Стая
Шрифт:
– Ну что, идем в бар, как обычно, - после небольшой паузы предложил Николай, по привычке почесывая затылок, как у него получалось, сквозь заднюю дыру в своей великолепной кепке.
– А то меня чего-то мутит, после вчерашнего. Выпьем там по кружечке пивка?
– Нет, исключительно только красного вина!
– засмеялся Андрей, выговаривая недавние наставления Оксаны.
– Не знаю, правда, что у нее насчет подводы получится...
– К родным уже заходил?
– заботливо поинтересовался Николай.
– Заходил, - отвечал тот, для какой-то особой цели пошарив руками по карманам, захотев вероятно проверить, все ли находится у него на месте.
– Пойдем дядя Коля скорее, а то мне и самому уже не терпится повидаться с Людмилой.
Они начали движение по дороге и вскоре вышли прямо к озеру, следуя далее по берегу в направлении
Вскоре приятели зашли непосредственно и в само интересующее их, здание, стоящее почти на краю берега и представлявшее собой построенный на совесть, исключительно крепкий деревянный сруб, довольно-таки внушительных размеров, с большими двойными застекленными окнами и черными металлическими в них решетками. Оно напоминало этим своим видом, скорее какую-то неприступную крепость, чем привычное в нашем понимании питейное заведение. Внутри, как и снаружи все выглядело на удивление чисто убранным, предметы находились на своих местах, что бывало так не всегда, после очередных визитов прихожан. Столы, стойки, стулья и прочая мебель полностью изготавливались из дерева, пропитанного темной янтарной смолой, делались массивными и прочными, словно намечались так существовать на времена вечные. Сразу оказались заметными старания здешних мастеров, потрудившихся на славу. Еще бы, для такого заведения никаких строительных материалов было не жалко. Зал же, в подтверждение сказанного, представился довольно просторным и вместительным, очевидно для некоторого значительного количества гостей, присутствовавших тут по мере надобности, требующих, безусловно, также и большой численности рабочего персонала. Однако обслуживала данное окружение всего лишь одна женщина - сама хозяйка Людмила.
Осматривая внутренности помещения, и без того, до тошноты знавшие местную обстановку, вошедшие приятели все же заметили, не совсем свойственную данному времени суток некоторую пугающую пустоту, так или иначе стоявшую в данном исключительном месте без особого повода. Такое явно выраженное безмолвие выглядело чрезвычайно странным. Куда-то исчезли все привычные посетители, которые по крайним, пусть даже самым неутешительным расчетам должны были определенно здесь присутствовать. Не оказалось ни кого из завсегдатаев заведения, помимо единственного, довольно-таки чудаковато одетого молодого человека, не проявляющего себя некоим образом, весьма неподвижно и очень тихо сидевшего за дальним столиком в углу. Он вероятно давненько уже находился в баре, именно в этом промежутке комнаты, возле стены, и возможно, совершенно прилично задремал, выпив предварительно очередную порцию игристого пива.
Людмила, прятавшаяся за стойкой и кажущаяся заскучавшей от стоявшей тишины и гробового спокойствия, завидев гостей, мгновенно преобразилась, быстро вскочив на ноги. Она окинула приятелей неприветливым, крайне негативным взором темно-карих глаз, сверкая ярко отраженными от света ламп бликами, определенно с несколько неистовым выраженным в них оттенком, совсем уж не по-доброму прищуриваясь. Длинные и черные, как смоль, вьющиеся волосы прыгнули вслед за ней, растягиваясь, словно небольшие пружинки, поддаваясь необузданно-жгучей энергии, какая с излишеством присутствовала в их импульсивной хозяйке. Лицо владелицы при этом не исказилось ни на чуть, представившись крайне незыблемым, сухим и безжизненным, даже, можно отметить, чем-то стянутым до неузнаваемости. Его словно облегала некая восковая маска, нанесенная таким причудливым образом, что при мрачном освещении бара казалось, будто внутрь оной невольно втягивалась и вся располагающаяся
Однако природа наградила Людмилу высокой и стройной фигурой, большим объемным бюстом, широкими бедрами, преимуществами которых, несомненно, позавидовали бы многие женщины, что далеко нельзя сказать об ужасно скверном, просто невыносимом характере. Да и положению, какое она занимала в обществе, можно было только завидовать. Ни в чем, собственно не нуждаясь, ни в каких прихотях себе не отказывая, Людмила, так или иначе, виделась окружающим страшной собственницей. Она сама лично, да и все ее заведение относилось к определенным структурам власти, контролирующим и естественно получающим от данной хозяйственной деятельности хорошую прибыль. Вероятно, Андрею не хотелось упускать эти отличные возможности, которые здесь открывались, тем более, что и Людмила уделяла тому явно какое-то особо повышенное внимание. Хотя эдакое доброжелательное отношение с ее стороны было не так уж и безопасно, как могло показаться на первый взгляд.
– Проходите, гости дорогие, - первой начала разговор Людмила с некоторым нескрываемым ехидством в голосе, открыто издеваясь над вошедшими.
– Не заблудились случайно, придя сюда? Один из вас аж целую неделю тут не показывался. Совсем позабыл меня, наверное?
Андрей содрогнулся всем телом от таких произнесенных слов, совершенно правильно приняв выговор на свой счет. Он, должно быть, несколько испугавшись, стал ближе к Николаю, дабы уже его категоричные изъяснения ненароком не были услышаны властолюбивой хозяйкой, и совсем не громко, почти шепотом обреченно сказал:
– Пойду, как обычно, усмирять бушующий ураган страстей.
– Давай, давай, - вполне даже по-дружески подбодрил его Николай, похлопывая рукою по плечу.
– Только вот сначала пришли мне бутылочку вина какого-нибудь, пожалуйста, горло промочить, да и перекусить чего, тоже бы не помешало. А то получится, как в прошлый раз...
Андрей всем своим видом и движениями показывая искреннее понимание случившегося, несомненное духовное в нем участие, стараясь хоть как-то немного оправдаться перед Людмилой, быстро подобрался к разгневанной владелице данной обители, и вполне сносно зная ее неукротимый характер, начал всячески ту ублажать. Николай же предусмотрительно занял столик напротив, чтобы, в случае каких бы то ни было непредвиденных обстоятельств, незамедлительно покинуть опасное заведение. Он искренне желал также, и прислушаться к интересному разговору, который происходил между этой парой вполне для него осмысленно.
Оказалось, Людмила даже и не знала, что Андрей уходил в Город. Конечно, данный факт выглядел крайне странным, хотя он и сам - первоисточник такой информации старался никогда никому не раскрывать своих намерений. Так и в данном случае Андрей не поставил ее в известность о переходе, думая, что Людмила, как обычно, будет давно в курсе всех событий, по крайней мере, происходящих именно с ним. Начиналась обычная сцена ревности, присущая любой из темпераментных женщин, к категории которых она, благодаря своей природе, относилась безо всякого сомнения. Тот отчаянно оправдывался, в свойственной ему манере шутливого разговора, как будто стараясь усыпить нарастающий поток ее бурлящих эмоций. Все эти действия по обыкновению возымели должный магический эффект, сменивший безудержный гнев ярости на милость и расположение.
– Коля, иди, забирай свой заказ, - резко прокричала та, чуть взвизгивая от переполняемых чувств, для большей видимости пренебрежительно размахивая руками.
– Сейчас только дежурное блюдо имеется, другого пока еще не подвезли.
Хозяйка выложила на стойку небольшую тарелку с картофельным пюре, котлетой, скудно облитую подливом, решетку с хлебом, столовый нож и вилку. Также небрежно выставила вперед бутылку красного вина, два легких простецких стакана, изготовленных кустарно из коры какого-то местно-растущего дерева. Подождав, пока Николай неспешно заберет это себе за столик и отойдет подальше, Людмила, обнимая Андрея за шею, шепотом что-то проговорила ему на ухо. Тот улыбнулся и, одобрительно-довольно кивнув головой, проследовал вслед за ней, окончательно удаляясь в скрытое от посторонних глаз подсобное помещение.