Чтение онлайн

Как ты знаешь, еще в двадцатом веке было известно, что основная функция иммунной системы - охрана организма. Иммунитет уничтожает не только чужеродные клетки, проникшие в организм, но и клетки злокачественных новообразований. Однако именно иммунитет препятствует приживлению инородных тканей при трансплантации. Лишь у однояйцевых близнецов, организмы которых генетически идентичны, возможна пересадка органов. Да разве что еще у клонов, до которых здесь еще не додумались. Так вот... в 1953 году Гашек и Медавар, независимо друг от друга, открыли явление иммунологической толерантности при парабиозе...

–

А нельзя ли проще!

Шарль удивленно посмотрел на меня.

– Ну, что ты так смотришь?
– Я невольно улыбнулся.
– Если я начну сыпать терминами из своей сферы, ты меня тоже вряд ли поймешь...

– Сдаюсь!
– Шарль поднял руки вверх.
– Гашек и Медавар открыли, что если клетки инородного организма вводить в систему кровообращения эмбриона, то позднее этому зародышу, естественно, уже родившемуся и подросшему, можно будет пересаживать органы от организма, клетки которого ему были введены в утробе. Усек?!

– От организма, клетки которого были введены...
– повторил я.

– Совершенно верно... Это был первый шаг на пути преодоления тканевой несовместимости. Позднее появились более эффективные методы ликвидации тканевой несовместимости. Как я уже сказал: вследствие схожести природных условий на Земле и Аруане, у нас схожи даже белки и гены...

– Я понял, что тебе удалось преодолеть несовместимость между землянами и аруанцами, - перебил я Шарля.
– Но ведь это не все?..

– Не все, - согласился Шарль.
– Нужен был контрольный эксперимент.

– Юна?
– коротко спросил я.

Леруа вздрогнул, но тут же совладал с собой.

– Значит, тебе и это известно?

– Догадаться было не сложно. Итак, Юна была первой... А кто - второй?

– Юна была не первой. Но боюсь, ты не поймешь...

Я молчал, удивленно подняв брови.

– Только постарайся хоть на время избавиться от геоцентризма, - сказал Шарль, - Здесь не Земля...

– Заладили все: здесь не Земля, здесь не Земля! Это я уже слышал!.. Кто же был первым?.. Или первой... Ула?

– Нет...

– Значит ли это, что первый эксперимент закончился неудачно?..

– В какой-то степени.

– Как это понимать?

– Летальный исход...
– Шарль с отчаянием взглянул на меня.
– Только не воображай, что я убил человека. Это был лок... Я не знаю, как это коротко объяснить... Я сам долго не мог понять и принять... Есть осмилоки, и есть локи... Это не те, которые на нас напали... Есть еще загонные локи, стадные... Эти существа... Нет, я не знаю аналогий, у нас просто нет такого! Это - особый тип существ, живой тканевый банк, из которого при необходимости черпается кровь для переливаний, или берется орган для трансплантации. Основная функция лока - быть донором. Ради этого он живет. Да не смотри ты так!
– закричал вдруг Шарль.
– Я сам не мог поверить! Было бы просто провести аналогию с концлагерями, и расовыми теориями, но все сложнее и запутаннее! Одно я могу сказать точно: загонные и стадные локи - не люди!.. В смысле: не разумные существа! Это как бы домашние животные внешне похожие на хозяев...

– Что ты несешь?!

– Выслушай до конца, а потом суди. Я не знаю, откуда они появились... Я имею в виду загонных и стадных

локов... Я даже не уверен, что они появились естественным, так сказать, путем, а не выведены специально...

– Это как же выведены?!

– Мы все еще во многом недооцениваем аруанцев.
– тихо сказал Шарль.
– И осмилоков - в особенности... Да, я предполагаю, что предки осмилоков сами вывели локов. Я не знаю когда, и при каких обстоятельствах это произошло. Возможно, тогда это было насилием, фашизмом, но сейчас - перед нами лишь результаты... И какими бы они не были, мы уже ничего не можем изменить! Мы поставлены перед фактом существования у каждого осмилока нескольких неразумных близнецов-доноров...

– Которых мы можем использовать как доноров и для землян?

– Да...

– Ты соображаешь, о чем говоришь?!

– Наберись еще немного терпения, - попросил Шарль.
– Завтра сам увидишь остатки их городов. Возможно, некогда осмилоки достигали вершин технологической цивилизации, и могли даже производить генетические операции. Впрочем, не исключено, что в условиях Аруаны для выведения локов и отработки операций по трансплантации вовсе не нужен был расцвет техники...

– Но они все-таки производили такие операции?!

– Производили... И производят сейчас...

– Без анестезии?!

– Для анестезии они применяют зелье, подобное морфию. Кроме того, они владеют психологическими приемами обезболивания. Вспомни Улу... Многие осмилоки являются экстрасенсами...

– Но стерильность...
– пробормотал я.
– А медицинское оборудование, хирургические инструменты?!

– Иммунная система аруанцев совершеннее нашей, и проблемы стерильности здесь не столь актуальны. Скальпели им заменяют кремниевые ножи, которые они стерилизуют на кострах, а для остановки кровотечения и заживления ран они применяют киаланы. К тому же, потеря крови для них не так страшна, как для нас. Ведь во время операции под рукой у них всегда есть доноры-локи...

– Откуда же появляются эти локи сейчас?

– Первых двух - трех детей аруанка рожает нормальными, то есть осмилоками, а остальных - локами. По всем параметрам локи являются однояйцевыми близнецами осмилоков. А детородный период у аруанок превышает сотню лет!.. Короче, у многих осмилоков имеются десятки доноров-локов...

– И как часто они производят операции по трансплантации?

– Во время праздников Киаланы. По одной операции в пять лет. После каждой операции происходит значительное омоложение всего организма осмилока. Но как это происходит нам пока непонятно...

– И в результате каждой операции донор погибает?

– Не всегда... Осмилоки заботятся о своих локах, ведь каждый из них дарит дополнительные годы жизни. Если обычный аруанец может жить, в среднем, до двухсот лет, то осмилок, может продлить свою жизнь до тысячи лет. А ведь у некоторых осмилоков бывает до тридцати локов...

– Значит ли это, что они могут жить до трех-четырех тысяч лет?

– Еще как могут... Ты же видел Мать Племени Синих Тарулов. Правда, в большинстве своем, редко кто из осмилоков доживает даже до ста лет. Слишком уж много опасностей подстерегает их на каждом шагу. К тому же осмилок может погибнуть от голода...