Чтение онлайн

Кемп объяснил, как мог, но все объяснить, конечно, он был не в состоянии. Он не только не потерпел поражения, но и смог манипулировать врагом и привести его в замешательство. В этой схватке он использовал всю имевшуюся у него энергию и возможности. Сейчас он отчаянно нуждался в помощи, в понимании всего того, что произошло.

Бакстер спросил его обеспокоенно:

— По-твоему, сколько времени у нас сеть?

— У меня сложилось впечатление, что они работают чрезвычайно быстро. Думаю, час — не больше.

С

высокой скоростью, как и положено электронной машине, но все же недостаточно быстро в такой ситуации компьютер проанализировал информацию, полученную от Кемпа, и выдал на выбор четыре ответа.

Первый из двух, представляющих интерес, был странным:

— У меня создалось впечатление, — сказал компьютер, — что все случившееся происходило в чьем-то сознании. И в то же время присутствие чего-то первичного, элементарного. Чего-то… что… ну, не знаю… является основой всего.

Конечно, все это переварить было очень трудно. Первичное, основа — все это слишком грандиозно.

Аксиома, что первичному ничто не может противостоять или сопротивляться.

— И это, — сказал компьютер, — пожалуй, все, что я могу вам сказать. Преобразование пространства, что, похоже, умеет делать Ниджан, — это ново для нас. Видимо, клетки их систем могут приспосабливаться к условиям, которые дают им преимущество над другими формами жизни, — что-то вроде верховной власти над сутью вещей.

Это был неприятный момент. Мало того что компьютер не справился с задачей, Кемп почувствовал внутреннее изменение к худшему. То отдаленное нечто стало воздействовать на его человеческое тело. Его вдруг посетила уверенность, что в любой момент черта может быть пересечена.

Он быстро передал эти сомнения Бакстеру и закончил:

— Я надеялся, что у нас будет время для моего визита в земную штаб-квартиру исконных Шелки, но сейчас мне бы лучше самому трансформироваться в Шелки.

Реплика Бакстера показала, что он понимает, в какой опасности находится Кемп, — он боится, что в любой момент может очутиться в безвоздушном пространстве в человеческом состоянии, — ничем не защищенный. Бакстер спросил с тревогой:

— Ты не потому ли трансформировался в человека, что был уязвим в состоянии Шелки для той силы, которая на тебя действовала?

Это было так. Но выбора не было. В состоянии человека он, по крайней мере ненадолго, чувствовал себя в безопасности в угрожающей обстановке.

Бакстер продолжал, голос его стал напряженным:

— Нэт, а почему бы тебе не трансформироваться в какую-нибудь другую форму?

Повернувшись, Кемп уставился на него. Какое-то время оба молчали.

Наконец Кемп сказал:

— Чарли, последствия этого могут быть совершенно непредсказуемыми.

Бакстер ответил:

— Нэт, если этого не попробовать, проблема все равно останется неразрешенной.

Чувство мгновенного изменения становилось сильнее. Но Кемп

медлил. То, что предлагал Бакстер, было почти так же опасно, как и угроза Ниджана.

Трансформироваться — во что угодно! В любое тело, в любую форму. Стать чем-нибудь абсолютно непохожим на те три состояния, которые он знал.

Он верил, что Бакстер сказал правду. Но это было правдой относительно известного из прошлого опыта — того, с чем он вырос, а именно связи Шелки и людей. Это не было правдой для существ с другим историческим прошлым. Космический — исконный — Шелки Oy-Дан показал это предельно ясно.

Странная, никогда ранее не испытанная уверенность овладела им — он чувствовал себя человеком, который в кромешной тьме оказался на краю неизвестного и готовится к прыжку в окружающую его ночь.

Возможности прыжка были, конечно, ограниченными. В тот момент он знал только три чуждые формы, в которые он мог трансформироваться. Он мог стать Кибмадином, или тем созданием, в которое превратился Кибмадин, или… Ниджаном.

Он объяснил Чарли:

— Я должен иметь мысленный образ того, в кого превращаюсь, а я знаю лишь несколько…

— Трансформируйся в Ниджана! — твердо сказал Бакстер.

Кемп ответил, почти не соображая:

— Ты серьезно?

И потом, очень отчетливо почувствовав внутри себя, что будто его что-то покидает, он поспешно вызвал образ Ниджана, таким, каким он его записал, и «проиграл» через систему трансформации.

Сделав так, он отправил каждой клетке заряд энергии, сыгравшей роль капсюля, высвободив тем самым внутреннюю энергию клеток. Трансформация произошла очень быстро. Кемпу понадобилось пять с половиной секунд, чтобы оказаться в новом для него состоянии.

Он также увидел, что находится в странном месте.

Кемп осознал, что он записывает мысли другого существа.

Это существо — враг Ниджанов — было обеспокоено чем-то, что было слева от него.

Он посмотрел в этом направлении и увидел, что Н’Йата перебралась ближе к нему. Он приветствовал это перемещение и был восхищен, так как она оказалась очень близко от него. При обычных обстоятельствах ему бы это даже понравилось — это бы ему польстило и было полезно для его развития. Он бы получил идеальную возможность изучить ее и имитировать ее великое совершенство.

Но ситуация была неординарной. Она пришла, потому что ему нужна была помощь.

Эта мысль сквозила в ее движении, и он увидел ее как одинокую золотую точку размером с атом.

Кемп спросил себя:

— Как я могу все это наблюдать? И сразу понял, что он это делает с помощью своей собственной энергии.

И снова его единственным оружием была уровневая логика, со всем ее пониманием природы эмоций. И конечно же, «фактор предательства» не был просто тактикой, с помощью которой он мог победить раньше кого угодно.