Чтение онлайн

— Это ведь вполне привычные вещи для политика, верно?

— Это издержки должности.

— Но помимо того, что он был политиком, у отца были враги? Он тайно уничтожил местную преступную семью или что-то в этом роде?

— Дорогая, это же Пайнкрест.

— Я знаю, но ситуация становится все напряженнее. Если ты думаешь, что это из-за папы, у тебя должна быть причина. Что ты мне не говоришь?

И снова большинство людей пропустили бы это, но я научилась читать мамины реакции. Обычно они означали что-то вроде «не говори, пока к тебе

не обратятся» или «улыбнись шире и помаши рукой». Но это короткое движение ее взгляда в сторону, разрыв зрительного контакта со мной, означал, что она о чем-то не хочет говорить.

— Я бы хотела, чтобы было что-то конкретное, на что я могла бы указать, потому что тогда я могла бы рассказать полиции, и они нашли бы этого ужасного человека, — сказала она. — Я просто лучше тебя знаю, сколько скрытых опасностей таит в себе политическая семья.

Может быть, это действительно связано с моей семьей.

— Ладно, если вспомнишь что-нибудь, что может иметь отношение к делу, позвони мне. Мне нужно на работу, а потом я попытаюсь удалить аэрозольную краску или просто закрашу ее.

— Береги себя. — Она коснулась моей руки. — Я волнуюсь.

— Я знаю, что волнуешься. Со мной все будет в порядке. Не похоже, что этот человек заинтересован в том, чтобы причинить мне вред. Просто пугает меня по какой-то причине.

— Все еще может обостриться. Преследователи известны как повторяющимся, так и эскалационным поведением.

Странно ли, что моя мама знала факты о преследователях? — Я буду осторожна.

Я обняла ее, и мы попрощались. Она вернулась в загородный клуб, чтобы закончить свою встречу. Я глубоко вдохнула свежий воздух, ощущая вкус свободы, и проверила телефон.

По-прежнему ничего.

Чувствуя себя побежденной, я уже собиралась сесть в машину, как вдруг у меня возникло странное ощущение, что за мной наблюдают.

На этот раз я не ошиблась. На другой стороне парковки я увидела Джосайю, сидящего в своем грузовике.

Что он здесь делал?

Я не знала, раздражаться ли мне из-за того, что он здесь, или радоваться его появлению. Я решила, что все зависит от того, по какой причине он здесь. Если он следил за мной, потому что думал, что я еду к Колину, я бы сразу перешла от раздражения к ярости.

Он вышел из машины и закрыл дверь, пока я шла к нему через парковку. Его выражение лица ничего не выдавало, но это было нормально для Джосайи. Он всегда выглядел на грани гнева, даже когда не злился.

— Что ты здесь делаешь? — спросила я, остановившись перед ним.

— У тебя есть преследователь.

— Так ты собираешься теперь везде меня сопровождать?

— Возможно.

Я старалась не улыбаться, но это было трудно. — Похоже, преследователь — это ты.

— Да, я точно преследую тебя, — отшутился он.

— А что, по-твоему, со мной может случиться? — Я жестом указала на здание. — Это загородный клуб и сейчас начало дня.

— Наверное, ничего. Но мой плиточник перенес свой визит, так что, либо это, либо красить

спальни.

— Значит, слежка за мной была просто менее скучной альтернативой наблюдению за высыханием краски.

Он отвел взгляд. — Я волнуюсь за тебя, понимаешь? Может, ты и права, и Колин тут ни при чем, но тебя все равно кто-то преследует.

— Честно говоря, я не пыталась защищать Колина. У меня нет для этого никаких причин. Если тебя это беспокоит, потому что ты думаешь, что у меня все еще есть чувства к нему, клянусь, что это не так.

Он подошел ближе и заправил мои волосы за ухо. — Я знаю, что нет. Просто часто самый очевидный ответ оказывается правильным.

— Часто, но не всегда. И в любом случае, разве мы не должны доверять полиции? Если это он, они найдут улики, верно?

— Надеюсь. Я доверяю Гарретту. Но кто бы это ни был, он осторожен. Мы проверили записи с камер. На них ничего нет.

Я не знала, почему это заставило меня прослезиться. Я уже знала, что камеры не засекли преследователя. Они оповещали нас каждый раз, когда мимо проезжала машина, и у нас были тонны случайных записей, на которых Макс бегал по двору.

Возможно, реальность ситуации накрыла меня. Кто-то очень, очень ненавидел меня и готов был пойти на многое, чтобы продемонстрировать это.

Пытаясь взять себя в руки, я смахнула навернувшиеся слезы. Через мгновение руки Джосайи обхватили меня. Он крепко прижал меня к своему твердому телу, уверенному и сильному. Я расслабилась, успокаиваясь в его объятиях. И тут до меня дошло кое-что еще.

Он действительно последовал за мной сюда, чтобы обеспечить мою безопасность.

И в этот момент я еще больше полюбила Джосайю Хейвена.

26 июля

Не знаю, почему мне потребовалось столько времени, чтобы понять это. Виновата она. Она будоражит мои эмоции, заставляет меня злиться слишком сильно, чтобы мыслить здраво. Она повсюду, и это раздражает. Бегает с камерой, изображая из себя бесстрашного репортера.

Жаль, что маленькая симпатичная журналистка не может рассказать свою собственную историю.

Показать ей, что я все еще могу добраться до нее, что бы ни делал ее горный парень, — это лишь одна часть пазла. Мне нужно разорвать нити, которые удерживают ее здесь. Оборвать ее связи. Лишить ее причин остаться.

Она думает, что немного краски из баллончика — это плохо? Я собираюсь разрушить ее жизнь, часть за частью. Я разрушу всю ее.

И я только начинаю.

ГЛАВА 28

Одри

Никто в офисе не мог видеть экран моего ноутбука, но желание закрыть его не покидало меня. Было странно просматривать письмо от другой компании, особенно когда в нем было приглашение на собеседование.