Чтение онлайн

Нет, нельзя об этом думать. Ей не удастся разрушить его замыслы. Он непременно отомстит. Потому что главное для него – месть. Да, она не дождется пощады от него.

Расхаживая по палубе, Люк смотрел на бурлившие за бортом волны – сейчас погода на море вполне соответствовала его душевному состоянию. Внезапно он заметил Шеймуса Стернса, своего второго помощника. Этот здоровенный ирландец был весьма суровым человеком, но к Жану Люку Готье питал искреннюю привязанность. Увидев капитана, помощник тут же приблизился к нему и с усмешкой проговорил:

– Приветствую.

Рад видеть. Только слишком уж горячая женщина может заставить мужчину выйти прохладиться в такую ненастную погоду.

Люк нахмурился и проворчал:

– Занимайся своим делом, Шеймус. У меня нет сегодня настроения выслушивать твои остроты.

– Что, так плохо? – Пожилой ирландец снова усмехнулся. Из всей команды только он не боялся гнева своего капитана, и в этом не было ничего удивительного. Они вместе бороздили моря от Кантона до Калькутты и не раз побывали под дулами британских пушек – побывали в самом аду. Когда-то Люк, будучи его учеником, освоил искусство управления кораблем с поразительной быстротой, чем сразу же расположил к себе старого морского волка. Они вместе пересекли экватор, и молодой француз был принят в морское братство; при этом он мужественно перенес все традиционные испытания – от бритья металлическим обручем бочки до поглощения мерзкой стряпни, от которой отказалась бы даже свинья.

Но их связывало не только море. История их отношений началась задолго до того, как Люк стал моряком.

– В чем же дело, Люк? – допытывался Шеймус. – Месть оказалась не так сладка, как ты ожидал?

Молодой француз пожал плечами:

– Да, возможно. Во всяком случае, у меня до сих пор руки чешутся при мысли о Монтгомери.

– Вот видишь, парень. Ведь я предупреждал тебя, не так ли? Ты не из тех, кто способен на жестокое обращение с женщиной – пусть даже для осуществления своей мести.

Люк поморщился и пробормотал:

– Но я вовсе не собираюсь проявлять жестокость. По крайней мере, я стараюсь сдерживаться.

Шеймус внимательно посмотрел на капитана и вдруг спросил:

– Послушай, а может, тебе не следовало ее похищать?

Глаза Люка вспыхнули, и он сквозь зубы процедил:

– А что же я, по-твоему, должен был сделать? Простить его? Забыть о своих правах? И все только потому, что его глупая и капризная дочка… Впрочем, не в этом дело. Я нисколько не жалею о том, что похитил ее.

Помощник рассмеялся:

– Тогда в чем проблема, парень? Что тебя беспокоит?

Что его беспокоит? Об этом Жан Люк не мог сказать даже своему старому другу.

Шеймус похлопал своего капитана по плечу и проговорил:

– Иди вниз, мой мальчик, и твердо стой на своем. Мы оба прекрасно знаем, что у тебя есть на это полное право. Семейство Монтгомери не заслуживает сочувствия. Помни о том, что Монтгомери в долгу перед тобой. И не твоя вина, что его дочь оказалась в таком положении. Пусть все идет своим чередом. Скоро Бенджи доберется до Сейлема и сообщит Монтгомери твои условия. Так что иди и ни о чем не беспокойся.

Люк

улыбнулся и молча кивнул. Да, действительно, ему не стоит беспокоиться. Скоро он получит то, что ему причитается, и тогда сможет осуществить свою мечту. А пока надо набраться терпения и проявить твердость, если потребуется.

Спускаясь в свою каюту, Люк все-таки испытывал некоторое беспокойство. Открыв дверь, он сразу же понял, что именно его беспокоило.

Элиза спала, устроившись в изножье кровати. Она укрылась только тоненьким одеялом и даже во сне дрожала от холода.

– Черт побери… – пробормотал Люк.

Капитан укрыл девушку еще одним одеялом и лишь после этого улегся на кровать. Его одолевали не очень-то приятные мысли, но он все же надеялся, что ему удастся уснуть.

Элиза проснулась от резкого толчка и от боли. Оказалось, что она ударилась головой о спинку кровати. Корабль по-прежнему раскачивался из стороны в сторону; было очевидно, что на море все еще штормило. В каюте же царил полумрак, хотя уже наступило утро. Приподнявшись, Элиза взглянула в иллюминатор – все небо было затянуто темными тучами.

И тут она вдруг заметила наброшенное на нее второе одеяло. Что это?.. Проявление доброты? Повернув голову, Элиза внимательно посмотрела на капитана. Он все еще спал, к счастью, полностью одетый.

Девушка поспешно сняла со спинки кровати уже высохшее платье и стащила мужскую рубашку. Внезапно поймав себя на том, что осторожно поглаживает ворот рубашки, Элиза нахмурилась и отбросила ее в сторону.

Едва лишь она надела платье, как раздался стук в дверь. Элиза тут же поднялась и открыла. Перед ней стоял матрос с подносом в руках. Взяв поднос, она сразу же закрыла дверь; ей показалось, что матрос смотрел на нее как-то странно. «Может, подозревал, что я прикончила капитана?» – подумала Элиза.

Поставив поднос на стол, она обнаружила, что завтрак приготовили на одного человека. Бросив взгляд на спящего мужчину, Элиза ненадолго задумалась. Потом решительно пододвинула к себе стул и села завтракать. Подкрепившись, девушка выпила чашку крепкого кофе, – к счастью, он оказался горячим.

Не успела Элиза подняться из-за стола, как послышалось сонное бормотание. Мысленно улыбнувшись, она повернулась к кровати и увидела, что ее похититель медленно поднимается. Спустив ноги на пол, он осмотрелся и помотал головой.

Волосы капитана были взъерошены, одежда помята, щеки же покрывала щетина. Но, как ни странно, в таком виде он очень понравился Элизе – в какой-то момент она даже поймала себя на том, что улыбается ему.

Тут Люк снова обвел взглядом каюту и протер глаза. Затем уставился на пустую тарелку и пробормотал:

– Вы мне хоть кофе оставили?

Элиза кивнула и ответила:

– В кофейнике есть еще немного, капитан.

Люк что-то проворчал себе под нос, потом спросил:

– Почему же вы не разбудили меня к завтраку?