Чтение онлайн

Неужели Королевский маг уже каким-то образом успел напасть?

— Мама! — закричала я, взлетела по ступеням нашего дома и ворвалась внутрь.

Тишина.

В центральном очаге тёмно-красным тлели угли, рядом нетронутым стоял мой сноуборд, а на приставном столике уже была расставлена доска для вечерней партии в шахматы.

— Мама?

Я обыскала все комнаты, бросилась наверх, но дом был пуст.

— Госпожа Равенал?.. — позвала внизу Аврора; её голос затих в растерянности.

Кто-нибудь

из соседей наверняка знает. Я выбежала на улицу и взлетела по скользким ступеням соседнего дома. Подняла кулак, чтобы…

Дверь распахнулась, лёд осыпался осколками. — Зора, они забрали… они забрали… — Беспомощно умолкнув, госпожа Шеридан разрыдалась; слёзы текли по раскрасневшемуся лицу, она никак не могла вдохнуть. — Они забрали твою мать.

За моей спиной ахнула Аврора.

Будто в замедленной съёмке я вцепилась в полы плаща госпожи Шеридан и изо всех сил её встряхнула. — Кто её забрал?

Она всхлипнула. — Они были верхом и…

— Кто? — Я затрясла её сильнее. Она закашлялась, бессильно повесив голову. Я толкнула её назад, грубо впечатав в дверь. — Говори.

— Два… Королевских м-мага, — прошептала она.

Я отступила, и женщина рухнула. Вернувшись домой и взбежав по лестнице в спальню, я натянула самые тёплые вещи и схватила защитные очки и костяные кинжалы.

— Ты не можешь туда идти. — Аврора загородила дверной проём, раскинув руки передо мной и Сквайром. — Лёд тебя убьёт. Зора, нельзя выходить и… — Она задышала часто и судорожно и потянулась ко мне. — Не ходи!

Я покачала головой. — Я сейчас же отправляюсь за мамой, и ничто меня не остановит. — Я протиснулась мимо. Аврора не стала меня удерживать и бессильно привалилась к косяку, а я сбежала по лестнице на улицу.

Аврора крикнула мне вслед: — Я люблю тебя! Будь осторожна!

— Я тоже тебя люблю, — прошептала я и скрылась за воротами в стене Коммуны. Углубляясь в лес, я миновала загадочное место, где цвела единственная роза, отороченная инеем.

Госпожа Шеридан сказала, что маму увезли верхом, но ни один настоящий северянин не сунулся бы на лошади в лес. Один неверный шаг — и провалишься в яму у ствола, откуда уже никогда не выберешься. Обычно мы ездили верхом только в пределах стен Коммуны.

Они могли выбрать лишь один путь — вдоль берега реки. Я пошла на восток, миновала скрипучий мост, где впервые поцеловалась, а потом сломала нос будущему Императору. Пожалуй, это было моё лучшее достижение.

Я шла всё дальше, в глушь.

В реке высилась до самого неба груда ветвей, перекрывая почти всё течение и образуя широкий пруд, уходивший влево. Из естественного отверстия на вершине сооружения валил дым. Лютые бобры. Они были размером с людей, и я не раз натыкалась на их инженерные творения. Я на них не охотилась, а они меня не трогали. У каждого была своя

роль в этом лесу.

Согнувшись под всё усиливавшимся ледяным дождём, я продолжала путь; пальцы рук и ног онемели.

В выживании коротких путей не бывает.

РЁВ. В серых тучах раздался резкий свистящий хлопок. Блеснула серебряная чешуя. Мор? Дракон исчез в буре.

Почему он летит туда же? Что он здесь делает?

Стук сердца отдавался в ушах, но я продолжала идти.

Через несколько часов на горизонте проступил смутный тёмный силуэт.

Я упала на живот, глубоко провалившись лицом в свежий снег, и затаила дыхание. Снег обжигал крошечные полоски неприкрытой кожи. Я медленно подняла голову, высунув над ледяной поверхностью верхнюю половину очков. Сквайр тоже выставил из моего шарфа оперённую головку. Вокруг лица клубился Туман.

По белому берегу двигались тени. Лютый конь?

Стараясь пригибаться как можно ниже, я поползла на животе в лес и бесшумно двинулась среди деревьев. Впереди по берегу шагал чёрный лютый конь. В седле раскачивался человек в знакомом дорогом белом меховом плаще. Рядом шёл второй, перекинув через плечо что-то большое.

Я подобралась ближе.

Всадник опасно раскачивался, словно не привык к седлу, а лицо полностью скрывала золотая маска.

Император.

Мужчина, который вёл коня под уздцы, повернул голову к деревьям. Половину его лица закрывала платиновая маска, а на челюсти был вытатуирован паук.

Тарантул.

Он выглядел внушительнее, чем мне помнилось: его рост и мощная мускулатура поражали. Волосы тоже были более кудрявыми и золотистыми, чем я помнила; в пробившихся сквозь тучи лучах солнца пряди сияли, словно дорогой мёд.

Ноша Тарантула шевельнулась.

На его широком плече, словно мешок со льдом, лежала закутанная в меха женщина. Она подняла голову; кляп заглушал и искажал сдавленные крики. Мама. Я подавила вздох.

Дрожа от ярости, я пригнулась ниже.

Ещё ближе.

Я отвела назад правую руку; костяной клинок блеснул.

Правило выживания: чтобы победить хищника, нужно играть по его правилам.

Я вырвалась из-за деревьев и метнула кинжал.

Тарантул резко обернулся. Тресь-тресь-тресь. С ветвей сорвалось с десяток сосулек; магия подняла их и выстроила вокруг его плеч. Заострённые концы вращались и целились прямо в меня. Я вскинула руки, закрывая Сквайра.

Удара не последовало.

Вместо этого Александр обмяк в седле. Из основания шеи торчала костяная рукоять. Позвонки перерублены.

Слишком легко.

Нарастало дурное предчувствие.