Водопад одержимости
Шрифт:
Мне потребовалась секунда, чтобы понять, что я смотрю ей вслед. Я потряс головой, чтобы прояснить мысли, и вернулся к выбрасыванию старых древесно-стружечных плит в мусорный контейнер.
Вот так. С этим было покончено. У нас был арендатор в доме с двумя спальнями, и Анника все уладила после того, как я облажался прошлой ночью. Мне не нужно было беспокоиться о ней.
Или думать о ней в этих шортах.
Но я думал о ней в этих шортах. Я вернулся к работе, отдраивая остатки пола на кухне, и, как ни старался, не мог выкинуть из головы Одри Янг
ГЛАВА 9
Одри
Таверна «Тимбербист» выглядела именно так, как я ее себе представляла, когда Сандра сказала мне, где с ней встретиться. Она пригласила меня выпить после работы, и это место соответствовало всем моим ожиданиям. Стены украшали старинные фотографии лесозаготовителей, старые вывески и ржавое оборудование, а парень за стойкой бара был с густой бородой, в клетчатой шерстяной рубашке и с большими волосатыми руками, что делало его похожим скорее на лесоруба, чем на бармена.
На самом деле он был очень похож на карикатурного дровосека на вывеске «Тимбербист».
После работы я отправилась домой, чтобы позаботиться о Максе, поужинать и переодеться. Я выбрала рубашку с короткими рукавами и джинсы с парой сандалий. Днем становилось теплее, но вечерами все еще было прохладно — типичная погода для гор в июне. Я надеялась, что ноги не будут слишком мерзнуть, но я накрасила ногти в самый красивый розовый цвет и хотела их продемонстрировать.
Или хотя бы полюбоваться ими, поскольку я сомневалась, что кто-то в тускло освещенной таверне маленького городка обратит внимание на мой педикюр.
Сандра помахала мне рукой от своего столика. Она тоже переоделась после работы — в футболку и обычные брюки. Ее серебристая стрижка пикси, как всегда, смотрелась восхитительно.
— Я рада, что ты пришла, — сказала она, когда я заняла место напротив. — Я не была уверена, что ты захочешь общаться со старухой, так что спасибо, что потакаешь мне.
— Ты совсем не старуха.
— Я ужасно близка к шестидесяти. Эта цифра кажется значительной.
— Она значительная, но это не говорит о том, что ты стала старухой. Ты просто повысила свой уровень.
— Видишь, вот почему ты мне нравишься. Ты знаешь, как придать вещам позитивный оттенок. — Она повернулась к бару и повысила голос. — Эй, Рокко. Что должна сделать девушка, чтобы получить выпивку здесь? Сверкнуть своей грудью?
Я прикрыла рот рукой и рассмеялась. Рокко, бармен-лесоруб, скрестил руки и поднял густые брови, как бы говоря: валяй, я жду.
Сандра рассмеялась. — Предоставь Рокко разоблачить мой блеф. Я пойду принесу нам выпивку. Что ты хочешь?
Первой мыслью было выпить лимонный коктейль, но я пыталась сократить количество потребляемого сахара. И это место не казалось мне подходящим для лимонного коктейля. — Что ты будешь?
— Водку с содовой. Раньше я была любительницей «Маргариты», но теперь не могу пить текилу. И Рокко делает ужасную «Маргариту».
—
Сандра усмехнулась, делая вид, что не заметила его комментария.
— Я буду то же самое. Но позволь мне их принести. Я хочу отпраздновать то, что я не безработная и у меня есть средства, чтобы угостить подругу выпивкой.
— Я не буду спорить с этим. Спасибо.
Я подошла к бару. Рокко был занят с клиентом, но тут из подсобки вышел другой бармен. Он был моложе Рокко, с лохматыми темными волосами и без бороды. Он показался мне смутно знакомым, но многие люди здесь были такими. К тому же я не особо запоминала лица и имена, если только не знала кого-то достаточно хорошо.
Или если это был Джосайя Хейвен.
Бармен посмотрел на меня с неопределенным раздраженным выражением лица. — Что вам принести?
— Две водки с содовой. Одну с лимоном, если он у вас есть.
Он ничего не сказал. Просто кивнул.
Ладно, не самый разговорчивый парень.
Я подождала, пока он приготовит нам напитки. Когда он закончил, он протянул их через барную стойку вместе со счетом.
— Хотите открыть счет? — спросил он.
— Конечно, это было бы здорово. Спасибо.
Он кивнул, все еще выглядя слегка раздраженным. Возможно, ему не нравилась его работа. Я взяла напитки и отнесла их за наш столик.
— Ну, как дела? — спросила Сандра. — Ты уже освоилась?
— Да, думаю, да. Мой дом замечательный. Очень уютный. На работе я все еще чувствую себя как слепой котенок, но Лу, похоже, не испытывает по этому поводу особого раздражения, так что это мне на руку.
— Ты ему нравишься.
— Надеюсь. Последнее, что мне нужно, — это снова попасть под сокращение.
— Лу довольно лоялен. Он не избавится от тебя, если не будет веской причины. Только если газета совсем закроется.
— Боюсь спросить, но как ты думаешь, это возможно?
Она пожала плечами. — Я думаю, Лу будет держать ее наплаву столько, сколько сможет. Эта газета — все, что у него есть. Его жена уже много лет уговаривает его уйти на пенсию, но, скорее всего, он скончается в своем кабинете, когда ему стукнет девяносто. Но газеты в маленьких городках — это динозавры. Метеорит упал, солнечный свет померк, и это лишь вопрос времени, когда вымрут последние из них.
— Это печально.
— Да, но прогресс движется вперед.
Я задумалась, могу ли я чем-то помочь. Не то чтобы я могла возродить умирающую газету, но должны же быть способы улучшить ее, сделать более интересной для читателей.
Дверь открылась, и появившийся мужчина мгновенно отвлек мои мысли от всего, что связано с журналистикой.
Джосайя Хейвен.
Его угрюмое выражение лица, казалось, высосало весь воздух из комнаты. Словно барные стулья разозлили его, и он пришел отомстить. Это должно было меня напугать. Обычно я сторонилась людей, которые постоянно выглядели сердитыми. Но было что-то такое в нахмуренных бровях Джосайи, что приковывало мои глаза к нему.