Чтение онлайн

– Значит, ты подумал, я захотела домой, потому что ты меня утомил?

– Или ты хотела подумать.

– О чём?

– Я не знаю. Сама скажи.

Мира понятия не имела, что он имел в виду. Его мозг способен породить несусветные версии.

– Мы ведь уже стоим у моего дома…

– Мне ничего не стоит увезти тебя обратно к себе.

– Проехали столько, чтобы вернуться? Нерационально, – Мира звучала всё неубедительнее: у неё кончались аргументы. – Да у меня даже комплекта одежды нет. Я твои рубашки таскаю. Кстати, клетчатую

ты обратно не получишь. Во всяком случае, пока не отдашь мои вещи. Белый бра точно у тебя.

– Ничего не видел.

– Ты его спрятал. Отдай, он мне нравится.

– Поищу, – Теодор был весь в своих мыслях, но вежливо ждал, когда Мира закончит измываться над ним. – Перевози свои вещи ко мне, – сказал он вдруг.

– То есть, переехать? Так это называется.

– Да, – прибавил Теодор уже твёрже.

– М-м. Что ещё прикажете сделать, господин Вермеер? Вы бы могли носить меня в своём кармане, чтобы всегда иметь под рукой.

– Не обязательно сразу все вещи. А часть. Пока.

Мира не с нашлась с ответом. Ей предложили переехать. Просто. Прямо. Без обиняков.

Затянувшаяся пауза прозвучала лучше всякого ответа.

– Я слишком тороплюсь? Произвожу впечатление подозрительного типа, от которого стоит держаться подальше?

В Теодоре Мира никогда не подозревала угрозу для себя. Неподходящий ей человек. Сложный. Путанный. Но никак не способный причинить ей вред. Но предложение переехать не вязалось с её картиной мира, с её сложившимся о Теодоре мнением. И даже не в этом был камень преткновения. Миру что-то смущало, но что? Она никак не могла поймать эту разгадку за хвост.

– Сначала ты говоришь, что хочешь видеть меня двадцать четыре на семь, а затем отказываешься встретиться со мной.

– Когда?

– Допустим, позавчера. Я предложила отправиться со мной и девочками в бассейн.

Теодор отвернулся к лобовому стеклу. Челюсть его крепко сомкнулась.

– Я не плаваю.

– Там быстро приручат…

Молчание.

– Есть проблема?

– Никакой. Я ведь сказал, что не люблю это.

Ему будто навязывали что-то аморальное. Есть причины так рьяно открещиваться от пустяка? По каким соображениям этот человек бойкотирует общественные бассейны?

– Это же просто весело, – без надежды объяснила Мира.

– Сомневаюсь.

– Да почему?

– Терпеть не могу воду. Что мне в этом заведении, прикажешь, делать? Я даже плавать не умею и никогда не хотел учиться.

– Кого-то мне это напоминает.

Ухмылку Миры встретили холодно.

– Тема закрыта, – она подняла ладони в защитном жесте.

Гулкая тишина снова наваливалась со стен автомобиля.

– Завтра в девять начало экзамена, – повторил Теодор. – А потом я тебя забираю к себе.

– Да.

– И ты моя на остаток дня.

– Да.

– И на всю ночь.

– Да, я же сказала, – Мира изумлённо хохотнула: уточнения были на уровне следственного допроса

под лампой.

Теодор переплёл их пальцы и, поднеся к своему лицу, поцеловал костяшки рук Миры.

– Удачи.

– Сделаешь завтра такой же массаж? После экзамена я тоже буду на нервах.

– Я сделаю для тебя всё, что пожелаешь. Только приезжай.

Щёки Миры запылали.

– В нашем плане на завтра есть одна загвоздка.

Теодор вздохнул.

– Ты бога переживёшь, лишь бы внести свои коррективы во всё на свете, не так ли?

– Я не специально. Просто я собиралась послезавтра оставить машину на стоянке у аэропорта. А если завтра планирую ночевать у тебя, нужно взять её с собой.

– Я всё учёл. Ты оставишь свой автомобиль дома. Завтра я заберу тебя из университета, мы захватим твой чемодан и отправимся ко мне. А послезавтра в аэропорт поедем вместе. И, разумеется, я встречу тебя, когда ты вернёшься.

– Зачем столько перемещений ради меня одной?

– Мира, я уже всё решил, – строгость и забота в голосе гармонично переплетались. – Я хочу проводить тебя!

– Знаешь, как в кино: герой бежит через аэропорт, ведь это последняя возможность сказать своей женщине всё, что он давно собирался сказать. А если она сядет на самолёт, то на этом всё. Она уже никогда не поднимает трубку, никогда не прилетит обратно. И он больше никогда не увидит её и не услышит.

– Это отголоски времён, когда не было смартфонов, и у людей постоянно менялись номера. До мобильной связи и соцсетей навсегда потерять человека было гораздо проще, чем сейчас. А к чему ты это ввернула?

– Вдруг я останусь в Португалии?

Теодор тяжело на неё посмотрел.

– Там мои родители, – прибавила Мира невинно.

– Мне стоит начать беспокоиться?

– Не исключено.

На такой расклад Теодор явно не рассчитывал. Но быстро сообразил, что Мира ехидничает, и остыл.

– Маловероятно, что ты не вернёшься. Ты ведь ещё не получила диплом.

– Или я вспомнила эту историю, потому что тебе стоит присоединиться ко мне.

Всё. Она это сказала. Прощупать почву уже давно пора. Во-первых, Мире нужно выяснить отношение Теодора к поездке в Европу, откуда тот однажды сбежал. Сбежал, и никак иначе. Вывод напрашивался сам, судя даже по скупым рассказам Теодора о своём прошлом. Во-вторых, Мира хотела знать, не против ли он отмечать Рождество вместе с ней.

Ответа от Теодора предсказуемо не последовало.

– Ладно. Мне пора. До завтра, – Мира чмокнула его на прощанье и быстро открыла дверь.

***

У вендингового аппарата в университете стояла Грейс.

– Привет.

– Салют, красотка. К экзамену готова?

– Да.

– Как всегда умница. А я забыла всё на свете. Посмотри, руки трясутся, – Грейс всовывала смятую купюру в автомат, но тот её упрямо выплёвывал.

Мира прочистила горло. Поправила лямку сумки на плече