Чтение онлайн

Повисло тягостное молчание. Все понимали, что, с чисто военной точки зрения, акалель прав. Нельзя рисковать. Но новый отход только еще больше подорвет авторитет командующего.

— Те, кто останется, — смертники, — побелевшими губами выдохнул Кавик. — Позвольте, господин, я буду среди них.

Сын Солнца перегнулся через стол и отвесил юноше крепкий подзатыльник.

— Не люблю геройства, — отрезал он.

— Они уходят! — Принц Ахо старался не выдать удивления, но его голос предательски дрожал от бесстыдной радости. Наконец

он всем все доказал! Его считали ничтожеством, а вот же, враг отступает!

Наследник самоуверенно передернул плечами и бросил на окружающих победный взгляд. Казалось, ему важно не столько побороть врага, сколько одержать верх над презрением и недоверием боевых ярлов отца. Те только покрякали в рукав да пожевали бороды. Ну что взять с этого недоумка? Ужу ясно, противник подтягивает авангарды к основному войску, перегруппировывается. И правильно делает. Новый атланский командующий — человек с опытом. Только зря старается, напрасная предосторожность — наш-то, припадочный, сам не отважится на новую вылазку, а подскажи ему кто — сразу в крик.

Все это было написано на лицах ярлов. Их многозначительное молчание вывело Ахо из себя.

— Воды в рот набрали? — взвился он. — Неспособны признать очевидное: противник отступает. Не хотите верить собственным глазам только потому, что победу добыл я? Я!

— Победу добыли единороги, — раздался сзади звенящий от негодования девичий голос. — Неужели вы не понимаете, брат, одна удачная вылазка еще не конец войны?

Присутствующие приосанились. За их спинами на стену крепости поднялась принцесса Дея, младшая дочь короля Алдерика, в ведении которой и состояли рогатые чудовища. Она управляла конницей валькирий уже два года и сносно справлялась со своими обязанностями. Ее девственные наездницы прибыли из Асгарда только вчера и почти сразу вступили в бой. То, что государь, сам покинув Туле, все же отправил туда грозных валькирий, по поверьям, приносящих удачу, говорило в пользу владыки Ареаса.

— Только вас нам не хватало! — При виде сестры наследник с презрением плюнул себе под ноги и размашистым шагом направился к лестнице. Ахо терпеть не мог эту выскочку, стянувшую на себя, как одеяло, всю отцовскую любовь. Если разобраться, она и дочерью-то Алдерику не была. Когда король женился на Феоне, у той уже имелась девочка от первого брака. Он только наделил Дею правами принцессы.

— Ваше появление спасло нас, — ярл-лучник весело подмигнул принцессе. — А то уж мы не знали, как его унять. Дела плохи…

— Да, — рассеянно отозвалась девушка, — отец знает.

По стене к ним приближались три высокие фигуры, закутанные в серые плащи.

— Извини, Хёгни, вёльвы идут.

Проныра немедленно склонился в глубоком поклоне и поспешил оставить принцессу наедине с надвигающейся угрозой. Вёльвами у гиперборейцев называли прорицателей. Они были кем угодно — затворниками, чудотворцами, пророками, — только не колдунами. Это знали все. Помнили прошлое, настоящее и будущее, полжизни проводили в пустынных местах, являлись ко двору внезапно и так же внезапно исчезали. Среди гиперборейской знати у них имелось немало поклонников. Хёгни принадлежал к числу последних и понимал, что сейчас ему следует удалиться.

— Приветствую вас, отцы. — Принцесса склонилась так низко, что ее белоснежные косы коснулись камня.

— Это кто это тебе отец? — со смехом осведомился самый молодой из прорицателей. Он откинул капюшон, открывая веселое курносое лицо и длинные золотые кудри. Из-за возраста скальд короля Звайнальд Тихие Струны считался среди

вёльвов самым легкомысленным. Двое остальных воззрились на него с крайним осуждением. Но именно ему была дарована свыше песенная одержимость. Он мог напеть человеку судьбу, мог исправить беду, спев жизнь по-иному, мог в редких случаях изменить события прошлого и будущего. Это был высокий дар и настоящее проклятие. Все понимали, что нести его дано не каждому.

Звайнальд продекламировал:

Слушай, дисса ожерелий, У меня такое чувство, Что сегодня ты поедешь Далеко за наши стены.

Дея смутилась: она не собиралась в путь, и перевела вопросительный взгляд на остальных вёльвов.

— Что правда, то правда, — крякнул второй. — Дорожка тебе предстоит не из легких. — Он мял толстыми пальцами подбородок и, кажется, смущался. Этого прорицателя звали Риульф Берсерк. В прошлом он был воином, да и сейчас еще носил на поясе увесистый топор, а под плащом тяжелую кольчугу. Лицо Риульф имел добродушное и простоватое, но тот, кто хоть раз видел его в минуты боевого безумия, уже никогда не обольщался на счет этого «старца».

— Нам надо поговорить с вашим высочеством насчет очень важного дела. — Вот Огмис, третий из вёльвов, всегда брал быка за рога. Он выражался прямо и ясно, только от этой ясности на Дею почему-то веяло холодом. — Помнит ли ваше высочество древние легенды, связанные с родом королей Ареаса? — строго вопросил старик. Его дубовая палка чертила на пыльных плитках у ног принцессы узор из переплетающихся рун.

— Да, отец мой. — Девушке стало не по себе. В отличие от Звайнальда и Риульфа у нее никогда не ладились отношения со старшим из вёльвов. Он был одержим… мудростью. Его незамутненная чувствами мысль как нож взрезала пространство и время. Он всегда знал кратчайший путь к цели и прокладывал его, не считаясь с чужими судьбами.

— Ты помнишь, что мы говорили тебе о первенце короля Алдерика? — продолжал свой допрос Огмис.

Дея кивнула.

— Тогда следуй за нами.

Старик двинулся впереди. Звайнальд и Риульф пошли рядом с принцессой.

— Мы идем на Западный бастион, — пояснил скальд, слегка приобняв девушку за плечи. — Ты вся дрожишь! Этот Огмис умеет нагнать на людей страху! Ничего особенного, просто посмотришь на лагерь атлан и кое-кого там увидишь… — Его голос был заговорщическим и, как всегда, насмешливым. У Деи слегка отлегло от сердца. — Помни: против твоей воли тебя никто ни к чему принудить не может. Все в твоей власти. Старые легенды — это только старые легенды. А тот, кто сидит наверху, — Звайнальд потыкал пальцем в небо, — в любой момент может все переиграть.

Огмис обернулся через плечо и полоснул собрата гневным взглядом. Все знали, что Звайнальд — вольнодумец. Для него не существовало ничего заранее предопределенного. Он верил, что Провидение по великой благости может все исправить к лучшему.

Спутники уже стояли на площадке Западного бастиона, откуда лагерь атлан был виден как на ладони. Риульф, в широченном плаще которого всегда помещалось немыслимое количество полезных вещей, извлек из складок деревянную трубу с хитро вделанными в нее изумрудами. Этот драгоценный камень имеет свойство увеличивать предметы. Его кристаллы были отполированы и размещены друг за другом таким образом, что смотревшему казалось — вытяни руку и схвати все, что расположено на противоположном берегу.