Чтение онлайн

— Точно!
– радостно хлопнул лектор себя по колену. — Может — чуть сильнее станешь, или ночью видеть будешь. А может — мгновенно помрешь. Ну, или помрешь же — но медленно и мучительно. Два последних варианта, если что, куда как вероятнее. Где-то в тройную дюжину раз.

Ну, в целом логично — совать в рот всякую гадость плохая идея. Особенно из нового Разлома, по которому нет никакой информации. А вот в случае с более старыми, изученными есть варианты. Нет, просто жрать тамошних монстров или растения (которые тоже бывают теми еще монстрами) — все еще так себе план, а вот использовать из в качестве алхимического сырья, получая невозможные для

местных ингредиентов эффекты — умеют, любят и практикуют. Хотя, опять же, были задокументированные случаи, когда сожрав от мясо твари, дегустатор (как правило, недобровольный) получал даже навык. Два случая, вроде бы, за всю историю мира, и еще один под сомнением.

Больше гостей не было…или мы из не заметили, за разговорами время прошло незаметно (оказалось, что тройная дюжина — это двенадцать в третьей степени, от выпивки в Бочарном ослепнуть можно, а до ближайшего стабильного Разлома сотня лиг…где-то триста километров), и уже можно было сваливать.

Задерживаться мы не стали, и поплелись обратно, ориентируясь на рыжие отблески еще не догоревшего костра. У огня было людно. Уцелевшие «добровольцы» жались поближе к теплу, не сколько даже для согрева, сколько пытаясь расслабится и успокоится. Наше появление их, вроде как. даже успокоило…ну, кроме пары отправленных лысым в дозор.

Несколько настоящих бойцов с заставы стояли поотдаль, о чем-то переговариваясь вполголоса, и я навострил уши.

— Накал девять, мэтр сказал. — Или часов через несколько сам схлопнется, или в фазу потока перейдет. Но до тех пор точно будет сыпать, но крупных не будет…не должно, жидковат Разлом для них. Отобьемся. Уверенность в голосе говорившего радовала, несмотря даже на ехидные комментарии его собеседника, что оценка Разлома бывает верной, дай благие боги, в половине случаев. Языки пламени в костре убаюкивали, накопившаяся за день усталость придавила, и я незаметно задремал.

Твари лезли еще несколько раз, мешая спать. Пару раз — небольшими группами либо вообще поодиночке, с чем легко справились штатные боевики барона…могли бы и потише, кстати. Иногда группами по три-пять особей, тоже перебитые слажено и деловито, но тут уже и я полноценно проснулся. Ну а раз проснулся — полюбовался из своего теплого уголка работой профессионалов. Как они двигаются, как держат строй, как один прикрывает другого, как добивают подранков, не подставляясь под предсмертный выпад. Красиво, да.

Один раз небольшая стайка таки прорвалась почти к самому костру — то ли дозорные провтыкали, то ли твари нашли слепое пятно. Тут уже пришлось действовать всем. Псина, черной разновидности (надо же как-то их классифицировать, пускай будут мясные и черные) выскочила из темноты сбоку, метя в лежащего у костра раненого. И я, внезапно — в том числе и для себя — приложил ее «Ударом». Не то, чтобы я планировал геройствовать — но тупая скотина прижала меня к огню, не оставив вариантов. Перепрыгнуть костер бы я точно не смог, пришлось драться. Острие копья, некрепко сжимаемое со сна, криво полоснуло по клыкастой морде, на черной дымке шкуры выступила еще более черная кровь. Тварь притормозила, сменив направление с почти-на-меня на теперь-точно-на-меня — и получила короткую и толстую стрелу под основание черепа. А я и не заметил здесь ни у кого луков или арбалетов…ну, в любом случае хорошо. Животина еще дергалась, потому не поленился ткнуть пару раз — для надежности. Да и с опытом не совсем понятно, вдруг тоже чего перепадет. Второй тычок я вновь усилил навыком — и почувствовал, как внутри что-то слегка потянуло, как голодный желудок. Хоть и незначительный расход, видимо — а сколько-то этой непонятной системной энергии

навык таки подъедал.

Остаток ночи было затишье, я вновь периодически проваливался в сон. Иногда достаточно глубоко для сновидений — снилась всякая муть, сюрреалистический микс из земных воспоминаний и впечатлений от нового мира. Особо запомнилась Тамара Ивановна, учительница начальной школы, которая грозно вещала, что я прогулял все разломы по одиннадцатый класс, и теперь меня исключают…если не перебью всех собак в родном городе до вечера.Уже под утро, в самый глухой и мерзкий час, Разлом решил, то достаточно я выдрыхся, и выплюнул очередную партию.

— ПОДЪЕМ! — Заорал кто-то, вздергивая меня за шиворот. — ЛЕЗУТ!

Проморгавшись спросонья, я убедился что таки да — лезут. Из сиренево-гнилостно-мясного марева одна за одной выкатывались волны тварей, безо всякой тактики прущие вверх по склону холма воющей массой. И старые ночные знакомцы с черной шкурой, и еще более старые — дневные, и совсем невиданные, словно укрытые вторым, внешним скелетом…а нет, нихрена, это был не второй, а единственный скелет, демонстрирующий сквозь зазоры в костях содержимое их тел. С учетом их количества, отсидеться явно не получится, и даже не из-за присутствия командира.

Насчет тактики я поспешил с выводами — часть тварей догадалась зайти с другого склона. Сменившая нас в дозоре парочка явно не справилась с настолько превосходящими силами, и пошла на педигри…вот где справедливость, мы тварей жрать не можем, а они нас вполне. Дальше все слилось в одно сплошную дерганное и кровавое месиво.

Вот я вскакиваю на ноги, перехватив копье. Бежать некуда — впереди собаки, по бокам солдаты, сзади все так же огонь. Лысый надрывался на тему «держать строй, суки!», откуда-то взявшиеся пять…нет, шесть арбалетчиков бодро посылали короткие оперенные болты поверх наших голов. Первых добежавших псов встретили бронированные бойцы, проредив их, но не выбив полностью, и один таки прыгнул на меня — едва успел подставить копье. Хорошо, что это оказалась мясная порода — не в смысле корейский деликатес, а из дневной партии, относительно слабая и медленная. Наконечник пронзил грудь, зверюга рывком насадилась почти на середину древка, еще билась и скребла его когтями, но я уже выдрал оружие и развернулся ко второй.

Это оказалась ночная, более шустрая. Слишком шустрая — увернулась, скользнула вбок…там же должен быть кто-то, но нет…сожрали или я сам выбился из строя? А собака уже заходит со спины, сейчас прыгнет — и я не успеваю, чисто физически не успеваю повернутся. И тут сработал не навык или опыт даже, откуда им взяться то, сработало чисто желание жить, инстинкт, доставшийся нам от далеких хвостатых предков. Я тупо упал. Рухнул на спину, отшибив копчик — зато пропуская тварь над собой и она, уже рассчитывающая перекусить мне шею, наткнулась на пустоту, потеряв на миг равновесие. Этого мига хватило. Я ткнул снизу вверх, практически наугад — но зато в незащищенное брюхо, вложив все, что у меня было, и в навык тоже вложил все что мог. Тварь взвизгнула и обмякла, забрызгав меня чем-то горячим и черным.

— Живой? — подал мне руку бронированный боец, втащив обратно в строй.

— Вроде. — Не слишком уверенно ответил я.

В толпе…ну, в смысле в строю, было повеселее. Третью я даже не успел испугаться, ее прямо на лету развалил затащивший меня мужичок-броневичок. Одним движением, явно усиленным навыком наподобие моего «удара». Скорее, конечно, его дальнего богатого родственника, но все же — возможно, и пропасть, разделяющая меня и их, хоть и глубока, но непреодолима. Но, определенно глубока, сделал я вывод, наблюдая как сосед разделал следующую псину.