Смерть пэра
Шрифт:
— Габриэль, ты знаешь, кто на тебя напал?
Брови еще сильнее сдвинулись, рот и единственный глаз раскрылись так широко, что все лицо лорда Вутервуда уподобилось кошмарной маске, из открытого рта вылетел отрывистый звук, а потом наступила тишина. Фокс тактично отошел от кровати, а руки медсестры медленно потянулись к краю простыни.
— Мне очень жаль, милорд, — сказал Фокс, — что приходится беспокоить вас в такое время.
— Это неизбежно.
— Именно, милорд. Учитывая все обстоятельства, нам придется задать пару вопросов.
— Пару
— Фокс, милорд. Инспектор Фокс.
— О да, конечно. Садитесь.
— Спасибо, милорд.
Фокс уселся и спокойно и неспешно извлек свой очечник. Лорд Чарльз пододвинул стул к огню и потянулся к пламени. Руки его дрожали, и он раздраженно засунул их в карманы. Он повернулся к Фоксу и увидел, что тот преспокойно его рассматривает сквозь очки в стальной оправе.
— Мне представляется, милорд, — начал Фокс неторопливо, — что, прежде чем я примусь донимать вас своими расспросами, мне следует позвонить моему начальнику и доложить о том, что здесь произошло. Могу я воспользоваться вашим телефоном, милорд?
— Вот, на письменном столе… Разумеется, я оставлю вас одного.
— Нет, спасибо, милорд. Так будет гораздо удобнее. Извините…
Он подошел к письменному столу, набрал номер и почти сразу же заговорил, понизив голос.
— Говорит Фокс, мне кабинет мистера Аллейна, пожалуйста. — Он подождал, задумчиво глядя на телефон. — Мистер Аллейн? Это Фокс, я звоню из квартир двадцать пять—двадцать шесть, Плезанс-Корт-Мэншнс, Кэдоген-сквер. Это апартаменты сэра Чарльза Минога. Заявленный в семь тридцать пять случай имел летальный исход… Да, все обстоятельства указывают на это, сэр. Осмелюсь доложить, сэр, я и хотел предложить то же самое. — Последовала длинная пауза, во время которой Фокс выглядел поразительно непроницаемым. Наконец он произнес: — Спасибо, сэр.
Он повесил трубку и вернулся на свой стул.
— Старший инспектор Аллейн, милорд, — сказал Фокс, — берет это дело в свои руки. Он будет здесь через полчаса. А пока что он дал мне указания продолжать. Так что, если могу вас побеспокоить, милорд… — Он вытащил свой блокнот и поправил очки.
Лорд Чарльз поежился, втянул голову в плечи, вставил в глаз монокль и приготовился слушать.
— Тут у меня, — начал Фокс, — есть показания полицейского, которого вызвали с местного участка. Я бы хотел проверить их, если можно, милорд.
— Да, конечно. Это, наверное, мои собственные показания, но все равно давайте проверим, раз так надо.
— Да. Спасибо. Сначала вопрос времени. Как я понимаю, лорд Вутервуд приехал сюда вскоре после шести часов и ушел примерно в семь пятнадцать?
— Примерно так. За несколько минут до его ухода я слышал, как часы бьют семь.
— Да, милорд. Ваш дворецкий заметил время чуть точнее. Он заявил, что было как раз семь пятнадцать, когда его светлость позвонил, чтобы вызвать своего шофера.
— Понятно.
— Его светлость был в лифте один в течение нескольких минут, прежде чем кто-либо вышел на лестничную площадку, — прочитал Фокс.
— Да.
— Спасибо, милорд. После того как он несколько
— Дайте подумать… Простите великодушно, но у меня в мыслях такой хаос…
Фокс вежливо ждал.
— Мой брат, — наконец сказал лорд Чарльз, — оставил меня в гостиной. Вскоре после этого мальчики — я имею в виду трех моих старших сыновей — присоединились ко мне. Потом, по-моему, моя жена открыла дверь и спросила, не отвезет ли кто-нибудь из мальчиков моего брата и его жену вниз на лифте. Один из мальчиков вышел. Это вы и имеете в виду?
— Да, совершенно верно, милорд.
— Я не знаю, кто из них вышел.
— Вы не помните?
— Дело не совсем в этом. Это был один из близнецов. Я не заметил который. Мне у них спросить?
— Пока не надо, спасибо, милорд. Как я понял, оба молодых джентльмена настолько похожи, что вы не можете сказать, кто из них вышел из комнаты?
Губы лорда Чарльза слегка дрогнули, словно в попытке улыбнуться.
— О, разумеется, я мог бы сказать, кто именно, если бы в тот момент присмотрелся к ним. Но видите ли, в это время мои мысли были заняты совсем другим, поэтому я просто заметил, что один из близнецов вышел из комнаты.
— А остальные двое остались с вами в гостиной? Мистер Генри Миног и второй близнец?
— Да.
— Понятно, милорд. Спасибо. Значит, вы тогда могли обратить внимание на то, кто из близнецов остался, если можно так спросить?
— Нет, увы. Он молчал. А я не смотрел на мальчиков. Я сидел у огня. Генри, мой старший сын, что-то сказал, но остальные молчали. Они сами вам скажут, кто это был.
— Да, милорд, они обязательно скажут. Прошу прощения, правильно ли я вас понял, милорд, что, пока лифт спускался вниз, вы оставались в гостиной с мистером Миногом и его братом… до какого времени, милорд?
— До… — Лорд Чарльз вытащил монокль из глаза и положил его в карман жилета. Это был машинальный жест Без монокля его близорукий, неуверенный взгляд был особенно заметен. Губы его слегка подрагивали. Он остановился и начал сначала: — Пока я не услышал… пока не услышал, как кричит моя невестка.
— И вы поняли, милорд?..
— Ничего я в тот момент не понял, — быстро перебил его лорд Чарльз. — Каким образом я мог тогда понять? Сейчас, разумеется, мне уже известно, что они спустились на лифте, и что невестка обнаружила… этот ужас, и что кричала она, пока лифт поднимался обратно. Но в то время я совершенно ничего не понимал. Я просто услышал этот кошмарный звук.
— Спасибо, — опять проговорил Фокс и что-то записал у себя в блокноте. Потом он неторопливо поднял голову и посмотрел на лорда Чарльза поверх очков. — А потом, милорд? Что, по-вашему, случилось дальше?
— Потом я оказался на лестничной площадке, а за мной помчались два моих мальчика. Моя жена и девочки — две мои дочери — вышли из двадцать шестой квартиры одновременно. Мне кажется, откуда-то появился мой самый младший сын, Майкл, но он там был очень недолго. Лифт возвращался и был почти уже на площадке.