Смерть пэра
Шрифт:
— Ужас! — выдохнул Генри, пробегая мимо Роберты. — Робин, бога ради, задержи тут детей. Я бегу звонить.
Неожиданно преисполнившись энергии, Роберта вихрем промчалась через прихожую на лестничную площадку.
Все остальные Миноги были на площадке вместе с Баскеттом, Нянюшкой и леди Вутервуд. Они столпились вокруг лифта. Плюшка и Майк прыгали за спинами толпы. Шарло держала леди Вутервуд за руки. Роберта сразу же поняла, что визжала именно леди Вайолет. Лорд Чарльз и один из близнецов были в лифте. Фрида, белая как полотно, стояла за их спинами вместе с другим близнецом. Когда лорд Чарльз и его сын повернулись, Роберта увидела, что лица у них побелевшие, как у Фриды. Они выглядели так, словно им привиделся коллективный кошмар. Из лифта
— Нет! Нет! Нет!
— Приветик, — пискнул Майк, увидев Роберту. — А что такое с дядей Габриэлем?
Плюшка взяла его за руку.
— Пошли, Майк, — сказала она. — Мы пойдем в столовую.
Роберте даже не пришлось выполнить просьбу Генри.
— Пошли отсюда, Майк, — повторила Плюшка странным голосом и потащила Майка за собой за руку.
Они поплелись по коридору. Роберта собралась было последовать за ними, когда толпа у лифта на миг распалась. Роберта увидела наконец, что было в лифте. Там сидел лорд Вутервуд. Луч света из лифтовой шахты упал ему на висок. На миг ей показалось, что у лорда Вутервуда в левом глазу монокль с широкой темной лентой, которая прилипла к щеке. Потом она увидела, что и в самом деле что-то торчит у него в глазу, сильно выдаваясь вперед. Лорд Чарльз шагнул в сторону, и в лифте стало светлее. Роберту затопила всепоглощающая, невыносимая тошнота. Она услышала собственный шепот:
— Но этого не может быть… Не может быть! Мерзость… Роберта не могла оторвать взгляда от фигуры в лифте.
Она чувствовала, что ноги сами несут ее прочь от страшного, парализующего зрелища. Рот и правый глаз лорда Вутервуда были открыты, изо рта доносилось бульканье, которое становилось все громче, а Роберта так и не могла двинуться с места.
— Лучше бы вытащить его оттуда, миледи, — раздался сзади дрожащий голос Нянюшки. — Люди вот-вот начнут вызывать лифт. Если б мистер Баскетт да кто-нибудь из близнецов взяли бы гладильную доску и сняли с козел…
— Именно, — сказала Шарло. — Вы сделаете это, Баскетт? А ты, Колин, помоги.
Тот из близнецов, что стоял поближе, ушел вместе с Баскеттом. За ними ушла Нянюшка.
— Пошли отсюда сейчас же, Вайолет, — позвала Шарло. — Вайолет, пойдем же.
Леди Вутервуд раскрыла рот.
— Нет! — вскричала Шарло.
Она погнала перед собой леди Вутервуд, вытолкнула ее в прихожую и увидела Роберту.
— Робин, принеси бренди. Оно на верхней полке в кладовой.
Робин отправилась выполнять поручение. По дороге она заметила, что в дальней двери смутно маячит бледное лицо горничной. Двигаясь как автомат, девушка отыскала кладовую. Мысли лихорадочно суетились в мозгу, словно стараясь затолкать на самое дно, вытеснить из памяти увиденное в лифте. Это нужно было смыть, стереть, закрыть чем-нибудь… Надо было что-то сделать. Господи, ну откуда человеку знать, в какой из бутылок тут бренди?! Коньяк — это тоже бренди… Прихватив рюмки, она принесла его в гостиную. Генри склонился над телефоном на письменном столе.
— Немедленно… Ничего более экстренного просто не может быть!.. Да, в голову… В глаз… В глаз, я сказал, да.
Он положил трубку.
— Доктор Макколдунн сейчас приедет, мама.
— Отлично, — ответила Шарло.
Роберта подала ей наполовину налитую рюмку бренди. Зубы леди Вутервуд, словно кастаньеты, выбили по краю рюмки дробь. Генри с омерзением посмотрел на свою тетку.
— Лучше сама выпей, — посоветовал он матери. Та отрицательно покачала головой. Генри быстро добавил: — Я позвонил еще и в полицию.
— Отлично.
На лестничной площадке послышались шаги.
— Они его переносят, — сказала Шарло.
— Тогда мне надо пойти помочь им. Генри вышел.
— Могу я чем-нибудь помочь? — спросила Роберта. С того времени как Майк оставил ее одну в столовой, она еще не
— Что?.. — Шарло словно только что увидела ее. — Ох, Робин, попроси горничных принести побольше кипятка. Доктора так любят просить горячую воду, верно? И еще — Робин, я не знаю, куда подевались слуги. Я имею в виду Диндилдон и Хихикса. Не могла бы ты их найти и сказать, что произошел несчастный случай? И еще лифт. Кто-нибудь может вызвать лифт. Доктору он наверняка понадобится. Мы захлопнули дверь?
— Я проверю.
— Большое спасибо.
Роберта поспешила уйти и ухитрилась по дороге еще восхититься самообладанием Шарло и ее контролем над ситуацией. «Миноги, — промелькнуло у нее в голове, — прекрасно справляются с любой ситуацией». Она сказала горничным насчет воды. Теперь следовало вернуться на лестницу, к лифту. Лифт все еще был открыт. Роберта стояла как вкопанная, схватившись за раздвижные решетки лифта, мучительно собирая мысли, уговаривая себя, что его уже нет, что ей нужно взглянуть, что там и как. С огромным усилием она подняла голову и посмотрела в лифт. Чуть выше того места, где сидел лорд Вутервуд, на стене виднелась сияющая стальная шишечка. В центре шишечки была небольшая вмятина, чем-то запачканная. Она смотрела на пятно как зачарованная, а оно под ее взглядом как бы вытянулось, и раздался капающий звук. Робин посмотрела на кожаное сиденье. Во вмятине, оставшейся от тела лорда Вутервуда, она увидела маленькую черную лужицу: со стены стекала кровь. Робин со всех ног бросилась обратно в кладовую, схватила какую-то желтую тряпку, бегом вернулась к лифту. Лужица казалась такой маленькой, но она испачкала всю тряпку, да еще и размазалась по сиденью. Теперь стенка… Роберта услышала, как заливается звонок: кто-то вызывал лифт. Она выскочила обратно на площадку, захлопнула двери и почувствовала, как лифт провалился прямо у нее из-под пальцев. Из двадцать шестого номера вышел Генри и уставился на тряпку в руках у девушки. Молодой человек показался Роберте персонажем из ночных кошмаров, и говорил он так же смутно.
— Умница, Робин, — похвалил ее Генри. — Но ничего не выйдет, знаешь ли. Убийства не ототрешь.
Роберта изгнала это слово из своих мыслей. Она сказала:
— Не в этом дело… Я хочу сказать, я не это хотела сделать. Просто вытереть… Ведь людям понадобится лифт. Это так страшно выглядело… — Ее передернуло.
Генри отобрал у нее тряпку.
— В столовой горит камин, — напомнил он. Роберта вспомнила, зачем ее посылали.
— Ты не видел Диндилдон и Хихикса?
— Мне кажется, в квартире их нет. А что?
— Наверное, они в машине. Шарло хочет, чтобы им сообщили.
— Я схожу, — предложил Генри.
— Нет, пожалуйста… Лучше забери это.
— Ладно, — кивнул Генри и ушел с тряпкой. Роберта стремглав помчалась вниз. Четыре этажа с пустыми стенами и стальными номерами на дверях. Длинные окна. Густой ковер под ногами. Лифт проехал мимо нее, вознося наверх неподвижного массивного мужчину в котелке и с саквояжем в руках. Вот и вестибюль, а портье бессмысленно и тревожно смотрит на запыхавшуюся Роберту. Она вспомнила, как его зовут.
— О, Стэмфорд, вы не видели шофера лорда Вутервуда?
— Видел, мисс. Он в машине его светлости. Батюшки, мисс, а что стряслось-то?
— Так, кое-кто заболел.
— А вопли-то, вопли, мисс, — это просто какой-то ужас!
— Знаю, знаю… Просто истерика. Извините, пожалуйста, за лифт. Там… произошел несчастный случай.
Лучше объяснить консьержу поподробнее, подумалось Роберте. Доктор мог что-нибудь сболтнуть. Девушка быстро вышла на улицу. Лондонское солнце уже село, в воздухе разлилась вечерняя прохлада. Чувство нереальности, кошмара немного отступило. Вот и машина, огромная машина, Хихикс сидит за рулем, а возле него женщина в убогой шляпке. Они не заметили Роберту, и ей пришлось постучать в стекло. Те двое так и подпрыгнули. Хихикс вылез из машины и, обойдя ее, притронулся к своей кепке.