Чтение онлайн

– Уверен... Это было такое, однозначное, "НЕТ".

– Жаль... А то вырисовывался вариант "брюнетка-блондинка", а это уже две трети подбора... Особенно, если поверить, что она умеет петь. "Хорошо петь"!
– усмехнулся уточнению Клаймич.

Мы еще немного пообщались и разошлись, договорившись, что Клаймич сразу позвонит, когда будет известна реакция Веры на наше предложение.

Я вернулся в номер и застал маму с нашими соседями Степаном Захаровичем и Ириной Петровной. Мое возвращение было встречено с большим энтузиазмом,

поскольку они собирались играть в преферанс и четвертый участник был очень кстати!

Мы все устроились на большом балконе и погрузились в игру. В преферанс я играл не очень, но такие вечерние посиделки за картами у нас были не редкость. Поэтому, может от практики, а может и тупо от везения, я сегодня был в ударе. Почти каждую раздачу я старался сыграть или "вистануть", а после предельно наглого "мизера в темную" был уже в таком солидном плюсе, что это вызвало у моих соперников бессильные подначки на тему: "не пора ли дитЯм спать"!

Пришлось отбрехиваться:

– Не расстраивайтесь! Нас сейчас уже даже в школе учат считать по новому...

– Это как?
– неосторожно "покупается" Ирина Петровна

– С одного до десяти...

– А что в этом нового?

– А новое, что после десятки идет "валет"!

Народ смеется. Вечер заканчивается моим условным выигрышем в два рубля семьдесят четыре копейки...

***

Следующее утро, обретя душевное равновесие, я встретил на стадионе. Этот день тоже обещал быть жарким. Несмотря на ранее утро, солнце уже явственно заявляло свои права.

Я шлепал второй круг по беговой дорожке, когда увидел в раскрытых воротах две женские фигуры.

"Упс...".

При таком раскладе, общаться не хотелось - будут друг перед другом выделываться, при "нуле конструктива".

Сохраняя между нами расстояние, я, в свою очередь, оказавшись около ворот, в эти ворота стадион и покинул.

...Отдыхать уже порядком надоело. В своих поездках я и в прошлой жизни на одном месте больше одной-двух недель не задерживался. Конечно, если не было каких-то личных отношений, не только для тела, но и для души. Мир большой и просиживать задницу на каком-то одном конкретном пляже - глупо.

Я все чаще стал уходить после завтрака из санатория, и вместо пляжа бродил по разным сочинским закоулкам. Однажды даже ездил на электричке в Адлер. Но смотреть особо было нечего... Память к нам добра и стирает серые страницы. Однако сейчас Сочи не мог мне предложить ничего привлекательного. Толпы отдыхающих, очереди в столовые и забитые пляжи. Аляповатыми красными пятнами на сером фоне выделяются лозунги и призывы.

Конечно, заново вспомнить атмосферу южного рынка или прокатиться на аттракционах юности - очень прикольно! Но сколько раз? Два, три?.. А потом? Рассматривать "Ромашку" и вспоминать "Чингиз-хан" в парке Барселоны?!

А неизменный выбор всех мальчишек моего детства "Автодром"?!

По старой памяти, я купил на него 10 билетов по 40 копеек!

Выдержал три поездки... Остальные билеты отдал небогато одетым пацанам, завистливо наблюдающим за своими более счастливыми сверстниками.

Что ж, мы сами вершим наши судьбы. Видимо, свою надо вершить более активно...

...Клаймич позвонил через два дня, после нашей последней встречи.

– Виктор, добрый день! Как ваши дела? Как мама?

– Спасибо, Григорий Давыдович. Все хорошо. Как вы? Какие новости?
– обменялись мы дежурными приветствиями, не требующими ответов.

– Новости есть...
– неопределенным тоном ответил Клаймич, - Вера хотела бы с вами пообщаться лично. От моего участия в беседе отказалась.

– Странно, - изобразил я удивление, - разговор "на троих" был бы более продуктивным. Думаю, что на многое из того, что она захочет узнать, я просто не смогу самостоятельно ответить.

– Да, - с еле различимой досадой, отозвался Клаймич, - но она в этом пожелании была непреклонна. Я думал вы мне расскажите, что такое она захочет обсуждать.

– У меня есть только один вариант, - не стал я отклоняться от прежней версии, - может она захочет объяснить, что мои знаки внимания, в ее адрес, были неуместны тогда и будут неуместны сейчас. Поэтому и наедине, чтобы не ранить мое... детское самолюбие...

Клаймич хмыкнул в трубку, на том конце провода:

– Может быть... Что все было так серьезно?

– Йа вас умоляю!
– я тоже хмыкнул.

– ...Женщины...
– с непередаваемой интонацией выдохнул Клаймич, - она попросила ваш номер телефона...

– Конечно, пусть звонит...
– "искренне" согласился я.

"Тупица, сама себя топит".

...Вера проявилась только ближе к вечеру.

...Я позвонил Лехе, он связался с Арсеном, Арсен попросил папу, Михаил Авакович нашел Ованеса Вагановича и теперь мы вдвоем сидим в столь знакомом нам ресторане "Кавказ".

"Аэлита" сегодня не играет, за нашим столом нет шумной компании и атмосфера за ним не самая праздничная.

Вера, пришедшая с решительным видом, сейчас молча сидит, уставившись в стол, и не знает с чего начать разговор.

Человек в черном... Я напялил черную джинсу и черную футболку с черными кроссами. Еле удержался, чтобы не одеть черные очки. Все-таки, вечер. Изображаю Бэтмена. На память приходит анекдот:

"Ресторан, 132-й этаж. У окна сидит мужик в чёрном и пьёт виски. Подсаживается другой, выпили. Первый говорит:

– Тут такой ветер сильный, можно выпрыгнуть в окно и тебя обратно занесёт. Тут же выпрыгивает и, полетав, залетает обратно. Второй говорит: - Ух ты, дай-ка я тоже попробую. Выпрыгивает и со свистом летит вниз. Подходит бармен: - Ну и гад же ты, Бэтмен, когда пьяный!" Мдя... Кому бы рассказать...