Чтение онлайн

Узнать его также было не сложно по своеобразно ярким привычкам, постоянно то и дело проявлявшимся в процессе общения: резкие движения рук, некая кажущаяся наигранность при разговоре, ухмылка лица с особенно резко прорисовывавшимися в такой момент чертами восточного типа. Самое выразительное, что несомненно в нем присутствовало, так это - темные, почти черные глаза, чуть узковатые, с характерной натянутой верхней векой, встречающихся у представителей подобных национальностей. Взгляд их выражал какую-то ледяную холодность, остроту и в то же время настороженность ко всему происходящему, какая бывает только у людей, по профессии, либо в силу каких-либо других жизненно-важных обстоятельств часто приходящихся

сталкиваться со смертью, тем или иным образом вынужденных убивать своих же собственных соплеменников. Прочувствовав собственным телом этот тяжелый взгляд на себе, взгляд мудрого волка-одиночки, пронзительно впивающийся в тебя и выворачивающий все внутренности наизнанку так, что мурашки бежали по коже, я после, ни с каким другим взглядом перепутать не мог. Мне как-то сразу стало уже немного не по себе.

Данную личность, как я мог тогда полагать, судя по слухам и различным россказням, знали все ближайшие селения и отзывались о ней далеко не с лучшей стороны. В свое время тот, за какую-то неизвестную провинность был изгнан из родного племени и теперь наверняка скитался с одного места на другое, в поисках пропитания, не имея постоянного пристанища. Но человек, как мне виделось со стороны, был вполне здравомыслящим, отнюдь не простым, но довольно-таки дружелюбным по своей натуре. Не знаю, что уж он там натворил у себя на родине, но относился ко всем вполне нормально и с должным уважением. Хотя и присутствовал у него некоторый ярко выраженный недостаток - склонность к умелому патологическому обману, или попросту говоря - вымыслу, выражавшемуся в повествовании событий, которые на самом деле не могли происходить в действительности. Он превозносил свою личность в некую степень невозможной значимости, возможно, мнил себя очень влиятельным, могущественным человеком, хотя на самом деле, что рассказывал, просто не могло быть в реальности уж абсолютно точно, как подтверждалось впоследствии.

Сочинял же он совершенно без всякого повода, умысла или какого другого целенаправленного свойства и, что самое странное, полностью верил и сам в то, что говорил. Это выглядело так уверенно и правдоподобно, что отличить правду ото лжи казалось совершенно невозможным. Можно вполне было предположить, что с головой у него состояло не все в порядке и уже давно. "Раздвоение личности - пароидальная шизофрения, - комментировала такие способности Леночка, - В несколько запущенной форме, хотя, лечению вполне поддался бы, все равно. Довольно противоестественное состояние, но ничего, и не такое видали. Обычно шизофреники несколько просты и наивны в своих суждениях и выдумках. Представляют себя другими людьми, либо рассказывают явные небылицы и вычислить их довольно просто. Однако, что не говори, а этот случай все же совершенно особый. На нем психиатрам можно себе карьеру сделать. Человек живет в каком-то придуманном им самим, мире, хотя и придумывать тут особо ничего"...

– Так говоришь, ты за товаром едешь?
– вполне дружественно переспросил он, глядя на меня с некоторой излишней осторожностью, словно данным действием, пытаясь контролировать каждое произнесенное мною слово.

– Ну да, конечно. Зачем же еще?
– сказал я, сжимая в ответ протянутую им ладонь с плотно стиснутыми вместе пальцами, которая на редкость оказалась твердой и уверенной, выдавая характер ее обладателя.
– Можно, думаю, и без этого всего прожить, хотя довольно сложновато будет. Ведь города же не зря существуют. Именно затем, наверное, чтобы их посещать. Не только одни продукты производятся там, но еще и вся необходимая нам одежда, медикаменты, да и другие, прочие вещи без которых естественно не обойтись.

– Да уж, такое верно подмечено, - не сразу, немного помолчав, отозвался незнакомец.
– Если бы не грызуны, так

позволительно было совершенно туда не ездить, а просто жить там. Все условия созданы. Как только вот этот в поезд пробрался непонятно, ведь я же самолично весь состав пересмотрел. Я, конечно бы и третью стрелу выпустил, но боялся в тебя попасть. Довольно плотновато вы сцепились. Кстати сказать, нужно будет нашего паразита как-нибудь с поезда-то скинуть при первой такой возможности, ну если тебе самому что-либо от него не нужно. А то ехать дальше станет довольно неприятно.

– Скоро поезд остановиться, примерно минут через двадцать, тогда его и выбросим, - согласился я в ответ, неторопливо взглянув на часы.
– Ты бы сам его забрал. А то, что зря пропадать добру, пожалуйста, разделывай, как хочешь. Я, определенно не за ним сюда забирался.

– Такого добра везде полно, вот если бы свинины, какой попробовать. Хотя шкуру я и не прочь взять. Она крепкая и прочная, да возиться не очень хочется, если честно. А мясо у него - просто гадость редкостная. Собачий корм, иначе не назовешь, - он поморщился и, как будто, прочитав мои мысли, весело прибавил.
– Вообще-то я в Город поразвлечься еду, так сказать. Надоело уже дома сидеть. Надо хоть как-то косточки свои размять, наконец. Да и скучновато стало. Мог бы, конечно, совсем в Городе этом поселиться, знакомых везде дополна, да все как-то не решаюсь. Позволили бы остаться, никто уж и слова не сказал против.

Рассказчик тут ненадолго замолчал, достал сигарету и неспешно ее подкурил, присаживаясь на скамейку напротив. Проворно забросив ногу на ногу, он глубоко затянулся, выпуская слишком уж большое количество дыма.

– Скажу правду. Я знаю в Городе некоторых местных жителей, ну тех, которые весь этот хлам производит, который вы домой таскаете. Там ведь он никому абсолютно не нужен, так только для отвода глаз. Могу предложить совсем другой товар, не бесплатно, конечно. Такого ты явно нигде еще не встречал. Великие дела делать можно. Не один поселок ваш к рукам прибрать.

– Да что ты. Какие странные вещи ты говоришь. Не знаю, уж зачем это нужно. Мне бы себя как-нибудь прокормить, да семью свою, многого-то и не требуется, - ошарашено вымолвил я, несколько насторожившись такому откровенному предложению.

– Ну а что, там у вас в поселке борьбы за власть не случается? Или не до этого пока? В жизни ведь все может пригодится. Но если не хочешь, то и не нужно тебе такое знать, - несколько резковато изрек тот.
– Было бы предложено, но если передумаешь, все в лучшем виде организуем. С нужными людьми в Городе познакомлю, ну и так далее, как пожелаешь. Ты вот за каким товаром обычно ездишь?

– Ну, когда как, по-разному бывает, иногда вещи, одежду там разную везу, - я начал для большей убедительности что-то показывать руками в воздухе.
– Сейчас вот за продуктами выехал. К зиме подкупить нужно, а то потом и вовсе не выберешься.

– И из продуктов кое-что тоже имеется. Такого на прилавки не выкладывают, - настойчиво проинформировал навязчивый попутчик.
– Ну ладно, думай пока, время еще терпит. То скажешь, что я к тебе навязываюсь.

Он отвернулся и посмотрел в сторону окна, будто бы несколько даже обидевшись на такой уж категоричный отказ, поступивший с моей стороны.

– А там, что за люди с тобой?
– указывая в конец вагона, спросил я, стараясь как-то переключиться на другую тему разговора.

– Да я и сам не знаю. Ты зачем спрашиваешь? Так, попутчики какие-то, просто по дороге попались, - уже более раздраженно, чем в прошлый раз отвечал он, сразу зачем-то соскакивая со своего места.

– Однако скоро станцию будем проезжать. Давай вытащим пока грызуна в тамбур. Хватай его за лапы, нужно подготовиться, чтобы не суетиться после.