Счастье будет!
Шрифт:
Театр начинается с вешалки, а наше обращение к потусторонним силам началось с темнющего подъезда блочного дома в районе Химок. Тревожно завывал ветер, было холодно и в целом страшно. Судя по звукам, доносившимся из-за черной железной двери, инфернальная дама занималась вполне невинными домашними делами. Она пылесосила.
Мы позвонили, потом немного подождали. Потом позвонили еще. Наконец после третьего звонка гул пылесоса затих, и нас впустили в квартиру.
Предсказательницей нашей с Катей непростой судьбы в этот раз оказалась очень полная дама неопределенного возраста. Звали ее диковинно –
Вообще, процедура обращения к гадалке для незамужней девушки является пугающей и унизительной, хуже, пожалуй, только заполнение графы «Семейное положение» в резюме. Кто знает, насколько расположены к нам Высшие Силы (судя по всему, не очень)? Кто знает, что в голове у очередной их слуги? Страшно услышать от третьих лиц то, в чем сама боишься себе признаться – ведь весьма вероятно, что волшебства, на которое ты так рассчитываешь, не произойдет вообще. Может быть, в мире, где все были созданы половинками, случилось так, что несколько девушек оказались не половинчатыми, а абсолютно цельными личностями, словно яблоки Семеренко. Была ли в этом высшая задумка или просто случился заводской брак, но другие половинки им не подходят, и теперь стало очевидно: приговор «вечное половое одиночество» окончательный и обжалованию не подлежит.
Первой на допрос к Иларии отправилась Катя – сатанинская юность приучила девушку к панибратским отношениям с духами. Катерина накрыла стопку карт Таро дрожащей рукой с французским маникюром.
Илария задала несколько наводящих вопросов, потом долго смотрела на карточный стол, где были разложены полные житейских тайн кусочки картона, и наконец изрекла:
– Давно судьбу ты свою встретила, да почти проглядела. Не смотри вперед, загляни назад, девица. Из твоего прошлого твое будущее.
Далее следовали путаные советы и рекомендации, в соответствии с которыми Кате надо было поменьше работать, обратить внимание на почки и больше времени проводить в заграничных командировках, особенно почему-то в Италии и... Америке.
Этим недвусмысленным предсказанием гадалка только укрепила Катину веру в то, что ее суженым-ряженым был рыжий, конопатый мальчишка из 9 «В»; дав ему от ворот поворот много лет назад, Катя совершила непоправимую ошибку.
– Ну а теперь ты... – Катя подталкивала меня к столу, накрытому плюшевой скатертью.
Что-то мешало мне подойти и сдвинуть колоду карт. И это что-то было важным. Я не могу просто так доверить знания о своей судьбе вот этой тетке с усами и пылесосом. Я ей... не верю.
– Извините, мне что-то нехорошо, – пробормотала я и метнулась в прихожую застегивать сапоги. – Катя, я тебя на улице подожду.
Придя домой, я обнаружила, что черный котенок написал мне в любимую сумку Chloe. Похоже, мои и так не слишком теплые отношения с миром идей и тонких материй перешли в стадию вооруженного конфликта.
На следующий день, чтобы загладить свою вину перед подругой, мне пришлось оплачивать ее обед. Мы встретились в ресторане «Тинькофф», где вместо привычного бизнес-ланча можно было заказать недорогую коробочку суши и бокал темного пива.
– Здесь недалеко
– А моя первая любовь живет в соседнем доме, – улыбнулась Нина. – И мы до сих пор ходим в один и тот же магазин за молоком.
– Петр эмигрировал, и теперь он где-то в Америке, – продолжала тараторить Катя, размешивая зеленый васаби в соевом соусе, – все дороги ведут туда! Вот и гадалка вчера...
– Попробуй разыскать его и спросить, делов-то, – перебила я. Про гадалку думать не хотелось. – Надеюсь, ты помнишь его фамилию?
– Конечно! Его фамилия Сыроежкин, – гордо произнесла Катя.
– Катя Сыроежкина – это звучит гордо! Хочешь, после работы зайдем в интернет-кафе и поищем твоего героя, у меня как раз в запасе пара часов перед бассейном, – предложила я.
Этим же вечером у нас в руках оказались: счет за четыре капучино, компьютерная мышь и распечатка интернет-форума – у Катиного класса был свой сайт, на котором – о чудо! – мы обнаружили информацию о встрече выпускников. Петя был в рядах подтвердивших участие в вечере воспоминаний.
– Здесь не обошлось без мистики! – верещала Катя. – Он снился мне почти каждую ночь!
И пусть я и была полна скепсиса, мы начали готовиться к встрече с первым Петром Екатерины. А кому легко?
Глава двадцать вторая, в которой становится понятно, что секса нет
Каким бы противным и слякотным ни был февраль, мы живем с надеждой, что однажды его сменит солнечный весенний день. За которым последует и второй, и третий – не менее радостный. Потому что так устроена жизнь, в этом ее смысл и великое предназначение. Жаль только, что это вселенское правило всеобщего оптимизма не распространяется на мою личную жизнь. Вернее, на полное ее отсутствие.
Вот и сегодня, казалось, ничто не предвещало беды, и я спокойно ждала своей очереди на педикюр в салоне «Место под солнцем» в районе Лубянской площади. Скрашивал мое ожидание глянцевый журнал «Glamour», в котором была примечательная статья – опрос российских женщин на тему любви и сексуального благополучия.
Если верить журналу, все читательницы в среднем имели секс сто тридцать семь раз в год.
Маленький блестящий журнал с длинным языком!
Я оглянулась по сторонам. Где-то там, за стеклянными стенами салона, в городе, полном бегущих в разные стороны автомобилей, творился неслыханный разврат. Все эти люди, опаздывающие на деловые встречи и подписывающие бумаги, на самом деле участвовали в хорошо законспирированных оргиях и, возможно, имели секс прямиком на рабочих местах. Вот, к примеру, женщина с сумками, спешащая неизвестно куда... Наверняка торопится в постель, занять коленно-локтевую позицию! Все эти бесчисленные трудовые единицы, наводнявшие офисные помещения, наверняка только и делают, что поддерживают честь глянцевой статистики в туалетах и подсобных помещениях! Интересно, чем же можно было объяснить то, что среди моих одиноких знакомых и даже семейных пар подобное половое благоденствие встречалось реже, чем белый уссурийский тигр и островная болезнь бора-бора.