Водопад одержимости
Шрифт:
А теперь он видел меня голой.
Отлично. Уверена, я выглядела очень соблазнительно, когда падала лицом вниз и потом барахталась в ванной, почти утонув.
Отличное первое впечатление, Одри.
Я снова вздохнула и вернулась в ванную, чтобы привести себя в порядок и расчесать спутанные волосы. Вот тебе и расслабляющая горячая ванна. Может, в следующий раз я забаррикадирую дверь, чтобы никто не вошел. Макс явно не собирался помогать в этом вопросе.
ГЛАВА 8
Джосайя
Я
Горячую голую девушку.
Я поправил джинсы.
Тупица. Я должен был сообразить, что не стоит врываться в дом, когда услышал звук льющейся воды. Но это меня разозлило. Мало того, что какой-то случайный придурок забрался в мой дом с собакой, так он еще и принимал ванну?
Только это оказался не сквоттер, а я выглядел как осел.
Я сел в машину и достал телефон, чтобы позвонить Аннике.
— Привет, — ответила она. — Я вроде как занята, что случилось?
— Ты сдала кому-то дом с двумя спальнями?
— Сдала! — Ее голос был раздражающе веселым. — Быстро, да? Ты позвонил, чтобы поблагодарить меня? Потому что если да, то я не понимаю, почему ты сердишься.
— Ты собиралась сказать мне, что дом больше не пустует?
— Извини, я просто еще не успела. Подожди, а что случилось?
— Я просто ворвался туда и застал там девушку, потому что решил, что она самовольно заняла дом.
Моя сестра разразилась хохотом. Я стиснул зубы от досады.
— Мне очень жаль. — Она втянула воздух сквозь смех. — Боже мой, это не смешно, но я не могу остановиться.
— Ты права, это не смешно. Она была в ванной.
Это вызвало у нее новый приступ истерического смеха.
— Бедная девочка. Мне действительно не стоит смеяться. Ты, должно быть, напугал ее до смерти.
Образ того, как она падает лицом в ванну, врезался в мою память. — Да.
— Мне жаль. Она неожиданно позвонила и согласилась не глядя снять дом, причем хотела въехать как можно скорее. Я отдала ей ключи всего несколько часов назад, а потом мне нужно было возвращаться домой к детям.
— И ты говоришь, что это мне не хватает навыков общения.
— Ну, так и есть. Ты извинился перед Одри?
Почему-то меня не удивило, что ее звали Одри. Она выглядела как Одри. Не тогда, когда она падала в ванну. Тогда она выглядела просто как тело с гладкой кожей и очень красивой задницей. Но когда она вылезла после этого.
На самом деле она показалась мне смутно знакомой, но я не смог ее вспомнить.
— Ну, знаешь, арендатор, — сказала Анника, когда я не ответил. — Ее зовут Одри
— Да, я извинился. — Я сделал паузу. Извинилась ли я? — Вроде того.
— Тебе, наверное, стоит вернуться туда и сказать ей, что ты сожалеешь. Просто, знаешь, постучи сначала, как нормальный человек.
— Я не собираюсь туда возвращаться.
Она вздохнула. — Конечно, предоставь мне разгребать твое дерьмо.
— У тебя это получается лучше, чем у меня.
— Верно. Хотя, если бы ты не врывался к нашим жильцам, у нас не было бы этой проблемы.
— Ты так говоришь, как будто я уже делал это раньше.
— Разве нет?
— Нет.
— Хм. А звучит так, будто ты мог бы.
Я закатил глаза. — Спасибо.
Она рассмеялась. — Ладно, мне пора. Я позвоню Одри завтра и удостоверюсь, что она понимает, что мы не безумцы, которые не уважают ее пространство.
Я хмыкнул в знак признательности.
— Пока, старший брат.
— Пока.
Я закончил разговор и бросил телефон на соседнее сидение. Отличный способ закончить неделю.
Ну и ладно. Она переживет это.
Она не была моей проблемой.
Я завел машину и поехал домой, а когда ложился спать, то перед глазами вставали образы горячей брюнетки, падающей в ванну.
***
Я не собирался идти туда.
Мое внимание постоянно переключалось с работы, которую я должен был делать, — отдирать слой уродливого старого линолеума от пола на кухне — на соседний дом.
Она упала очень сильно. Ей было больно?
Потом она вроде бы пришла в себя, но тупые травмы не всегда ощущаются сразу. Адреналин и все такое. Что, если она ударилась головой? Проснулась ли она сегодня утром?
Проклятье. Она не была моей проблемой.
Как и шкафы, линолеум был приклеен неприличным количеством клея. Я стоял на коленях с ломиком, отрывая вместе с полом куски распадающейся древесно-стружечной плиты. Небольшие куски. Каждый раз, когда я думал, что мне удастся отклеить линолеум, он отрывался, увлекая за собой кусок ДСП.
Это могло занять целую вечность.
Единственной хорошей новостью в этой катастрофе было то, что подложка под всем этим выглядела вполне прилично.
Я не знал, почему тот, кто делал эту работу, так благоволил строительному клею. К несчастью для меня, именно мне пришлось с этим столкнуться.
Это была моя проблема. Не Одри.
Странно, что я вспомнил ее имя. Я вообще плохо запоминал имена. Как, например, звали последнюю девушку, которую тетя Луиза пыталась мне всучить? Понятия не имею, как ее зовут. Не то, чтобы меня это волновало. Просто было странно, что имя Одри так отчетливо всплыло в моей памяти после того, как я услышал его всего один или два раза.