Чтение онлайн

По мере того, как уходила сонливость, в голове возникали сотни картинок прошлой ночи, таких ярких, что на пару секунд мужчина засомневался не было ли все это лишь сном. Но его тело по-прежнему, словно отражало эхо пережитого: Лайнел все еще ощущал на себе тепло ее тела, слышал ее смех под звездным небом, видел прижатые друг к другу лица, чувствовал скользящие в темноте руки. "

Теперь она моя

, — сказал он себе, улыбаясь еще шире, —

и останется моей, когда все это

закончится, потому что я готов убить любого, кто встанет между нами

".

Взгляд из-под полуопущенных ресниц пробежал по залитому солнцем внутреннему убранству хижины. Маленькое пятно крови на тюфяке напомнило ему о том, что рассказывал рулевой «Персефоны» о Мюриэль Ванделёр и капитане Вестерлее. Реальность обрушилась на него, словно удар мачете: он понял, что там, за пределами болота, далеко от окружавшего их мирного уголка, отель «Ванделёр», должно быть, был погружен в пучину абсолютного хаоса. Вспомнил про Александра, Оливера и Веронику, и так быстро вскочил на ноги, что чуть не закружилась голова.

Рядом с тюфяком Лайнел увидел предоставленную им одежду. Та, которую он надевал для бала была так перепачкана, что явно не подлежала восстановлению, поэтому он быстро надел темные штаны, свободную рубаху и выглянул в окно.

Поселение уже давно пробудилось и его обитатели сновали меж деревьев, совершенно не беспокоясь о том, что среди них находятся два чужака. Лайнел раздумывал куда же запропастилась Теодора, когда его взор остановился на ком-то, внимательно наблюдавшем за ним, сидя на поваленном стволе дерева. У него аж дыхание перехватило, когда он узнал ту самую маленькую мулатку, которую они преследовали два дня назад в Новом Орлеане. Она по-прежнему была одета в красное платьице, а белокурые волосы кудряшками рассыпались по плечам.

Несколько секунд они молча смотрели друг на друга, пока Лайнел не отошел от окна и не начал спускаться по лестнице, ведущей к подножию дерева. Девочка молча следила за ним невероятными голубыми глазами, пока он не встал прямо перед ней.

— Похоже, в конце концов, именно ты нас поймала, — сказал Лайнел, — или, во-всяком случае, твой народ. Ты следила за нами все это время?

— Только когда об этом просила моя мама, — ответила девочка. — Когда ты находился вне отеля.

— Поэтому ты не ходила дальше дубовой аллеи. Ты — дочь мамбы Альмы? У тебя глаза в точности как у нее.

Малышка кивнула и слезла с бревна, на котором сидела.

— Меня зовут Этель, — сказала она ему. — А ты — Лайнел Леннокс, а твою подругу зовут Теодора.

— Ты тоже обладаешь даром?

— Пока нет, но Бой всегда говорит, что это лишь вопрос времени, когда меня начнут посещать видения. В этих местах может быть только одна мамбо, но моя мама — человек и не будет жить вечно, — она взяла Лайнела за руку и повела за собой в чащу, вдаль от деревьев с висячими хижинами. — Она попросила меня привести к ней тебя и Теодору. Тебя ждут, чтобы показать что-то важное.

Лайнел решил последовать за Этель, которая вела его в часть болота,

очень похожую на ту, где они проплывали накануне ночью под дулом пистолета. По мере продвижения вперед, постепенно стихли звуки оставшегося позади селения, вокруг были слышны лишь жужжание москитов и неизменное кваканье лягушек. Вскоре они вышли к небольшому холму, возвышавшемуся над водой, словно чешуйчатая спина каймана. Этель начала взбираться по залитому солнцу склону, Лайнел последовал за ней. Прибыв на на место, они увидели там Теодору, беседующую с мамбо Альмой на окруженном кипарисами пятачке.

Когда Лайнел взглянул на девушку, его с головы до ног окатила волна непривычных, но вполне приятных ощущений. Волосы Теодоры были по-прежнему распущены, а одета девушка была в… красные мужские брюки! что чуть не выбило молодого человека из равновесия.

— Полагаю, — тряхнув головой воскликнул он, — теперь я видел все…

Услышав его слова, Теодора прервала беседу с мамбо и обернулась с улыбкой на устах.

— Я так и думала, что ты это скажешь. Я так ужасно выгляжу?

— Ты восхитительна, — заверил девушку Лайнел, заключая ее в объятия. — Если бы я знал, что брюки сидят на тебе так хорошо, то давно одолжил бы тебе свои. Кто знает, — добавил он, целуя Теодору в губы, — может, мне удастся их с тебя стянуть как это проделала Вероника с Арчером?

Теодора рассмеялась хриплым смехом, но на поцелуй не ответила. Лайнел отстранился и с удивлением на нее посмотрел.

— Что с тобой? — обеспокоенно спросил он. — Я сказал что-нибудь не то?

— Да нет, не в этом дело, — ответила Теодора, беря его за руку. — Ничего со мной не случилось. Просто… ты хоть обратил внимание где мы находимся?

— На болоте, как и вчера. Только не понимаю, что в этом такого.

— Посмотри вокруг, Леннокс, — вдруг произнесла мамбо Альма, раскинув руки, словно обращая его внимание на круг из кипарисов. — Посмотри и скажи мне, что ты видишь.

Лайнелу такая театральность показалась излишней, но, стиснув зубы, подчинился. Зеленоватый свет, просачивающийся сквозь листья деревьев, напомнил ему Оксфордский Дом орхидей, в котором они тогда встретились с Теодорой. Не сразу, но мужчина понял, что имела в виду мамбо: вокруг, едва видные меж корней деревьев, находились воткнутые в землю странные куски древесины. Все они были разными по цвету и размеру, на некоторых еще оставались следы краски, но на большинстве не было никаких отличительных признаков. Лайнел нахмурился.

— Что, черт возьми, все это значит? — спросил он снова поворачиваясь к мамбо. Этель молча подошла к матери и та положила усыпанные перстнями руки на плечики девочки. — Это что, кладбище?

— Хороший вопрос, — ответила мамбо. — Полагаю, что в каком-то смысле это так, хотя вряд ли оно похоже на какое-либо другое из виденных вами в путешествиях. Здесь похоронен только один человек. То, что вы видите вокруг — это не кустарные надгробные плиты.

— Я уже заметил, что на них ничего не написано, но…