Чтение онлайн

Вжизни каждой девушки был десяток-другой свиданий, оставивших после себя чувство полного недоумения. Речь идет о тех редких, но не исключительных случаях, когда все, как кажется, идет по намеченному плану. Ты тщательно чистишь зубы отбеливающей пастой, делаешь пилинг и долго принимаешь душ. Надеваешь одежду, в которой выглядишь мило и слегка соблазнительно. Умеренно ешь, кокетливо улыбаешься, удачно шутишь. Смеешься над его шутками – и процент искренности при этом колеблется от пятидесяти до шестидесяти пяти процентов, что немало.

Все кажется гладким и практически безупречным от первого «Привет» до финального поцелуя у подъезда. Поцелуя, который действительно оказывается финальным: после него не следует ни звонка, ни намека на продолжение столь приятного вечера. Полная тишина. Рыбаки назвали бы это ложной поклевкой; по сути, это один из самых неприятных видов свидания, которое отнимает много сил на подготовку и при этом не ведет хоть к какому-нибудь результату. Это ложное свидание.

Каждая девушка по-своему реагирует на случившееся в ее жизни ложное свидание. Катя попросту не замечала того, что молодой человек не удосужился ей перезвонить, и забывала о нем едва ли ни быстрее, чем начинался новый день. Я философски думала, что, видимо, мы не подходим друг другу на уровне тонких энергий. Нина же впадала в настоящую истерику и проводила недели в самокопании.

– Что со мной не так? Что именно со мной не так? Что такое они все во мне видят, что их так страшно отпугивает? – Голос дорогой подруги в телефонной трубке не оставлял сомнений – с ней приключилось злосчастное свидание, так ничем и не окончившееся.

– Дорогая, в нашем городе живет более восьми миллионов мужчин. – Мне всегда казалось, что статистика успокаивает. – И ты просто технически не можешь подходить им всем. Осталось привыкнуть к этой мысли.

– Скажи, почему, почему это меня так задевает? Как хорошо, что у меня есть прекрасный парень! Если бы не он, это бы вообще могло меня убить! – Нина была настроена серьезно.

– Радуйся, что у тебя он есть, и не забивай себе голову ерундой. Наверняка, если бы ты узнала того идиота получше, у него обнаружилась бы целая куча чудовищных недостатков!

– Ммм... интересная мысль... Я думаю, какие такие недостатки могли бы меня однозначно отвернуть от симпатичного парня.

– Жена, – мрачно отрезала я.

– О да. Еще наркомания! Тяжелые наркотики... ЛСД! Впрочем, даже травка с некоторых пор пугает меня до смерти, – расфантазировалась Нина.

– Жадность. А еще, я думаю, меня бы бесило, если бы он ненавидел животных, – улыбнулась я.

– И обожал телесериалы! Я знавала одного такого, его квартира была складом пиратских дисков, – поделилась Нина, – и когда он нервничал, то включал «Lost».

– Псих, – согласилась я, – хотя психи могут быть интересными. Я вот люблю Доктора Хауса. А он псих. Из телесериала...

– Если честно, я понимаю, подходит мне парень или нет, по запаху, – подумав, сообщила Нина. – Это странно, да?

Это не было странным. Даже внутри московских каменных джунглей запах зачастую говорил нам больше, чем медицинская карта вкупе с налоговой декларацией. Я легко могла назвать как минимум двадцать мужчин и женщин, которые признавались, что запахи имеют над ними необыкновенную власть. Удивительным было скорее не это, а то, что в век абсолютного торжества Procter&Gamble человеку вообще удавалось сохранить какой-либо мало-мальски

индивидуальный аромат.

И тем не менее он был. Запах любимого мужчины, волнующий и почти забытый. Офисные запахи коллег, искусно задрапированные модными парфюмами. Запах мамы – неизменный на протяжении всей жизни, самый нежный на свете. Запах опасности – дорогие духи Ангелины Антоновой. Запахи, которые я не могу вспомнить, как и людей, которые их «носили».

Может быть, в большом городе, где так сложно разобраться, где свой, а где чужой, не стоит пренебрегать такой подсказкой, как запах?

После работы мы собрались на парфюмерном этаже магазина «Весна», чтобы найти что-нибудь свеженькое.

– Катька, колись... – Я перебирала разноцветные прозрачные флаконы с новинками. – Какие дурацкие одноразовые свидания у тебя были?

– Ты про секс? – оживилась Катя.

– Нет. – Я посмотрела на страдальчески перекосившееся лицо Нины. – И вообще осторожнее, с нами дети. Я про ложные свидания, ну когда все идет по плану, а потом он исчезает в никуда!

– Мало ли на свете идиотов, – хмыкнула Катя. – Сейчас подумаю...

Гена Л., преуспевающий продавец вентиляционных систем, человек неопределенного возраста и сложной судьбы. С ним Катю познакомила сердобольная коллега. Естественно, с наилучшими рекомендациями – вдовец, отец взрослой дочери, серьезный человек.

– Тоска зеленая, – призналась Катя. – Он повел меня в «Горки» и почти все время молчал. Я щебетала, как Малахов на энергетиках! Устала – жуть! А потом он брякнул что-то про свою дочь.

– Что же? – заинтересовалась Нина.

– Ну, пожаловался, что она проколола язык. Знаешь, эти подростки...

– А ты?

– Утешила его, как могла! Сказала: «Зато знаешь, как с ней теперь интересно целоваться!»

Понятное дело, после Катиных «утешений» бедный отец небольшого семейства тихо сполз под стол. Минус один в нашей ведомости потенциальных кандидатов на руку, сердце и чувство юмора. Карлсон улетел и в этот раз даже не обещал вернуться.

Далее был Костя Ж. – брутальный, подвижный как ртуть директор регионального офиса телекоммуникационной компании. Откуда он свалился на Катину голову посреди Москвы – никто не знал. Мощный региональный Костя решил сразу взять быка за рога и на первое свидание пришел прямо к Кате в гости.

– Он ломанулся через всю квартиру прямо в спальню, – хмыкнула Катя, – и повесил на дверь свой пиджак. Он болтался там, как... пиратский флаг на рее захваченного судна! Почему-то именно в этот момент я и поняла окончательно, что ни за что не пересплю с этим придурком.

– Ишь Джек Воробей, – хихикнула Нина.

– Все-таки это не совсем ложное свидание. Это ты его отшила, – заметила я.

– Да, знаешь, обычно такое бывает взаимно. Просто ты не сразу это понимаешь. На все нужно время. – Катя брызнула на запястье что-то пряное и восточное.

– Непобедимая армада! – Нина взглянула на Катю с уважением.

– Вспомнила! – воскликнула Катя. – Я вспомнила совершенно бессмысленное свидание, действительно одноразовое.

Леша К., журналист, пишущий на экономические темы, потомственный московский интеллигент. Представитель той редкой, вымирающей породы коренных москвичей, эрогенные зоны которых возбуждаются от рассказов о собственной недвижимости.