Чтение онлайн

— Полковник Марцев, — представился мне поджарый усач в лётном костюме. — Командир-наблюдатель при штабе генерала Полтасова.

— Курсант Соболев, — представился я в ответ.

— Доложите о прошедшем бое, — потребовал полковник.

— Слушаюсь.

Мой краткий рассказ о произошедшем полковник выслушал внимательно, не перебивая.

— Как сумели распознать живую бомбу? — уточнил он, посмотрев в сторону огромной воронки, оставшейся после взрыва Бегемота.

— Не знаю, — пожал я плечами. — Как-то само собой вышло. Не понравился он мне. Его так распирало, словно мешок с говном, в который бросили дрожжи. Ну и я действовал

интуитивно. Когда увидел, как по нему красные прожилки побежали и он начал раздуваться.

— Молодец, — похвалил полковник. — Жаль, что другие так не догадались. Если бы он сюда добежал, он бы тут всю станцию разнёс. В сорок втором полку, к сожалению, не такие догадливые попались — подпустили тварь слишком близко. В результате три меха уничтожено, потеряны двое пилотов, — мрачно произнёс он. — Продолжайте.

Я продолжил докладывать, особо выделив заслуги Вики и Давида в уничтожении стенолома:

— Не останови они эту тварь — она бы тут всю станцию разнесла.

Полковник кивнул, что-то отметил в своей записной книжке, изучающе посмотрел на лежащую посреди площади гориллу с всё ещё зажатым клевцом в руках.

Барон Кисельбах, так и не показавшись из своего меха, продолжал нести дежурство на своём «Крестоносце», гордо стоя посреди моста, водя из стороны в сторону своим орудием.

— Может, его позвать? — спросил я, кивнув в сторону нашего барона.

— Не нужно, — полковник отрицательно качнул головой. — Он вряд ли сможет добавить что-то новое к вашему докладу. А всё важное я и так видел с высоты. Вы молодцы, нападение отбили, тварей уничтожили, охраняемый объект не пострадал. Вашим живым мешком скоро займутся. Накроем с воздуха, он особой угрозы не представляет. Километрах в восьми отсюда располагается пробой, — он отметил место на карте. — Поблизости тварей нет, я облетел всю округу. Поэтому приказываю: провести разведку пробоя и изучить. Если на той стороне ничего интересного — пустой мир типа Меловодья или Разнотравья — уничтожить пробойник и возвращаться назад. Его даже не обязательно снимать для подтверждения закрытия пробоя — хватит и обломков. Главное, чтобы с той стороны ничего не нагрянуло снова. Если там Каменогорье или Фюрстан — миры, представляющие интерес, — останетесь на месте, контролируя обстановку возле пробоя, дожидаясь команду сборщиков. Туши монстров не трогаем, ждите раздельщиков. Не хватало, чтобы вы тут подорвались, извлекая ядра.

— У меня ограниченный боезапас, — запоздало сказал я.

— Знаю, — махнул рукой полковник. — Интендант, не загрузивший полный боекомплект, уже арестован. Поэтому «Вулкан» пускай стоит здесь и охраняет станцию. Да и ваша задача — не вести сражение, а закрыть пробой. Если на той стороне возникнет угроза, появятся в прямой видимости твари — отступаете и просто запечатываете дырку. Не нужно глупо геройствовать, вы нужны Родине живыми, парни. Вы и так молодцы и сегодня хорошо поработали.

Он ещё раз оглядел выстроившихся перед ним Давида и Вику, а затем, подойдя ближе, по очереди пожал всем руку, сказав простое «спасибо».

— А можно мне письменный приказ? — попросил я, когда полковник уже направился к своему самолёту. — Боюсь, что мои устные распоряжения барон может проигнорировать. Я не являюсь для него прямым командиром.

Полковник, выслушав меня, кивнул, вырвал из командного блокнота листок и начал быстро писать. Закончив, он шлёпнул на лист печать и коротко бросил:

—

Выполняйте.

Самолётик, набирая скорость, начал взлетать, а я направился к мосту, обходя стороной развороченный мех ландскнехта барона, на разбитом корпусе которого виднелись кровавые подтёки. Спите спокойно, парни, вы сделали что смогли.

Замерев посреди моста, я отчаянно замахал руками, привлекая внимание пилота, сидящего внутри меха. Секунда ожидания. Наконец бронемаска поднимается наверх, затем раскрывается стеклянный купол кабины пилота. И сверху доносится хриплый голос:

— Что ты хотел?

— У меня приказ, — я помахал белоснежным листом, зажатым в руке.

— Какой? — раздался сверху вопрос.

— Сам прочти, — ответил я. — Мне эти перекрикивания надоели.

Снова ожидание пока барон спустится вниз. Я молча протягиваю ему листок с распоряжением. Тот вчитывается в него. Бледный весь какой-то, руки трясутся — видно, ещё не отпустило. Хотя если бы я потерял сейчас Давида и Вику, я бы, наверное, был ещё хуже. А к этому было близко: ударь тварь чуть повыше — и «Саранча» могла потерять не ноги. Твою мать, до сих пор не могу прийти в себя. Нужно Вике купить нормальный мех. Хотя бы «Скороход» или «Рысь» — под её стиль боя подойдёт. Там хоть броня есть и нормальное вооружение стоит. Вот только где на это денег взять? Я даже свою проблему пока не решил.

Закончив читать, Генрих посмотрел на меня:

— Я готов. Когда выдвигаемся?

— Давай прямо сейчас, — предложил я. — Пробой здесь, — открыв карту, я указал на точку, оставленную полковником. — Наша задача — просто провести разведку. Если мир бесперспективный или имеется угроза — просто закрываем пробой. Место перспективное охраняем, ничего не делаем и ждём команду поиска и зачистки.

— Я понял, — барон снова кивнул и направился к кабине своего меха, больше ничего не сказав.

— Мудак, — выругался я сквозь зубы. — Мог бы хоть спасибо сказать, что мы смогли тварь положить, за твоих парней отомстив, да и твою задницу спася. Ты с одной справиться не смог, палил в белый свет как в копеечку. Побольше бы на полигоне времени проводил — глядишь, твои дружинники сейчас живыми бы стояли. Одно попадание из тяжёлого оружия — и бронебойный снаряд напрочь бы оторвал ногу или руку твари. А там лишь добить. Да только ты обложался, а теперь даже слово сказать не хочешь. Да пошёл ты.

Я пошёл назад к своему «Носорогу». Возле меха Давида выстроилась цепочка людей. Вскрыв бочки с огнемётной смесью, они сливали её в вёдра, а потом по цепочке передавали к меху. Там, пристроив лестницу к бакам, через воронку заливали внутрь — и так ведро за ведром. Люди готовили к новому бою своего защитника. Передо мной расступались, кланялись, зачем-то опуская глаза. Молодой лейтенант, организовавший процесс, зачем-то мне доложил: «Вот, заполняем». Я кивнул и начал карабкаться к себе в кабину.

Мой «Носорог» с рычанием и нехотя начал заводиться — после тяжёлого боя сил уже нет, но надо. Огонёк летит в рот, немного выждать — и волна силы расплывается по телу. Чуть поднапрячься, разогревая затухающее ядро моего меха, влив в него побольше своей силы. И моя махина, словно нехотя, делает первый шаг, затем ещё один и ещё.

До пробоя мы добрались примерно за полчаса. «Крестоносцу» даже пришлось меня немного подождать — всё-таки машина у Генриха более новая, да и ядро явно не начавшее терять активность.