Чтение онлайн

— От него остались какие-либо личные вещи? — уточнил Котлов.

Девушка с чёрными кругами под глазами протянула ему платок. Он втянул исходящий от него запах, чтобы удостовериться лично. Тот самый, что учуял он во время схватки в кабинете. Он нашёл. Вот только враг ускользнул туда, откуда уже нет возврата. Ну что ж, считай, тебе, гадёныш, повезло, что умер своей смертью — в моих руках ты умирал бы долго.

Что ж, он обещал генералу найти вора — и он нашёл. Его сообщники его не интересовали, как и украденные безделушки. Это были проблемы генерала, а не его. Главное он и так успел узнать: это была частная инициатива, а не дело рук великих домов или

ещё каких-либо сил. Вор мёртв. Дело закрыто. А дела Великого князя требуют его присутствия. Всё, пора назад в Петербург.

Глава 17

Массивный камнерог неспешно поглощал кристаллы. Тяжелая пасть с громким хрустом отламывала куски от разноцветных стеклянных деревьев и неторопливо пережевывала их, поглощая и насыщаясь элементами, необходимыми для силы и роста.

Пора этот выпас прекращать.

Я осторожно двигаюсь вперед. Короткая перебежка, затем замереть и снова рвануть вперед, когда тварь отвлечется на еду. Тварь начальной ступени развития, едва начала эволюционировать, а в мои планы не входило дать ей шанс эту дорогу пройти. Оставалось метров двадцать. Кажется, не засекла.

Церемониальный балахон Галаутдина стал отличным маскировочным плащом для меня: слегка замазать пылью, наклеить или пришить куски кристаллов — и отличная вышла маскировка.

«Ну же, отвернись! — мысленно просил я. — Чего уставился?» Сквозь крохотную прорезь для глаз я смотрел на тварь, меланхолично объедавшую небольшое кристаллическое деревце и глядящую в мою сторону. Тут надо ждать. Если тварь меня засечет, все резко может измениться, и из охотника я сам стану добычей. У меня есть шанс только на один удар, и его я упустить не должен.

«Ну же, давай!» — мысленно умолял я тварь отвернуть башку, дав мне шанс на рывок. Оставшиеся метров двадцать я смогу преодолеть секунды за три, а может, и быстрее. Голова повернулась, массивная пасть откусила целый склон с мелкой кристаллической порослью, и я даже на расстоянии услышал противный стеклянный хруст.

Пора!

Отбросив ткань в сторону, я рванул вперед. Ноги едва касаются земли, глаза заранее выстраивают маршрут — некоторые кристаллы крайне острые и легко смогут проткнуть мою обувь. Пятнадцать метров, десять. Тварь, что-то почуяв, начала поворачиваться в мою сторону. Время словно замедлилось, когда тело переходит в режим ускорения. Рывок. Джайл, сухо потрескивая, выпускает жгут с наконечником на конце. Послать поток силы — силовые нити вспыхивают, разогреваясь. Импульс! Наконечник, получив вспышку силы, мгновенно разогревается, наливаясь алым. Прыжок, резкий удар с доворотом кисти. Наконечник джайла бьет под челюсть твари, вытянувшись вверх метров на семь, прошивает кожу, плоть, кость, вращается в мозгу — и следом бьет остаточный импульс, разбрасывая сотни искр вокруг себя, поджаривая содержимое черепа.

Приземление, кувырок, чтобы сбить инерцию. Что-то царапает по руке. Вскакиваю, продолжаем бежать. Еще несколько секунд — позади тело твари с грохотом падает на землю и начинает дергаться в конвульсиях. Мне только под остаточный удар еще не хватало попасть. Замереть, оглянуться назад — массивная туша стенолома лежит на земле, из раскрытой пасти вывалился язык. Готов.

Подхожу ближе, прикидывая объем работы. Проще «Носорога» сюда подвести, чем валандаться, таская мясо туда-сюда.

Свернув джайл, я прячу его за пояс и направляюсь на восток, к своему «Носорогу», оставленному в часе пути отсюда.

Зверя

мало убить — его надо еще правильно разделать. И этот процесс на порядок сложнее простого убийства. Тяжелое кристаллическое лезвие без труда вспарывает серую шкуру, которую даже мелкокалиберная артиллерия не берет. Его я нашел случайно, когда этот кристаллический шип, сумев распороть броневую пластину на ноге «Носорога», чуть не обездвижил меня. Матово-черный кристалл рос отдельно от остальных, прячась в темноте склона и не ища ни друзей, ни света звезд — одинаково опасный и для того, кто его держит в руках, и для того, на что он направлен.

Рукоять я сделал из литриума — сверхпрочного жидкого металла, входившего в ремкомплект. А на ножны пошла шкура камнерога — из самой прочной части, на грудине. Единственная, что смогла удержать внутри себя кристаллический меч. Пара веревок крепили его к спине.

Вспороть брюхо и сначала извлечь ядро. Нащупать маленький плотный комочек внутри. Я делаю это все голыми руками — здесь даже нож лишний посредник. Осторожно отбросить белые нити нервов, удерживающих его, ощутить пульсацию, чуть пригасить ее, войдя в единый ритм, и, наконец, осторожно извлечь, положив внутрь сосуда. Готово.

Ну а теперь основное — еда! У этой твари я извлекаю только печень. Все остальное лучше не есть — проверено методом проб и ошибок. Если бы не моя адаптация, я бы уже давно, наверное, сдох, когда попробовал мясо похожей твари. А так — поблевал пару дней, перестал видеть цвета и понял, что это есть, наверное, не стоит. А вот от печени только поносило пару дней, но со временем организм вроде как привык. Ну а что ему остается делать? Жрать все равно больше нечего. Еда в тубусах подходит к концу, и ем я ее исключительно для утоления жажды. Единственный источник пищи для меня теперь — это сами твари.

Достать десяток тепловых камней, разрезать печенку на полосы и начать ее вялить. Потихоньку подрумянив первую партию и сняв ее, я принялся есть, попутно закинув следующую. Не вкусно — похоже на горелую подошву кирзового сапога, но выбора как такового нет, так что жуем и радуемся тому, что есть. Сжевав пару кусков, оставшиеся я повесил на крюки внутри снарядного отсека — дня на три хватит, пока не начнет портиться. Соли или консервантов у меня нет.

Присел, посмотрел на звезды. Достали. Скучно. А раз скучно — значит, самое время заняться тренировкой. В трудах изгонится лень разума. Встав, я вытащил Инджек. Тяжелый цилиндр за это время стал чуть ли не продолжением руки. Привычно провожу большим пальцем по круглой пластине. Щелчок — наконечник выстреливает вперед. Разминочное движение — раскаленный шар описывает полукруг. Быстрое движение кистью, создавая горящую алым восьмерку в воздухе. Шаг вперед, отскок назад, присесть и хлестнуть Инджеком над землей, подсекая ноги возможных противников. Свернуться, кувырок вперед — и выпад. Раскаленный шар насквозь прошивает бок мертвой твари, служившей для меня тренировочным манекеном.

Я еще минут десять проводил бой с тенью, оттачивая навыки, доставшиеся от предыдущего хозяина оружия. Бывшего, к сожалению, огромным трусом — так и не решившимся вылезти из центра управления, отправив слуг умирать вместо себя. Не вышло.

Все, хорош. Я чувствую, как пот заливает глаза, и поднимаюсь к себе в кабину пилота. Провожу рукой по желтому кристаллу, закрепленному под потолком, чувствуя, как он разогревается, и кабина наполняется светом. Присев, устало откинулся назад.

И через несколько секунд в голове звучит мысль-вопрос: