Чтение онлайн

— Что до косметики, — Ричард снова глянул на пунцовую блондинку. — Она не должна преображать вас, а лишь подчеркивать достоинства, или вовсе отсутствовать. Естественность ценилась во все времена, — он поднял палец. — Потому как, вы же не будете круглые сутки ходить наштукатуренными так, что побелка отваливается, — по аудитории пронеслись смешки, а у блондинки, кажется, даже тональный крем покраснел от откровенного намека. — А представьте изумление вашего кавалера, когда он утром обнаружит в постели совсем не ту девушку, с которой вечером ушел. Так что, лучше не скрывать ничего, как здесь, — и… его палец коснулся моего подбородка, приподняв голову.

В аудитории воцарилась мертвая тишина, и в меня воткнулись

откровенно неприязненные, если не сказать больше, взгляды. А большой палец ректора словно специально медленно погладил нижнюю губу, глаза пристально посмотрели на меня, и лорд Ричард продолжил тем же бархатистым тоном:

— Свежее, приятное личико, чистая кожа, к которой приятно прикасаться… Вот именно это и привлекает, а еще, загадка, — его ладонь скользнула по моей шее, родив шлейф мурашек, и я откровенно занервничала, едва не облизнув неожиданно пересохшие губы. — Когда все выставлено напоказ, нет никакого интереса, а вот если скрыто под одеждой… — выразительная пауза, ладонь замерла на плече, и мое сердце суматошно заколотилось о ребра. — И эта одежда лишь скромно намекает…

Дырявый котелок, да он откровенно флиртует со мной на глазах у всех. И почему-то это выглядело гораздо неприличнее, чем если бы ректор вообще поцеловал меня взасос при остальных конкурсантках. Еще несколько томительных мгновений лорд Ричард гипнотизировал взглядом, потом наконец отпустил и отступил, повернувшись к аудитории. Показалось, или у всех вырвался вздох?

— Так вот, барышни, при виде вас у меня сложилось впечатление, что вы не на конкурс для императора пришли, а на прием в дом терпимости, — без всяких деликатностей бросил он с изрядной долей прежней иронии. — Любой при взгляде на вас сделает вывод, что вы готовы отдаться первому встречному и где угодно…

— Не первому, неправда, — кто-то даже рискнул возмутиться, однако лорда Ричарда это не смутило.

— Хорошо, не первому, так второму, — пожал он плечами и посмотрел на нас. — Садитесь, девушки.

Я чуть не бегом направилась к своему месту, внимательно глядя под ноги — подножки озлобленных ведьм никто не отменял, но так откровенно выражать свои эмоции по поводу явного интереса лорда Ричарда ко мне на его занятии никто не посмел. Слава богам… Надеюсь, не сунутся и дальше.

— Подводя итог, в женщине должна оставаться загадка, как я сказал, и в то же время — естественность, и то, как вы явились сегодня на занятия, работает совершенно не в вашу пользу, — Ричард обвел нас всех внимательным взглядом и… снова посмотрел на меня, — Таким образом, сегодняшний тест сдала только леди Эстер, — вот так бы и стерла коварную улыбочку с его лица хорошей пощечиной.

Аж ладони зачесались, честное слово. Пришлось их крепко стиснуть под столом, изо всех сил сохраняя невозмутимое выражение на лице. Решение ректора любви мне точно не прибавит, потому как ответные взгляды конкурсанток уже были откровенно ненавидящими. Хорошо, что защиту бабуля ставила. И что у меня в апартаментах домовой есть. По коже аж мурашки побежали от концентрации "благожелательности" вокруг.

— И почему это она сдала тест? — возмутился кто-то из середины. — Только потому, что оделась скромно и не накрасилась?

— Нет, просто племя зильвадес живет на южной окраине империи и большую часть года обходится без одежды, поскольку у них там очень жарко. Поэтому закрытое женское тело манит их гораздо больше обнаженного, — снизошел до пояснения ректор, я же мысленно выругалась.

Ведь если бы не перебили дамочки, я бы договорила мысль и ошиблась, и не было бы причины выделять меня среди всех. Наверное… Ох, ну вот почему эти демоновы случайности так не вовремя происходят? Прозвенел сигнал об окончании лекций, и я едва досидела до того, как лорд Ричард выйдет из аудитории, попрощавшись с нами. Рванула к

выходу почти на бреющем полете, от греха подальше решив пообедать у себя — лишний раз встречаться с разъяренными дамочками не хотелось. Благодаря скромной одежде, я быстро затерялась среди остальных студентов и добралась до своей квартирки без происшествий, не сдержав облегченного шумного выдоха за закрытой дверью.

Прошла на кухню, позвала домового и попросила принести поесть, и вскоре уже уплетала вкусную наваристую мясную похлебку, потихоньку успокаиваясь после последней нервной лекции у лорда Ричарда. А вот к десерту ждал сюрприз: вместе с чашечкой ароматного чая домовой принес изысканный фруктовый десерт со взбитыми сливками и кленовым сиропом.

— Это что? Я не просила, — нахмурилась, покосившись на лохматого помощника.

Опять масло вымогает, подлиза?

— А это вам от господина ректора, — важно сообщил домовой, и я чуть куском не поперхнулась.

Ну приехали. И что это значит? Нет, в смысле, я прекрасно поняла, что это значит — недвусмысленное предложение приятно провести вместе время, и вовсе не прогулка под луной и целомудренные поцелуйчики. Если мужчина посылал женщине какой-либо десерт кроме конфет, а девушка или женщина его принимала и съедала, то, собственно, соглашалась на совместную ночь. Я уже открыла рот, чтобы попросить отправить обратно, но тут же закрыла его и задумалась ненадолго. Соблазн прямо сейчас закончить с отбором, а заодно и пройти нормально инициацию был велик, очень. Но ведь я собиралась именно провалить его, а не выиграть, так что, отставить. Кто угодно, но не ректор. И пока оставлю лишение девственности как причину для выбывания на самый последний выход. Не буду выходить из образа скромной и воспитанной, хотя очень хочется сладенького…

Пирожное я все-таки попросила отослать назад на кухню, а заодно принести мне печенья какого-нибудь. Домовенок исполнил просьбу, и удовлетворив потребности, я занялась чтением и подготовкой к завтрашнему дню. Из комнаты предпочла не выходить до самого вечера и после ужина спокойно легла спать.

Утром домовенок за завтраком порадовал свеженькими сплетнями, на сей раз по делу: конкурсантки всю ночь перешивали свои платья, пытаясь сделать их поскромнее по замечаниям ректора, боевики на вечерних свиданиях не получили даже поцелуя, и спор на то, кто первым переспит с девицей, плавно поменялся на то, кто первый получит поцелуй от одной из кандидаток. Ставка та же — артефакты-накопители. Я фыркнула и закатила глаза, а потом уточнила:

— Есть условие, как именно поцелует?

Домовенок озадаченно поднял брови домиком, потом ненадолго исчез и вернулся, помотав растрепанной головой.

— Не-а, значица, нет условий.

Я прищурилась, ненадолго задумавшись, и в моей голове созрел план, как выехать за счет этого очень вовремя подвернувшегося спора. Удовлетворенно улыбнувшись, я оделась как обычно, в скромное платье без лишних вычурностей, уточнила, где боевики — конечно, завтракали в столовой вместе с остальными конкурсантками. Надеюсь, и нужный мне человек тоже там. В столовой царило оживление, барышни чинно сидели за столами в куда более скромных нарядах — лекция ректора даром не прошла. Но откровенно говоря, швеи из ведьм никакие… Вокруг них вились те же желающие разжиться накопителями, и к моей тихой радости в сторонке я увидела Саймона в гордом одиночестве. Как всегда, уткнувшись в книгу, он рассеянно тыкал вилкой в распотрошенный омлет, волосы растрепаны, но я заметила и изменения: прыщей явно стало меньше, да еще и некоторые вообще наведенная иллюзия. Есть у серых ведьм такая особенность, видеть сквозь оные. Я сдержала смешок — ну да, вызвать прыщи в строго определенном месте крайне сложно, — решительно подошла к Саймону и опустилась на свободное место, подперев кулаком подбородок.