Чтение онлайн

Полжизни назад, еще до бат-мицвы, во мне было много радости. Я радовалась всему и всегда: когда разрешалось разбудить сестер на утреннюю молитву и когда дождевая вода ручьем хлестала из сточной трубы. И походы в синагогу, и все-все домашние праздники, особенно, когда мы все вместе садились за накрытый стол, и яблоки в карамели на Рош-ха-Шану – эта радость ушла, оставшись лишь детским воспоминанием, и я не знала, что она вот так внезапно вновь обрушится на мою голову.

Мойра распахнула передо мной дверь с приторным энтузиазмом,

на пороге сунула бутылку молока, и только тогда я заметила тетино парадное платье.

– Вот и моя Фрида, – воскликнула Мойра для кого-то и, обняв меня за шею одной рукой, прошептала. – Сваха на кухне, ты ходила в магазин, поняла? Давай без глупостей.

Сваха была видной женщиной, занимала за столом два места, и хотя и пыталась казаться доброжелательной, ее зоркий взгляд фиксировал каждый катышек на кофте и каждое неловкое движение.

– Госпожа Голденберг принесла занимательное предложение, – Мойра обаятельно стрельнула темными глазами и присела напротив меня. – Мы с дядей его уже обсудили, слово за тобой.

На последних словах она выразительно приподняла брови, намекая, чтоб я не сильно обольщалась.

– Один очень порядочный молодой человек из очень хорошей трудящейся семьи хочет с тобой познакомиться, – начала госпожа Голденберг, отслеживая движение моего приоткрывшегося рта. – Он работает помощником менеджера в банке, так что в 18:00 в это воскресенье он готов поприветствовать тебя на первом этаже бизнес-центра Кетар.

– В воскресенье? Я… – я растерянно посмотрела на Мойру.

– Первое свидание всегда волнительно, не правда ли? – подхватила тетя, давая мне пару секунд на размышления. – Для Фриды оно будет самым первым, ее еще не сватали.

– Да, я немного переживаю, – тихо подтвердила я, хотя все мои мысли были совсем о другом. – Воскресенье так скоро, я не уверена, что готова…

Сваха аж всплеснула руками от умиления.

– О, дорогая, тебе не стоит беспокоиться! Эта встреча может стать судьбоносной, если на то Его воля. Помни, Всевышний даровал тебе предназначение, и чем скорее ты его исполнишь, тем лучше. Тем более и молодые люди стремятся его исполнить как можно скорее, а они у нас не безлимитные.

Женщина еще активнее заулыбалась, Мойра тоже заулыбалась, комкая уголок скатерти.

– Так что? – еще раз поинтересовалась госпожа Голденберг.

Не успела я осмыслить происходящее, как Мойра поднялась, решительно подошла к спинке моего стула и опустила на мои плечи свои крупные ладони.

– Я думаю, мы попробуем.

Тетя еще некоторое время наблюдала в окно, как сваха с трудом ковыляет вниз по лестнице, и когда она наконец скрылась в известном направлении, Мойра вернулась на кухню, где я обреченно ожидала "серьезный разговор".

– Я предупредила, что не приду, – напомнила я.

Если драка неизбежна – бей первым. Мойра ничего не ответила,

только пожала плечами и отвернулась к раковине. Молчанием она не оправдала моих ожиданий, от него становилось дурно.

Я ни разу с ней не ругалась, во всяком случае, всерьез. Мойра частенько покрикивала на детей, но без особых упреков. Конфликтовала она в основном со старшими, с Моти, например, за тайные побеги в кино и контрабандный плеер с "неправильной" музыкой. Меня никогда не трогала.

– Я не могу в воскресенье, дети вернутся…

– Это не твои дети, – холодно прервала меня тетя, намыливая и так чистое блюдце. – Ты же знаешь, это очень важно. Отпросишься.

– Разве нельзя перенести хотя бы на понедельник? Их не было несколько дней, нужно что-то приготовить, встретить, помочь собраться в школу.

Мойра придавалась чинному молчанию. Даже не посмотрела в мою сторону. Для себя она уже все решила, и мои уговоры не имели никакого значения. Возмущение, проснувшееся на фоне упрямого радикализма Мойры, нагнало на меня наглости, подбило на безрассудное заявление:

– Хорошо, тогда мне придется работать в Шаббат!

Тетя отвлеклась от своего дела. Одним движением она выкрутила ручку крана, медленно повернулась в мою сторону. Ей было любопытно, у кого я позаимствовала столько дерзости, потому что во мне ее никогда не было.

– Нет. Ты не будешь работать в Шаббат. И ночевать где попало ты тоже больше не будешь. По крайней мере, пока живешь в моем доме, – устало вздохнула женщина, потерев морщинистый лоб рукавом. – Я не собираюсь объяснять и спорить, это для твоего блага. А теперь хватит изображать, хабибти, иди, приведи себя в порядок.

Мы еще постояли с полминуты в раздраженном непонимании и разошлись: я спать, она – собираться на вечернюю смену.

Все было продуманно. Безупречный план, рассчитанный до минуты. До 10:25 отправить детей Мойры в школу, привести квартиру в порядок и встретить дядю Шимона, который должен сегодня утром вернуться из Тель-Авива. Ровно в 10:25 выйти из дома и к 11:00 прибыть в Верхний район. К 15:00 завершить все дела по дому семьи Хадад и в 16:00 в Рамат-Шемер готовиться к встрече. Отличный план, не придерешься.

Только дядя не приехал. Я прождала его до полудня, подбирая слова, чтобы выразить недовольство первому, кто переступит порог, ведь опоздание Шимона рушило в основании хитрую схему. К возвращению Ривки из школы стало понятно, что что-то происходит. Не теряя надежд успеть к Хадад хотя бы на пару часов, я попыталась дозвониться до Мойры – получила в ответ лишь гудки.

Со старым Шимоном не могло случиться плохое. Он, вполне вероятно, задержался по личным причинам и элементарно забыл предупредить. Несколько тщетных попыток позвонить и ему ничего не прояснили – он тоже не отвечал.