Сокол
Шрифт:
– Вон мое окно.
Я показала на третий этаж.
Серое здание довоенной постройки погрузилось в сон. Сбоку прибились машины, выстроенный в один ряд. Опустели лавочки. Не слышны детские голоса.
Уже полночь, темно. С реки подул свежий ветерок. Зябко обхватив себя руками за плечи, я подняла голову вверх и взглянула на небо, усыпанное звездами. Легкие облака тонкой пеленой повисли над линией горизонта, там, где только что спряталось солнце, и где оно встанет уже через несколько минут.
– Они
– И в Кельне.
– А еще там растут ромашки.
Какие ромашки?
Он так же как я, мечтает о чем-то. Смотрит в небо и думает о своем.
– У ромашек горький запах.
– Неправда, – обиженно проговорил он. – Они восхитительно пахнут. Мне нравится.
Пока я думала о ромашках и вспоминала их запах, Алик что-то тихо сказал. Я придвинулась ближе и услышала только последнее слово. Рай.
– Хочешь горячий кофе? – робко предложила я.
Сама стесняюсь, а в душе мечтаю, что он согласиться. Но, он не согласился.
– Спасибо. Уже поздно.
– Да. Поздно. Тогда…
Слова застряли в горле. Обидно. Впервые пригласила парня в гости, а он отказался.
– Маш, не обижайся. Мне завтра вставать с шесть часов утра.
Он заметил. Как стыдно!
– Я не обиделась.
– Это хорошо.
– Спасибо тебе за прекрасный вечер.
– И тебе.
– Увидимся на работе.
– Увидимся.
– Тогда – пока?
– Пока.
И он ушел.
Всю неделю я его не видела. Виолетта Филипповна позвонила на следующий день и спросила, куда мы пропали во время ужина. Я ответила, что гуляли, и она больше не стала приставать с расспросами.
В пятницу, когда стало понятно, что Алик мне не позвонит, я решила принять приглашение Веры. Она давно звала меня на дачу к своим родителям. Я отпиралась, как могла, долго тянула время, придумывала предлоги, но сейчас мне так захотелось вырваться из города, что я сама напросилась к ней в гости на все выходные.
С понедельника Игорь Петрович ушел в отпуск. Они вместе с женой уехали на дачу на целый месяц.
– Нас отвезет Миша, – сказала Вера, когда мы после работы шли к метро. – Все уже там: и мама с папой, и Лиза с детьми.
– Как вас много! – испугалась я. – Даже неудобно.
– Что неудобно? – хмуро спросила она. – Это тебе не шубу в трусы заправлять. Ты знаешь моего папу и Мишку.
– А твоя мама что скажет?
– Ничего не скажет. Она любит гостей.
– Ты сама меня пугала, какая она строгая.
– Да, брось ты! Мама – человек, а не зверь. Хотя…
– Что?!
Мой дрожащий голос и жалобный взгляд, развеселили ее.
– Маша, ты как ребенок. Успокойся. Мама давно хочет познакомиться с тобой. Вот увидишь, как у нас в деревне хорошо. Большой дом. Мы только в прошлом году
– Я сто лет не была на дачах. Только в детстве.
– Ты говорила у вас дом в Кельне?
– Да.
– А какая разница? Дом или дача? Это мы называем дачей, а на самом деле у нас теплый дом, гараж, баня.
Мы сбавили темп возле магазина.
В час-пик город превратился в полосу препятствий. Обойди, подтолкни, пролезь, а где-то приходится перепрыгнуть или проползти на брюхе. Это Вера высокая, ей легче. Идет, как танк, не обращает внимания на тараканов под ногами. А я сшибаю лбом все, что попадается на пути.
Когда мы все же добрались до станции, Вера на прощанье сказала:
– Завтра в восемь утра мы за тобой заедем. Будь готова.
– Хорошо, – неуверенно ответила я.
– Что-то не так? Ты сама согласилась, а теперь прячешься в кусты? Ты честь блюди. Но не со всеми.
– Мне неудобно. У вас семья, а я…
– Выброси эти глупости из головы. Ты – моя подруга.
– Ладно.
И действительно, сама напросилась, а теперь ломаюсь.
Я не думала, что там будет так много людей. Особенно Лиза. Вера с ней дружит, а я буду лишней. И Мишу я видела один раз. Еще дети. У Веры двое, у Лизы трое. Целый детский сад! Но больше всего я боюсь Верину маму. Сама меня постоянно пугала ей, а теперь говорит, что не будет проблем.
Перед сном я еще раз позвонила Вере.
– Что любят ваши дети?
– Все любят, – сонным голосом ответила она. – Аня балдеет от сладостей, у Лизы мальчишки трескают фрукты в огромных количествах.
– А Карина?
– Карина?
– Да. Что любит твоя доченька?
– Она не капризная девочка. Если хочешь обрадовать ее, купи шарик.
– Какой шарик? Надувной или мячик?
– Обычный воздушный шарик. Она очень любит смотреть на разноцветные шары.
Я так и сделала. С утра зашла в магазин, расположенный в моем доме на первом этаже, и купила четыре плитки шоколада, набрала в пакет персиков, виноград, а у кассы взяла несколько шаров: один зеленый, два голубых и еще желтый.
Около восьми часов к моему подъезду подъехал черный минивен. Как раз такая машина и должна быть у отца большого семейства.
– Привет, – скромно поздоровался Михаил и забрал у меня сумку.
Вера махнула рукой.
– Садись впереди, а то я не одна.
Большую часть заднего сиденья занял огромный лабрадор Бади шоколадного цвета.
Не успела я поздороваться с подругой, а Михаил уже открыл мне дверцу. Как по волшебству! Быстро спрятал сумку в багажник и снова оказался рядом со мной. Трудно представить, как этот громила, весом под сто килограмм и ростом с Останкинскую башню, так легко передвигается.