Чтение онлайн

Оказавшись в коридоре, Инна сбросила одежду и побежала к реке. И, ведомый инстинктом, десятки тысячелетий заставляющих самцов догонять, я бросился следом. Инна нырнула, и я бултыхнулся в воду за ней. Но далеко уплывать она не стала, и наши губы снова встретились.

– Ну, наконец-то.
– Блаженно закрыв глаза, прошептала она.

– Что?
– Не понял я.

– Наконец-то ты, обормот эдакий, хоть раз в жизни побегал за мной.

На какой-то миг мне стало неудобно. Девочке моей, оказывается, всё это время не хватало толики внимания. Ласкового взгляда и нежного прикосновения. Но тут же

принялся искать себе оправдание. И, как вы понимаете - нашёл. Причём самое, что ни на есть простейшее. "Не я один такой". Хорошо хоть, хватило ума не высказываться вслух.

– Не сердись, Ин.
– Я виновато потёрся носом о её плечико.
– Ты же знаешь...

– Знаю.
– Вздохнула она. Горбатого могила исправит. И притворно зарыдала.
– Бедная я бедная. У других женщин хоть надежда есть. Мне же, несчастной, достался чурбан бессмертный.

– Да ладно тебе.
– Я виновато шмыгнул носом.
– Я, может, стараюсь...

Затем, подхватив Инну на руки, вышел на берег, и мы повалились на песок...

Утром, свежие и отдохнувшие, мы с Инной появились в столовой раньше всех. Заняв столик у окна, с аппетитом завтракали, то и дело бросая друг на друга нежные взгляды.

– Воркуете, голубки?
– Виктор, держа в руках поднос, стоял возле нашего столика, спрашивая взглядом разрешения присесть.

Инна, как и подобает благородной леди, слегка опустила ресницы, и Генерал водрузил поднос на стол. Тут же появилась Рита и, чмокнув в щёку подругу, уселась напротив Виктора.

– Повезло тебе, Юра.
– Весело глянула на меня она. Ингредиенты для грима ещё не готовы, так что сегодня у вас выходной.

Для неё это было впервые и, боясь ошибиться и попортить мою шкуру, она готовилась к порученному делу очень даже тщательно. Я же, довольный внезапно подаренной отсрочкой помалкивал в тряпочку.

– Вот и отлично.
– Обрадовалась Инна.
– Кени просила свозить её в город.
– И пояснила.
– Ей, как и каждому ребёнку в её возрасте хочется иметь все эти часики-ролики. А так же - непременно - сотовый телефон.
– И взглянула на меня - ты с нами?

Почему бы и нет. Со времени посещения казино, окончившегося дорожным происшествием и рождением щенка Дромика, мы никуда не выбирались. Так что я - за.

Мы шли по супермаркету, и я то и дело ловил на нашей троице заинтересованные взгляды. Инна же с малышкой, поглощённые приобретением всех этих замечательных вещей ничего не видели. Уже были куплены коньки на колёсиках со всеми соответствующими атрибутами в виде наколенников-налокотников. А так же шлема, напульсников и модненького рюкзачка. На руке у малышки блестели золотые часики, и теперь м направлялись за мобильным телефоном.

– Нагуляла, небось.
– Услышал я вдруг женский голос, в котором явно и отчётливо слышались стервозные нотки.

Я глянул на толстую, рыхлую бабу с побитой оспинами рожей, стоявшую в одном из отделов и попросил Бога, чтобы это не достигло ушей Инны. Памятуя, чем кончилось столкновение с француженкой в одном из парижских магазинов я попросту боялся за здоровье этой несчастной и завистливой дуры.

Но увы. Инна резко остановилась, и ноздри её затрепетали. Распираемая гневом, она задышала глубоко, и я поспешил обнять, успокаивая.

– Пойдём отсюда,

малыш. Не стоит эта идиотка того.

Привлечённый нештатной ситуацией охранник, как бы невзначай появился у нас за спиной, отсутствующим взглядом глядя перед собой и меланхолично жуя жвачку.

Но, взглянув на обидчицу, Инка лишь снисходительно улыбнулась и, гордо подняв головку пошла прочь. Я облегчённо вздохнул, направившись за ней, как вдруг услышал какое-то жалобное "ох", произнесённое, судя по тембру, охранником.

Он так и застыл с разинутым ртом и прилепившейся к губе жвачкой, от которой тянулась тоненькая струйка слюны, капавшей на форменную рубашку. А вокруг повисла звенящая тишина. То есть, и так было не очень-то шумно, но, всё же, какие-то, звуки, сопровождающие жизнь большого супермаркета присутствовали. И вдруг, безмолвие нарушил истерический визг хорошенькой брюнетки, стоявшей за кассовым аппаратом.

Никто из посетителей ещё не понял, что именно произошло, и произошло ли вообще. Я и сам-то по началу не очень врубился. А, присмотревшись, вдруг захохотал. Нет, не было никаких внешних эффектов, сроде изогнувшегося в конвульсиях тела, и вывернутых судорогой рук, превращающихся в звериные лапы.

Но, согласитесь, когда на месте маленькой девочки, пусть и чернокожей, вдруг ни стого ни с сего вдруг появляется зверь. Это не всякая нервная система выдержит. Кени, проказница такая, рассердившись на злую тётку посмевшую обидеть новую подругу, решила отомстить по своему. И, "уйдя" в убежище, "выбросила" наружу Дромика.

Щенок, совершенно сбитый с панталыку сменой обстановки, очумело крутил головой и лаял так, что, казалось, лопнут перепонки. Кассирша продолжала голосить, Инка присоединилась ко мне, внося посильную лепту в эту какофонию, а дебелая и завистливая продавщица начала мелко-мелко креститься. При этом губы её тряслись так, что я всерьёз заволновался за душевное здоровье славной труженицы торговли. Народ, напуганный террористическими актами, вовсю ломанулся к выходу, а к нам, словно буксиры идущие против течения, спешили ещё охранники.

Тут, как и положено дитяти Дромоса, никем не замеченная "появилась" Кени. И, пропустив мимо ушей моё укоризненное: - "Зачем ты так" - начала обходить ревущую тётку. Зайдя ей за спину, малышка вскарабкалась на один из стеллажей и снова пропала, заставив подбежавших к ней секъюрити недоумённо пялится на пустое место. Я уже было хотел "шагнуть" в Дромос, дабы "отмотать" немного назад, отменив все эти безобразия но тут, сбив с ног охранников а заодно и недалёкую бабу, которой, как я понимаю, всё и предназначалось, совершенно ниоткуда хлынул поток воды. Точнее, не хлынул, а просто мгновенно "материализовался". Вызвав вселенский потоп и растекаясь по полу он устремился в проход и дальше вниз по ступенькам.

Мать моя женщина! Да тут тонн десять, не меньше! Как оказалось впоследствии, воды было "не менее тридцати кубометров". Как ещё перекрытие выдержало.

А Кени, как ни в чём ни бывало спрыгнув со стеллажа, гордо зашлёпала к выходу, поднимая при этом тучи брызг. Толстая продавщица, оказавшаяся у неё на пути изменилась в лице и попыталась встать. Намокший халат прилип к телу, мешая движениям. Ноги разъезжались на мокром полу и, шлёпнувшись в воду, она с жалобным визгом поползла прочь.