Чтение онлайн

Ноги дрожали. Жар набросился, словно разъярённый лютый волк, метящий клыками мне в горло, и я упала на землю; кончик косы опалило.

Я перевернулась и осталась лежать на холодном песке, дрожа, пока на руках и ногах высыхал пот. Над головой мерцало море звёзд. Сердце болезненно колотилось, а усталость от самого существования глодала измученные кости.

Задание невыполнимо.

Я не справлюсь.

Сквайр бесшумно летел по чернильному небу, широко

раскинув крылья и наслаждаясь ночной прохладой пустыни. В клюве трепыхалась крошечная лютая мышь. Он подбросил её в воздух и проглотил целиком. Кругом одно насилие.

— Ещё раз, Равенал. — Голос Тарантула хлестнул, словно кнут.

Несмотря на боль в шее, я подняла голову и уставилась на воплощение зла.

Между нами плясал костёр, превращая его в тёмный силуэт. Отражённое пламя окрасило стеклянную глубину глаз багрянцем.

— На ноги. Мы не остановимся, пока у тебя не получится.

У меня никогда не получится. Это просто пытка.

Никто меня не спасёт.

Только не от этого.

Я торопливо вытерла глаза, пытаясь скрыть слёзы. Поленья сдвинулись с треском и щелчками, и в ночь взметнулся сноп искр.

— Равенал, на ноги! — Он указал на меня пальцем.

Спасай себя сама. Я отпрянула, и пламя лишь чудом не коснулось голых пальцев ног. Час назад сапоги начали плавиться — ощущение было жуткое, — и я их сбросила.

Близнецы с одинаковыми гримасами смотрели, как я, пошатываясь, поднимаюсь рядом с ними. Мы втроём вскинули руки, складывая Щиты, но притворялась только я.

Ещё через час у меня не осталось половины брови, самый кончик носа обгорел, а ступни покрылись волдырями.

— На сегодня достаточно. — Тарантул холодно и раздражённо посмотрел на меня и зашагал обратно к ангару.

Опираясь на Эллу, я ковыляла рядом с ней и Акселем; Сквайр молча сидел у меня на плече. Спустя целую вечность мы наконец добрались до моей спальни.

— Зора, ты в порядке? — с тревогой прошептала Элла, пока я вытирала глаза. Сквайр слетел с плеча и забрался под одеяло у моей подушки.

Я натянуто улыбнулась. — Конечно. Бывало и гораздо хуже. А ты как? Там, на тренировке, ты была великолепна. — Крошечный кинжал зависти пронзил сердце. Почему я не могла быть таким Рыцарем-магом, как она? Железный ритуал меня проклял.

Элла зарделась от похвалы, и я почувствовала себя худшим человеком на свете. Аксель вышел из уборной с аптечкой в руках. С серьёзным видом предложил мне сесть, намазал пальцы лечебной пастой и потянулся к моим ступням…

— Прикоснёшься к ней, шут, — произнёс внезапно появившийся в дверях Тарантул, — и примешь смерть от моей руки.

Глаза Акселя потухли, и он медленно повернулся

к Тарантулу. — Я же говорил… не называй меня так.

Мы с Эллой тревожно переглянулись.

— Всё нормально, — сказала я, когда Элла схватила Акселя за руку и оттащила назад. — Я сама справлюсь.

Аксель зло усмехнулся. — Нет. Я тебе помогу.

— Я предчувствую твою скорую кончину, шут. — Тарантул скрестил руки и с обманчивой небрежностью прислонился к косяку. Он возвышался над Акселем, хотя тот тоже не отличался низким ростом.

Аксель вырвался из рук Эллы и подошёл вплотную. — Расслабься, паук. — И крепко хлопнул его по руке. Тарантул, прищурившись, посмотрел на место, которого коснулся Аксель.

— Ещё раз тронешь меня, бард… и я вырву тебе ногти. Один за другим. — В его голосе прозвучала мечтательность, словно прежде ему уже доводилось это делать.

— Я запутался. Так я шут или бард? — Аксель издевательски вильнул бёдрами, изображая игру на невидимой скрипке.

Порыв серебристого ветра обернулся петлёй вокруг шеи Акселя. Он захрипел, лицо побагровело.

Тарантул наклонился ближе и сомкнул длинные пальцы на шее Акселя, а тот безуспешно пытался их разжать.

— Радует, что они сохраняют спокойствие, — прошептала я.

Элла закатила глаза. — Мужчины. Хочешь, я останусь с тобой? — Она с беспокойством покосилась на Тарантула.

— Со мной всё хорошо, правда. Иди в душ. Вам нужно отдохнуть.

Аксель рухнул на колени; лицо исказила ярость. Над ним возвышался Тарантул, и с поднятой руки стекала магия.

Элла посмотрела на пропитанную потом одежду; волосы прилипли к её лицу. Она неохотно кивнула. — Кричи, если что-нибудь понадобится. Мы с удовольствием его покалечим. — Она испепелила Тарантула взглядом, силой вырвала брата из его хватки и утащила из комнаты.

Когда Тарантул освободил его из магической петли, Аксель громко и судорожно вдохнул в коридоре. Голоса близнецов постепенно стихли вдали.

Морщась, я взяла банку и намазала пастой правую ступню. Тарантул решительно подошёл к кровати, бережно обхватил длинными пальцами мою лодыжку и вытянул ногу так, чтобы я не могла до неё дотянуться.

— Эй, какого проклятого ты…

— Зачем ты выставляешь лодыжку напоказ всему свету? — прищурившись, спросил он; его прикосновение обжигало. — Неужто твоя цель в жизни — предстать обнажённой перед каждым встречным?

— Постой… что? — Я растерялась не меньше Акселя. — Мы сейчас говорим о моей обнажённой… лодыжке… или о чём-то другом?

Он шумно вдохнул. — Именно о лодыжке. Её нельзя выставлять на всеобщее обозрение. Твоя плоть слишком драгоценна.