Суккуб
Шрифт:
Но нет. Не будет её у меня.
И, кажется, сейчас я потеряю её навсегда.
Но я ей был небезразличен — это было очевидно даже по её тону, не говоря уже о взгляде.
Ну, хоть что-то, напоследок.
.
— Стоять! — приказал Мальфурик страже, и те застыли на полушаге, со мной, повисшим между ними.
Владыка демонов посмотрел сверху вниз на Эларию:
— Мне кажется, или ты… испытываешь н е ж н ы е чувства по отношению к этому конкретному хозяину?
Суккуба перевела взгляд с меня на Мальфурика
Демон прекрасно понял суть её заминки и усмехнулся:
— Это удивило меня, поскольку Одеон настаивал на том, что ты намерена выследить и убить ВСЕХ своих бывших хозяев.
— …Иэн никогда не был ко мне жесток. — тихо пробормотала Элария. — Напротив, от него я знала… лишь добро.
— Как трогательно. — оскалился демон. — Он тебе небезразличен?
Суккуба посмотрела на меня, затем опустила взгляд в пол:
— Как ты и сказал, я испытываю определённые чувства к нему.
— Думаешь, он влюблён в тебя?
Она вновь стрельнула в мою сторону быстрым взглядом, затем стыдливо увела его в сторону:
— Да. Поэтому он пришёл со мной убивать Одеона.
Моё сердце будто упало в яму.
Она знала, что делает — и скорее всего, уже давно.
И, зная это, манипулировала мной. Играла даже.
Стоило послушать Стига, ещё тогда, в самом начале. Или хотя бы Лил. Уж точно не своё сердце.
— У-у, так ты использовала его. — Мальфурика, очевидно, забавляла ситуация. — Жестоко…Точно, как твои хозяева использовали тебя — лишь чуть другими методами.
Элария обожгла Мальфурика взглядом.
— И близко не так! — выкрикнула она.
— Ну что же, позволь в таком случае завершить то, что ты начала. — Мальфурик посмотел на меня, выдержал паузу, и сказал. — Смотри внимательно, мальчик.
Он ещё раз ударил Эларию чёрным сгустком энергии, выбив почти все оставшиеся хит-поинты. Когда Мальфурик закончил, девушка лежала на полу, едва дыша.
Демон склонился и схватил своей лапищей её крылья, подняв суккубу с пола — чтобы мне было хорошо всё видно.
Затем он сунул светящийся клинок под ошейник и срезал бархатный «чокер» изнутри. Он упал с шеи, скользнул по пышной груди — и упал в ладонь Мальфурика.
— Видел? Теперь она моя. — сказал он и издевательски заржал, моё же сердце — изрублено на куски.
Что бы она ни сделала ради того, чтобы заставить меня идти за ней сюда, с этим самоубийственным квестом — всё было просто ничтожным, по сравнению с болью от того, что её забирают от меня.
Мальфурик протянул руку, и золотые энергетические нити заплясали в воздухе вокруг Эларии. Её кожаное бикини сменил какой-то кольчужный топ, а её высокие сапожки стали стальными ботинками и наколенниками. И, разумеется, новый ошейник — золотой, с цепью, оканчивающейся в ладони демона.
В другой ситуации я бы даже
Я потерял её навсегда.
.
— Кхем. — вдруг прочистил горло Одеон.
Мы все посмотрели на него; о его существовании никто не вспоминал всё это время.
— Pаз уж вы разобрались с моей небольшой проблемкой в виде злой суккубы, я, пожалуй, пойду. — сказал седой, отходя от солдат, что его недавно удерживали. — Надеюсь, вы сполна насладитесь её услугами, как в своё время и я-…
— Секундочку внимания, старый друг. — рыкнул Мальфурик.
— О, не хочу вас более беспокоить — уверен, у вас много дел с этой милой особой, так что я-…
Мальфурик отпустил крылья Эларии, что он держал в охапке, и та упала на пол с громким звоном металла о камень. Затем демон подошёл к Одеону.
— Знаешь, чего бы я хотел от неё больше всего?
Седой сглотнул:
— Могу лишь догадываться, но-…
— Я бы хотел, чтобы она покорилась мне сама, по своему желанию. Так подскажи мне, чернокнижник, как бы мне достичь этого, ммм?
— Я-я ув-верен, то есть не у-уверен, то есть не зн-наю..- начал заикаться тот.
— Да с чего ты вообще взял, после десятилетий морального и физического насилия над моими соплеменниками, что я буду поступать против их воли? — Мальфурик усмехнулся. — Но знаешь — у меня есть идея, как завоевать её сердце.
— И как же? — спросил Одеон.
— Я ей подарю твоё.
Прежде, чем Одеон успел хоть как-то отреагировать, Мальфурик без размаха воткнул когтистую лапу прямо ему в грудь.
Дядька пронзительно завизжал, а затем демон с жутким хрустом вытащил из него окровавленную ладонь.
В ней ещё билось сердце.
Одеон со свистом вдохнул один раз, открывая и закрывая рот, будто рыба на берегу — и кулем повалился на землю. Мёртвый.
В воздухе возникла надпись:
__
ОПЫТ 5000
__
Надо же — смерть экс-хозяина всё равно система записала на меня, хоть я и не имел к этому никакого отношения.
Хотя нахрена мне сейчас тот опыт…
Мальфурик рассмеялся, затем поджёг сердце Одеона и положил его, как бы жарящегося на медленном огне, перед Эларией — та смотрела на него с отсутствующим видом.
— Для тебя, хрхр, любовь моя. — весело хрюкнул, смеясь, Мальфурик. — Подарок — одно сердце, в обмен на другое.
Демонесса посмотрела на гиганта, по её щекам струились слёзы:
— Я никогда не полюблю тебя.
— Всему своё время. Пока же — признательности мне будет достаточно.
Мальфурик посмотрел на меня:
— Приятного тебе времяпрепровождения в шахтах, малыш-чернокнижник — и хорошенько подумай о тех вещах, что я сделаю с твоей «возлюбленной», когда она покорится мне.