Чтение онлайн

Ребята, откройте по хорошему, очень прошу!

***

Ветер пел по степи. Пел незамысловатую заунывную песню, словно перекликаясь с кобызом в руках шамана. Перебирая полынь и седую ковыль ветер пел: о тяжелой доле кочевой жизни, о засухе, и суровой зиме, о непосильном ясаке, и безжалостной байской плети, о ненавистных джунгарах, убивающих всех на своем пути. Ветер гонял по степи кустики перекати-поле, закручивая пыльные вихри, бросал их в лицо, помогая оправдать слезы, наворачивающиеся на глазах. Мол, не от обиды на судьбу и жалости к погибшим текут слезы, а просто от пыли, попавшей в глаза.

Аул Байрама был уничтожен. Только одному пришлому мальчишке удалось спастись. И то, потому, что ему хватило ума притвориться мертвым. Быстро собрать войско хану Темиртасу не удалось, и пришлось уходить, поспешно

оставив несколько юрт врагам. Гонцы, разосланные ханом с бунчуками в руках и криком : «Ат-тан!» (тревога) собирали народ на войну, и часто приносили неутешительные вести. То тут, то там они вместо аулов, где можно было набрать воинов заставали лишь пепелище. А враг шёл по пятам. Разведчики хана часто натыкались на небольшие отряды джунгар. В мелких стычках гибли люди. Большое войско обещал привести Аблай, и хоть Темиртас ему не особо верил, но война есть война. Прежние обиды можно было списать перед лицом главного врага. Баи Тулеген, Осет, Байрам собирали всех своих людей, к хану прибыли со своими нукерами Асылбек, Куаныш, Нариман. Где-то в пути уже был Жунус по прозвищу Беркутчи ( беркутчи – его прозвали из-за пристрастия к охоте с беркутами). И пока медленно растущему ханскому войску приходилось лавировать, избегая сражения с врагом, у Темиртаса созрел план. Нужно было заманить джунгар в ловушку, дать сражение там, где его можно будет выиграть. И Темиртас дал указание гнать табуны к жемчужине своих земель в Бурабай, и очень надеялся, что о большом скоплении скота узнает враг, и польстившись на богатую добычу, устремится следом. И там у Синих гор джунгар можно будет прижать, а подоспевший с войском Аблай ударит им в спину. Но как говорится на Тенгри надейся, а сам не плошай. Именно поэтому Темиртас, скрепя сердцем, отправил один табун с пастухами прямо в лапы врага, сказав пастухам, что хочет спрятать свои стада у Синегорья. А сам тем временем отправил вперед большую часть собранного войска чтобы организовать засаду. Лошадей на самом деле гнали, чтобы каждый встречный мог подтвердить о передвижении больших масс скота. Гнали со всех ближайших земель именно в Бурабай, где в сухой степи возносились к небу вершины синих гор, окруженных ожерельем чистых и холодных озёр. Там действительно было чем прокормиться скоту, было где спрятать войско.

Но как говорят, беда не приходит одна. Сначала появились слухи о железных птицах симург, что плевались огнем и убивали людей. Именно им приписывали гибель аулов, сожженных дотла. И вправду иногда находили нечто странное на месте бывших стоянок. Трупы погибших всегда обильно были истыканы стрелами, которые скупые джунгары видимо вырывали из убитых вместе с клочками мяса, поскольку никогда не было найдено ни одной стрелы. А если и находили наконечники, то тупые, и округлые, без направляющих лопастей, без хвостовиков и раструбов, что непонятно было как наконечники к древку крепились? И невозможно было, чтобы эти мелкие наконечники нанесли такие страшные раны, иногда просто дыры, как от хорошего копья. Старики говорили, что это птенцы симург так клюют людей. Видимо проклятые джунгары привезли их с собой и выпустили тут на волю. А ещё аксакалы говорили, что в такое тяжелое время нужно молить Тенгри о прощении и просить помощи. Принести в жертву черных коров и баранов, и спалить их головы на костре, дабы запах и молитвы дошли до бога. На слухи и разговоры не особо внимания и обращали, не до того было, пока разъездной отряд хана не столкнулся с железной птицей близь урочища Моншакты. Из двадцати нукеров лишь четверым удалось доскакать до леса и спрятаться, остальные все пали. По словам выживших железная птица больше похожа на большого жука, который когда летит сильно шумит крыльями. А шумит он сильно потому, что машет крыльями так быстро, что их не видно. И убивает этот жук громом (скорее частым клёкотом) от которого появлятся на теле рваные раны. Стрелы же и копья его не берут, поскольку летит он хоть и низко, но тело его железное.

Вот это известие заставило призадуматься, поскольку если это правда и птицы эти на самом деле на стороне врага, то победить его будет совсем не просто и едва ли возможно. Особенно если учесть появившиеся слухи о железных зверях ползающих по степи. Они вроде бы никого не убили, но что-то не верилось, что туши размером с десять быков вместе взятых могут быть не опасны.

***

– Гыр! Мыр! Пыр! Кыр! –

надрывался пилот за перегородкой. Что он точно орал в рацию, неизвестно, но понятно было без перевода. Типа : на нас напали, подмогу сюда, быстро. А ведь подмога придет, и скоро. Сволочи! Что же делать? Стрелять ? Так пилоты мне нужны живые, чтобы этот птеродактиль угнать. Но видно не судьба.

Отойдя в хвост вертолета, я осторожно нажал курок.

– Та-тах! – автомат дернулся и на дверях появились два отверстия. За дверями заголосили сильнее. Не нравится? А нечего закрываться, как в общественной уборной! Может я тоже хочу?! Лучшее средство от запора – автоматная очередь над головой. Считайте вам доктор прописал. Вы мне другого выхода не оставили, выбить железные двери плечом не получится. Я подошел ближе и прикинул, где сейчас должны быть пациенты. Скорее всего после первой очереди попадали на пол, значит нужно взять пониже, а потом, если патронов хватит посередине. Жутко не люблю надеятся на авось, но придется.

– Та-та-та-та! Та-та-та-та! Та-та-та-та! – выдал автомат и сухо щелкнул. Вот и всё. Пороховая гарь наполнила воздух в трюме воздушного судна, защипала глаза, засвербила в носу. Наступила оглушающая тишина, так всегда после огнестрела кажется. Давненько я не стрелял, однако. Отвык.

Подойдя к дверям прислушался. Тихо. Что-то капает за дверями. Воображение живо нарисовало, как тяжелые густые капли алой крови падают на пол, и растекаются там черными лужами. Пора. Прихватив автомат второго охранника, я оббежал громадину вертолета пытаясь определить, где у него может быть бензобак. Вдруг кто-то из команды десантников сможет заменить скоропостижно скончавшихся пилотов?

Так, вроде здесь. Пробный выстрел ничего не дал. Пули срикошетили. А другие, выпушенные со стороны леса просвистели рядом с моим телом. Уже? Так быстро? Команда вернулась?

Бегом! Скомандовал я сам себе и припустил со всех ног, петляя как заяц, усложняя задачу стрелкам. И уйти удалось. Правда не сразу. Заложил круг, с целью сбить их со следа, если вдруг среди них следопыт отыщется, и потихоньку забирал к озеру, так чтобы оказаться в паре километров от того места где оставил своих подопечных. Вот уже и место приметное – обломанная молнией одинокая березка. Вот и проплешина в камыше, и виднеется зеркальная гладь озера.

– Сауле! – негромко позвал я. И тишина. Хотя не совсем тишина. Кто-то сопел невдалеке. Можете мне поверить, хоть ухо не слышало никаких звуков, я готов был поклясться, что в камышах есть люди. Двое или трое особей мужского пола и ни одной женской. Сердцем почувствовал – засада. Развернувшись, я стал потихоньку уходить, когда камыш за моей спиной зашуршал и горячие пули впились в позвоночник.

Да, что же за непруха такая! – подумал я перед смертью.

– -----------------------------------------------------------------------------------------------

– Как сказать на вашем языке – помогите, умираю? – спросил я у шпиона.

– Бен мау кей! – ответил он, недоумевающее смотря на меня.

– Сейчас я нейтрализую охрану, как махну рукой, бегом к вертолету.

И понеслось всё по прежнему сценарию. Охранников снял и мявкнуть не успели. Навесив на плечо парочку автоматов, я дал отмашку моим, прячущимся за кустами. А когда они запыхавшись заскочили внутрь вертолета, негромко скомандовал адамиту:

– Давай!

– Бен мау кей! Бен мау кей! – заголосил он срывающимся после бега голосом. Вышло вполне натурально, я сам чуть не поверил, что беда какая-то у человека случилась. То ли хата сгорела, то ли борщ прокис. И пилоты повелись. Что-то сказали. Щелкнула открываясь дверь и недоверчивая морда попыталась выглянуть наружу, и тут же получила по затылку, а я перешагнул через упавшее тело внутрь кабины пилотов.

– Что теперь? – спросил иноземный диссидент, пристраиваясь в кресле второго пилота. Как выяснилось азам пилотирования он был обучен. Но пилотов я на всякий случай оставил живыми, только связал. Вместе с двумя пилотами третьим в кабине был командир десанта, который попытался сделать во мне дырку из пистолета. Я не окно в женской бане, зачем мне дырка? Словом, командир нас покинул навсегда.

– Что теперь? - переспросил адамит.

– План такой. Разобраться с десантом, - я задумчиво покрутил рукоятку, наблюдая как прицел на экране послушно смещается, и гудят сервоприводы, поворачивая стволы пушек, - Потом нужно дождаться Дервиша…