Чтение онлайн

Петр, казалось, был настроен крайне решительно. Выпив два коктейля, он начал говорить, после третьего остановить его уже не представлялось возможным. Кате было интересно и жутко одновременно; потеряв Петра из виду, она на долгое время забыла о его существовании вообще, а по его словам получалось, что он жил эти долгие годы, храня в памяти светлый образ Екатерины.

В этом есть что-то невероятное – ты бросаешь камень в реку и идешь дальше, не понимая, что он падает на дно и остается там навсегда. Глядя на совершенно незнакомого американца, Катя чувствовала, как разделяющие их годы тают на глазах. С каждым коктейлем все четче проступал образ самого умного и, без сомнения, самого красивого

мальчика 7 «В» класса – того самого, которому она посвящала свои неуклюжие девичьи стихи, того самого, который носил ей кока-колу, когда ее забрали в больницу.

– Между прочим, ты обещал на мне жениться, – хихикнула Катя. – Еще «Маргариту», пожалуйста!

– Если бы ты не оставила меня тогда, – неожиданно в голосе Пети прозвучала настоящая, серьезная тоска, – для меня на свете не было бы другой женщины.

Он много рассказал о себе в тот вечер – и о том, как окончил университет Сан-Франциско, и о том, как работал разносчиком пиццы, а по ночам писал программы, о своем доме в Калифорнии и об огромных помидорах, которые выращивает под окном.

С каждой минутой Катя становилась все пьянее – и от коктейлей, и от мыслей о том, что проглядела одного из самых стабильных и семейно ориентированных парней в своей жизни. Петя смотрел на нее с нежностью, которая росла на глазах.

– А я помню твою дурацкую черную шубу, – улыбнулась Катя.

– А я помню твои кошмарные дутые сапожки, – парировал Петр.

Близость, которая родилась между ними так много лет назад, казалось, была полностью восстановлена, как будто она и не исчезала никуда, а просто затаилась по закону сохранения энергии. Они расплатились и пошли бродить по ночному городу, выбирая маршруты, знакомые им обоим.

– Здесь мы впервые поцеловались, – шепнул Петя.

– И прогуляли урок истории, – улыбнулась Катя.

Внезапно она повернулась к Петру, обняла его за шею и... поцеловала. Он почти вскрикнул, как от удара, и заключил ее в объятия.

Это был тот самый поцелуй, который Катя не могла бы спутать ни с чем на планете. Поцелуй времени, первый поцелуй мальчика, в которого она была влюблена без памяти, поцелуй, неизменным пронесенный сквозь годы. Сердце Кати бешено колотилось.

– Я мечтал об этом шестнадцать лет, – прошептал Петр. – Я взял билет сразу, как только ты написала мне...

Что это было? Тоска по утраченному, надежда на чудо или власть прошлого, которая вечно сильна над нами? Мысли Кати разлетались в полном смятении, как рассветные облака; она уже готовила речь, с которой обратится к имеющейся жене Петрика, чтобы объяснить ей все... Она уже думала, как лучше добраться до Сан-Франциско. В глазах Пети сиял тот же свет, что и много лет назад.

– Я твой, – прошептал он ей растерянно. – Но... я стану папой через месяц.

Время, то самое время, что разделило их, вмиг стало осязаемым и неумолимым. Сердце Кати провалилось куда-то сквозь землю, и в ушах оглушительно зазвенело. Прошло несколько долгих минут, прежде чем она сумела прийти в себя, – и в эти минуты шестнадцать лет пролетели перед ее глазами, как кадры диафильма. Позже она говорила, что в тот день была горда собой, как никогда, – прежде всего потому, что смогла найти в себе силы осознать, что произошло в этот сумбурный день, и простить Петра за его невольную слабость. Каждый день, каждая минута ее жизни имели свое значение и свой вес – что же говорить о десятилетиях! Всхлипнув, Катя обняла Петра, но теперь в ее объятиях не было ничего, кроме дружеского тепла.

– Я рада, что у тебя семья, мой дорогой мальчишка, – сказала Катя. – И я не позволю тебе все испортить.

Она возвращалась домой, легкая и свободная. Катя была уверена, что Петр больше никогда не будет ей сниться. Что-то случилось,

и, хотя ей было невероятно больно, как будто она вновь вернулась в свое детство, где была совсем беззащитной, Катя понимала – все это лишь тоска по прошлому, желание вернуть его, вернуть утраченное, то, чему уже не место в этом мире. Она все сделала правильно, и поняла для себя главное – есть такие дороги, по которым можно пройти только однажды. Стоит ли грустить по этому поводу? Вряд ли. Может быть, есть вещи, с которыми не нужно бороться, потому что они по определению сильнее нас.

Мало кто осознает, что с наступлением темноты, когда закрываются все магазины, кроме круглосуточных, и тысячи россиян приникают к телеэкранам, чтобы посмотреть на Харламова и челябинских гомосексуалистов, в нашем прекрасном городе начинается вторая, новая жизнь. Крепко запертые двери роскошных универмагов отворяются, но не до конца: после 22:00 сюда можно попасть только по специальным приглашениям. Получив волшебный билет в ночной мир Москвы, вы окажетесь там, где раньше никогда не бывали: внутри разводного моста, в здании давно закрытого завода, в трамвайном депо. Общее слово объединяющее все части ночной московской шарады, – это «вечеринка». Частная вечеринка с Мадонной. Закрытая тусовка, на которую приезжает Шакира, – танцы до утра гарантированы. Фуршет и диско в Куршевеле – пристегните ремни, вы летите специальным рейсом. Фабрика удовольствий, производящая канапе на сухом хлебе, крошечные пирожные и шампанское минимального уровня «Кристалл Розе», начинает работать около полуночи.

В этом месяце бригадиром выбрали меня. На днях «Джакарта» собиралась потрясти столицу настоящим гламуром – на вечеринку в честь открытия первого бутика одной известной марки часов в Москву был приглашен голливудский актер, восходящая звезда бондианы. В связи с приездом супергероя на хрупкие плечи сотрудников моего отдела ложилась невидимая часть айсберга, а именно подготовительные работы и организация этого светлого праздника.

Легендарный Джеймс Бонд оказался человеком капризным и подозрительным, его райдер включал нечеловеческое количество охраны и особое питание. Казалось, что он и впрямь вжился в роль, иначе зачем передвигаться по Москве, соблюдая меры предосторожности, достойные самого Фиделя Кастро.

Три недели я была полностью поглощена организацией мероприятия; мы решили проводить его в непосредственной близости к бутику, в легендарном ГУМе, который для такого случая будет обнесен красной ковровой дорожкой и превращен в казино «Рояль». Список приглашенных напоминал перепись населения с сильным уклоном в золотой список «Forbes». Тут должны были появиться все, включая главных редакторов самых модных и рейтинговых журналов, владельцев заводов, газет и пароходов, до которых мог добраться курьер с приглашением... Любая, даже самая крошечная оплошность могла стоить мне нервов, а то и работы, вот почему я проводила день за днем, обсуждая свет с монтажниками-осветителями, качество устриц с поставщиками, количество свежей клубники в ледяных вазах с поварами. Одной из немаловажных задач был поиск наилучшего ракурса для съемки Бонда, Джеймса Бонда – ракурса, в котором бы прекрасно просматривались не только брутальные формы агента 007, но и все подобающие случаю логотипы. В стотысячный раз выверяя списки прессы и перепроверяя адреса, по которым в ближайшие дни будут доставлены роскошные золотые конверты с приглашениями, я решила заглянуть в дополнительный список гостей. Всегда любопытно, кого пригласит генеральное руководство; иногда это может быть телеведущий, иногда – твой сосед по лестничной клетке, в любом случае, предупрежден – значит вооружен.