Якорь
Шрифт:
Я всегда догадывалась, что Игорь знает о моем прошлом немого больше, чем рассказывает. Почему он молчит? Почему не говорит мне, кто я? Я даже не знаю своего полного имени.
— Если ты обо мне хоть что-то знаешь, скажи. Пожалуйста.
Он взял меня за руки, привел к дивану. Усадил. Все — молча. Присел рядом на корточки. У него такие темные глаза, что зрачков не видно. Мне захотелось пригладить его встрепанные вихры, но он все еще держал мои руки, и я ждала, что будет дальше.
— Саш, ты веришь, что если я молчал, то у этого была причина?
— Конечно.
— Я
— Кто я?
— Сашенька. Это такой вопрос, в который вмещается целая жизнь. Я не знаю всю твою жизнь.
— Мое имя — Саша. Но должна быть и фамилия, и…
— Тебя зовут Александра Лингина. Или по-другому — Сандра Лин.
Сандра лин. Темное небо, смех… прикосновение ветра к щеке.
— Я… я бывала у моря?
— Не знаю. Ты вспомнила море?
— Темноту. Влажный ветер. Шелест. Я почему-то сразу подумала, что это море.
Игорь сел на диван рядом со мной, обнял.
— Завтра мы с тобой слетаем на экскурсию. На космический корабль «Корунд». Ты увидишь людей, с которыми была знакома раньше. Несколько лет твоей жизни связано с этим кораблем. Готова?
Я работала в космосе… возможно.
Не знаю, готова ли я к твоей экскурсии, Игорь. Верней всего из нее ничего не получится.
Но попробовать-то стоит.
— А еще, — добавил он, не обращая внимания на мою задумчивость, — я привез планшетку терминала. Можешь соединиться с сетью, и посмотреть свою страничку.
Вспомнить бы еще код своей странички. Но руки сами уже потянулись к контактам, и я позволила им действовать, не задумываясь ни о чем специально. Руки помнили лучше. Вскоре перед глазами развернулась виртуальная картинка инфосети, перекрывая тусклую реальность мира вещей. Моя страничка была украшена детским рисунком. На переднем плане тетя на костылях может быть только мной и никем больше. Рядом девочка в клетчатом платье. На заднем плане двое мужчин. Один в очках, а второй, бесспорно, Игорь, потому как только ему неведомая художница могла подрисовать такую лохматую шевелюру. Еще меня ждали два сообщения. Одному из них исполнился месяц, второе было доставлено вчера.
Оба сообщения пришли с одного адреса. Я развернула то, что было старше. Коротенькое послание гласило: «Здравствуй, Саша. Как дела? Ючи».
Второе было более подробным.
«Здравствуйте, Саша. Может, вы нас не забыли? Я Садмаи Ламиэни, отец Ючи. Нам очень интересно, как вы себя чувствуете, как живете. Мы устроились на новом месте. Если все хорошо, то ждем в гости. Вот адрес…»
— Игорь, кто такие Ючи и Садмаи Ламиэни? Они ждут меня в гости.
— Сейчас расскажу…
Я не знаю, была ли я здесь в прошлом, но мне нравится это место. Светлые стены, просторный зал у кабинок телепортатора. Игорь сказал, что мы находимся на одной из основных
На входе в широкий коридор у меня в последний раз проверили документы. Потом мы шли куда-то по светлым палубам и лестницам. Я даже не пыталась запомнить дорогу.
Остановились у таблички с длинным названием, ключевым словом в котором было: «Госпиталь».
Игорь объяснил:
— Я хотел позвать с нами одного человека. Она тоже твоя знакомая.
— Как ее зовут?
— Увидишь ее, попробуй вспомнить сама. В любом случае я вас представлю.
Опять эти его штучки. Вспомнишь…
я теперь уже сама не пойму, что я помню, что знаю, а что только представляю или придумываю себе.
Однако кабинет, в который постучал Игорь, был заперт. Тогда он кого-то вызвал по кому.
— Здравствуйте! Да. Это Игорь Седых. Вот, стою под дверью вашего кабинета… ах вот в чем дело! Но все-таки… хорошо. Сейчас подойдем.
Он отключил коммуникатор, улыбнулся мне:
— Придется зайти к ней домой. Это должно быть где-то рядом.
Мы спросили дорогу у кого-то из встреченных людей, и нам объяснили, что жилой сектор номер четыре расположен уровнем ниже. А там «от лифтов по коридору направо». Адрес мы нашли без труда.
— Здравствуйте, Игорь, — поздоровалась темнокожая красавица, голову которой украшал ворох блестящих кудрей. — А я, как видите, собираю вещи.
— Все же решили лететь?
Она вздохнула:
— Мне просто необходимо как-то сменить обстановку. Но вы заходите. Правда, у меня не прибрано.
Мы вошли. Не знаю, почему она сказала, что здесь не прибрано. Такой порядок в моем доме считается идеальным. А то, что на кровати лежит открытый чемодан-переноска, так вещи вокруг него уложены столь гармонично, что это производит впечатление, что так и надо.
— Познакомьтесь, — нехотя сказал Игорь, — Саша, это Жанна, она работала врачом на «Корунде» до меня.
— Привет, — Жанна так пристально на меня посмотрела, что мне даже стало немного неуютно. — Вы пен-рит?
— Да. А это сразу видно?
Моя собеседница отчего-то смутилась.
— Немного. Я давно работаю на этой базе, как-то научилась определять.
Игорь, чтобы уйти со скользкой темы начал расспрашивать мою новую старую знакомую о предстоящей работе, о том, на какой координационной ветке теперь нужно будет искать ее адрес.
Я разглядывала комнату. Все просто и стильно. Мебель — пластиковая под дерево, на полу пористый теплый палас серебристо-синих оттенков. У меня дома есть половичок из такого материала, лежит в прихожей. Только он красный.
У дальней стены сложены вещи, которые, очевидно, хозяйка не собирается брать с собой. В коробке стопочками уложены книги, какие-то приборы. В другой коробке — немного одежды, пачка распечаток с графиками и схемами. А рядом — гитара. Старенький инструмент с потертой декой и черным грифом почему-то привлек мое внимание. Куда бы я потом не смотрела, взгляд все равно возвращался туда.