Аруана
Шрифт:
Джонс допил чай и звонко свистнул. Тут же из-за холма выскочили три парня, ростом и осанкой почти не уступавшие осмилокам. Одеты эти ребята были более чем странно. На кудрявом коротконогом брюнете с породистым мясистым носом были надеты просторные шаровары, из блестящей синей ткани. Красная замшевая куртка его была расшита золотыми нитями замысловатым восточным орнаментом. Второй парень притягивал взор, прежде всего, своими ярко-рыжими кудрями и бородой. Одет он был в белоснежную тунику с характерным греческим орнаментом. Но больше всего Янина удивил третий робот. Тяжелая металлическая
– Знакомьтесь!
– торжественно сказал Джонс.
– Али-баба, Ахилл и Добрыня. Рекомендую оседлать Добрыню. У него самый плавный ход. Причём, и по характеру он самый покладистый. Правда, Али-баба меньше трясет на ухабах, но в последнее время он что-то прихрамывает на левую ногу. Все некогда починить беднягу...
– А как садиться?
– осведомился Янин.
– На плечи?
– Это уж как вам удобно будет. Я, к примеру, люблю полулежа.
– Джонс подошел к Али-бабе и, бесцеремонно задрав у него на животе рубаху, нажал на кнопку, вмонтированную в пупок.
– Сим-сим, откройся!
– громко приказал он.
Внутри металлического живота что-то щелкнуло, и от пупка вверх пробежала широкая извилистая трещина.
Джонс просунул в щель толстый волосатый палец и, легонько надавив на створку, обнажил электронные внутренности робота.
– Али, куда ты спрятал гамаки?
– строго спросил шеф карантинного контроля.
– Они в рюкзаке, который унес Геркулес, - мягким баритоном ответил Али-баба.
– Вах!
– вскипел Джонс.
– У тебя склероз?!
– Вы сами отдали ему приказ собрать все спальные принадлежности в его рюкзак. Мне, при этом, контрприказ дан не был...
– Замолчи!
– воскликнул Джонс, громко стукнув ладонью по металлическому животу.
– Заправься лучше! Сотворил, понимаешь, на свою голову! Причём, пожертвовал на это лучшие годы!
Али-баба послушно загерметизировал свой живот и заправил безрукавку в шаровары.
– Придется ехать в обнимочку, - объявил Джонс, разводя руками.
– Смотрите, как это делается!
Презрительно смерив взглядом Али-бабу, Джонс подошел к роботу, одетому в древнегреческую тунику и плетеные сандалии.
– Ахилл, возьми меня по-матерински!
– приказал он и, подпрыгнув, плюхнулся роботу на руки.
Ахилл нежно прижал грозного начальника карантинного контроля к своей широкой груди.
– Осторожнее, дурак, раздавишь!
– воскликнул Джонс.
Робот ослабил могучие объятия. Теперь начальник карантинной службы возлегал на руках троянского героя словно младенец, выносимый из роддома.
– Али, собери все вещи в рюкзак и иди за нами, - приказал Джонс строгим голосом.
– А ты, Добрыня, возьми на руки господина Янина и иди за мной... Не бойтесь, господин инспектор, они у меня воспитанные ребята...
Лежать на руках древнерусского богатыря было непривычно, но несколько минут спустя Янин устроился достаточно удобно. Витязь нес его ровно, однако через некоторое время Янин почувствовал, что его укачивает. Добрыня шел раз в десять быстрее нормально идущего человека и выглядел со стороны довольно смешно. Он шел походкой скорохода, преодолевающего дистанцию на соревновании
– Как самочувствие, сер?
– держась за пластиковую шею, Джонс выглянул из-за могучего плеча Ахилла.
– Все - о кей! Я бы сказал даже - бьютефулл! Только вот ко сну клонит!..
– Ну и спите себе на здоровье!.. Причём, в течение пары часов ничего интересного впереди не намечается... Когда прибудем в Ливу, я вас разбужу...
– А можно будет там задержаться? Я ведь историк по одной из своих специальностей...
– Только ненадолго... Я обещал Шарлю нагнать его к пятнадцати часам...
– Но ведь скоро уже одиннадцать!
– Успеем... Причём, моим молодцам особенно и потеть для этого не придется. Тряски не боитесь?
– Ради осмотра Ливы - готов на любые лишения!
– Ну, тогда держитесь...
– Джонс сложил руки рупором и что есть мочи заорал, - А ну, жеребчики, покажем, на что способны?! Бегом - ма-арш!
Янин невольно обхватил теплую шею Добрыни, помчавшегося вперед с утроенной скоростью.
– Сто километров в час!
– сообщил Джонс, не без гордости.
– Причём, замечаете, какой ход?! Трясет?
– Едва заметно...
– Сам налаживал... Целый месяц...
– Джонс нахлобучил пониже на лоб свою ковбойскую шляпу, чтобы она не слетела от встречного ветра.
– При такой скорости будем в Ливе через час.
– А раньше вы здесь бывали?
– Еще бы... Кто знает Ливу, как я? Один Шарль, да еще, может быть, Юна... Причём, я своими руками откопал там два алтаря... Не без помощи моих джинов, разумеется... В прошлом году мы провели на раскопках целых два месяца!..
– Кто это вы?
– Я, Шарль и Юна... Кроме того, к нам часто приходила Ула. Она очень помогла нам в раскопках. Причём, множество тонкостей местной жизни мы усвоили только благодаря этой прекрасной девушке. Именно тогда я по настоящему подружился с Шарлем. Ведь незадолго до этого он спас меня от верной гибели. Вам не рассказывали эту историю?
– Нет...
– Странно... Именно после операции, которую мне сделал Шарль, слухи и легенды о нем пошли по всей Аруане...
– Так это вам он сделал пересадку позвоночника и других органов?!
– Конечно мне! Никто не верил, что такое возможно, а Шарль сделал...
– А нельзя ли подробнее? Что именно с вами произошло?
– Ну... Я просто попал в ловушку, при раскопках храма. Причём, возможно, это был и не храм. Назначение большинства сооружений, возведенных предками осмилоков, никому неизвестно. Может быть, это гробницы, хотя ни в одном из этих сооружений не найдены скелеты или мумии погребенных. Как, впрочем, и урны с прахом усопших. Во многих помещениях этих подземных лабиринтов найдены металлические изделия и целые пласты ржавчины. Причём, там имеются западни и ловушки, что, собственно и привело к появлению высказываний о погребальном назначении этих сооружений. В одну из таких ловушек я и угодил. Причём, при этом погибли два моих робота. Ахилл и Геркулес едва извлекли меня из завала. Никто тогда даже не надеялся, что меня можно сшить... Шарль совершил нечто невозможное...