиться расслабляться и позволять событиям идти своим чередом. И что если неприятностям суждено случиться, но не стоит им мешать. Пусть случаются, сколько им вздумается.

Арчи вообще был в подозрительно прекрасном настроение, хотя мы ни на шаг не продвинулись в нашем

расследовании. Марина, вдова Володи Мосина, ответила на мое сообщение лишь спустя много часов. Написала, что находится в другой стране и что рассказывать ей нечего: мол, все, что могла, уже рассказала следователю десять лет назад. Арчи, узнав об этом, лишь хмыкнул и уткнулся в телефон. С кем-то он переписывался весь вечер и блаженно улыбался. Наконец, я решилась задать вопрос, который давно уже крутился на языке:

— Братик, признайся честно, ты ведь не просто так ездил в Таиланд? Не только, чтобы дочку навестить и скрыться от телохранителей Сарса? Ты хотел встретиться с Аленой, так ведь?

Арчи отложил телефон и внимательно посмотрел на меня.

— Надо выпить, — сказал он, наконец, и я достала из холодильника недопитый ром. Закуска в виде обеда-ужина уже стояла на столе. Арчи налил себе и мне, даже не слушая мои протесты. Мы чокнулись и я, ругая себя за слабость, пригубила обжигающий напиток.

— Когда я расшифровал письмена купца Ладогина, то был, конечно, ошарашен, — начал Архимед свой рассказ. К нам тогда еще кот пришел, не знаю, где он раньше ошивался, но как мы начали ремонт в цоколе, он сразу заявился и дал понять, что будет тут жить. И это не обсуждается. Я тогда еще не знал, что это за кот, но спорить не посмел. По глазам понял, что это чертовски умный и опасный кот. И с ним лучше дружить. А когда прочитал у Ладогина про его питомца и сопоставил его Барона с нашим Барсиком… Просто голова кругом пошла. Дело даже не во внешности! Да, такой бантик у котов на шее — это редкость, он как будто акрилом нарисован. Но дело не в бантике. Я просто каждый день ходил на стройку и разговаривал с котом. Он знает даже больше, чем ты и я вместе взятые!

— Погоди, погоди! Я один вопрос задам, ты только не обижайся. Ты точно уверен, что кот понимает нас, а не просто кивает и качает головой наугад, или как-то предугадывая по мимике наши ожидания? Может, мы сами приписываем обычному уличному коту волшебные свойства?

— А ты сама точно понимаешь русский язык? Может, ты просто говоришь разные сочетания звуков наобум, а людям кажется, что ты с ними разговариваешь?

— А может, все люди так и общаются? — подхватила я. — Делают вид, что понимают друг друга, а на самом деле, каждый лепечет что-то свое и приписывает другому те чувства и мысли, которые есть у него самого?

— Да по факту так и есть, — пожал брат плечами. — Взаимопонимание — самая приятная и самая обманчивая человеческая иллюзия. И за это не грех и выпить. — Арчи опрокинул в себя ром, я сделала вид, что тоже выпила. — Но вот что касается Барсика, он точно знает побольше нашего. Что мы с ним только не обсуждали! От причин и последствий февральской революции до трудов Сенеки и Марка Аврелия. Единственное, про что он не знает или не хочет говорить — это как Ладогин добился его долгожития. Коту, на минуточку, сто семьдесят пять лет! Это как для человека тысяча лет. Немыслимо…