Чтение онлайн

Клаймич искоса на меня посмотрел и тоже усмехнулся:

– Очень может быть...

– А что, вдруг, разговор о Вере?
– перешел в наступление уже я.

– Ну, хороший бы был вариант...
– неопределенно протянул Клаймич, - она красивая, на ваш взгляд?

– На мой, да... Даже весьма, - не повелся я.

– Ее папа работает в МИДе, она закончила МИМО, английский знает идеально. Кажется еще и испанский... У Татьяны... ну, Татьяны Геннадьевны - ее мамы, было чудесное сопрано, она говорит, что и у дочери

прекрасный голос. Сам не слышал, но мнению Татьяны Геннадьевны можно доверять, она большой профессионал.

– Как же она из МИМО стала журналисткой в "Комсомолке"?
– искренне удивился я.

– Ищет себя, - неопределенно ответил Клаймич, - я не очень в курсе этого... Просто, как вам такая кандидатура?

– По внешности - отлично, по голосу - поверю на слово, но надо слушать, а вот по характеру... мне она показалась какой-то нервной... как-будто живет с постоянно заведенной до упора пружиной...

Клаймич согласно кивнул:

– Вы наблюдательны. Там была, пару-тройку лет назад, одна нехорошая история. Девочка после этого несколько замкнута.

– Изнасиловали что ли?
– брякнул я.

– Нет! Слава богу до этого не дошло, - поплевался через плечо Клаймич, но отпечаток душевный у нее, видимо, остался.

– Поняяятно, - протянул я, - ну, не знаю... думаю она сама не захочет... Но попробуйте спросить, чем черт не шутит! Главное проблем нам не огрести с такой кандидатурой. И семья у нее обеспеченная... Сложнее контролировать будет, чем какую-нибудь голь-шмоль перекатную...

Григорий Давыдович удивленно посмотрел на меня и ...согласно кивнул:

– Да, те больше потеряют... если что... Я сразу не подумал. Так может и не стоит?

– Может... Хотя, все-таки, поговорите. Может до чего-нибудь путевого и договоримся.

Последние пять минут разговора мы стояли у дверей моего корпуса.

– Спасибо вам большое, что проводили, маме так спокойнее!

– Мне не сложно, тем более, мы так продуктивно пообщались! Тогда, Виктор, спокойной ночи и завтра я позвоню, после обеда.

– Спокойно ночи, Григорий Давыдович...

Весь путь до двери номера довольная ухмылка не сходила с моей рожи:

"Попитка не питка, да товарищь Бэрия?!"

***

На следующий день я, клятвенно пообещав маме не задерживаться допоздна, все-таки, добрался до "мамонтов". Правда, в этот раз заранее договорился с ними о встрече по телефону, чтобы опять не "лизать ручку" закрытой двери.

Достаточно было одного взгляда, чтобы понять, что в этой квартире время проводят весело... Все признаки: гора мытой посуды, подувядший букет роз, пять бутылок из под "Советского шампанского" на подоконнике и почти пустая коробка конфет "Садко" на столе.

А так же отвратительно бодрые и довольные жизнью рожи "братцев"!

– Хороши... Вижу

время вы тут неплохо проводите, пока я над работой, как царь Кащей над златом, чахну...

– Ну, дык... мы что...
– сыто потянулся Димон, - говори чаго надо, вместе будем рифмовать "стул" и "жопа"!..

Реноме надо поддерживать. Я немного помолчал и продекламировал:

– Если в песнях для народа слово "жопа" рифмовать,

То не долго будет, братцы, "стул" на нары променять!

Оба гада заржали дуэтом... Отсмеявшись, Леха сказал:

– Все, с гулянками с сегодняшнего дня завязываем! Говори, что надо?

– Чего так?
– подозрительно поинтересовался я, настороженный такой уступчивостью, - к суду протрезветь захотелось?!

– Неее, - Леха развалившись на диване, лениво отмел мою версию, - я следака в ленинградской прокуратуре оказывается неправильно понял. Не будет тут никакого суда...

Я напрягся:

– Почему?!

– Они ведут все по "вновь открывшимся обстоятельствам", поэтому опрашивают тут местные, а документы отправляют наверх, там в Москве новое решение и примут... в Верховном Суде. Сочинский прокурор сказал, что точно оправдают...

Все немного помолчали. Я же еще и мысленно постучал себе по лбу. Не Леха мне процедуру должен был объяснять, а сам должен был сообразить. Ну или нынешний УПК РСФСР почитать...

– Хорошо. Пусть так... Главное, ведь, результат...

Оба "мамонта" синхронно кивнули.

– С чего тогда конец гулянкам?

– Деньги, почти, закончились, - ухмыльнулся Димон, - хорошо, что за жилье сразу отдали...

Я понятливо кивнул и искоса глянул на Леху. Тот чуть заметно отрицательно качнул головой.

"Понятно... Про "заначку" Димон ничего не знает. И она целая".

– Транжиры...
– пренебрежительно фыркнул я, - ну, тогда у вас появилось время порешать мои проблемы!

– Так чего надо-то?
– уже настойчивее повторил свой вопрос Леха.

– Поучи меня играть на гитаре, - я вопросительно уставился на "старшего братца".

– О-па... Да, я и сам не очень-то... Так, три аккорда и "боем"... да, и учитель из меня еще тот...
– замялся Леха, - О! Завадский говорил, что он играет на гитаре тоже! Вот с кем надо!

– Я же не сказал "научи", я сказал "поучи"...
– выделил я интонацией последнее слово, - а если нормально пойдет, тогда к Завадскому и обратимся... а то может нет у меня способностей к музыкальным инструментам...

– Ха!
– заухмылялся Димон, - наш "вундеркинд" перед Коляном облажаться боится?!

Я, неожиданно для себя, с большим трудом справился с накатившим раздражением.

"Однако, ты меня подzаеbаl, дружок, со своими комплексами и подколками".

– Хорошо... давай попробуем, основы я, все-таки, знаю, - поспешно согласился Леха, почуявший неладное.