Чтение онлайн

Незаметно размяв затекшие в одном положении руки и напряженные плечи, Террин с сомнением покачал головой.

– Надо было ее положить на другое место, – хмуро сказал он, –в большой комнате на диване, например.

– Нет, – покачала отрицательно головой девушка, – такие маленькие дети должны спать или в специальных кроватках, или только под присмотром взрослых.

Мужчина отступил к выходу из комнаты, оглянувшись напоследок, увидел куклу на большом сундуке, освещенную лунным светом. Мимолетно улыбнулся, но ничего

не сказал, выйдя из комнаты.

Кастия вышла следом. Слегка прикрыла за собой дверь, перед этим погрозив присевшему на задние лапы коту, явно приготовившемуся прыгнуть к малышке на кровать. Тот в ответ похлопал огромными глазищами с немым укором. Мол, как ты можешь про меня плохо думать?

Террин ждал ее около столика с лампами, где уже зажег фитиль второй и прикручивал интенсивность огонька, делая его приглушенным. С благодарностью улыбнувшись ему, Кастия подхватила первую лампу.

– Спасибо большое, Террин, – с признательностью сказала она, – Одна бы я не справилась, а родители задержались.

– Все хорошо, – кивнул он, рассеянно смотря по сторонам на ходу. Вспоминая, что изменилось в обстановке по сравнению с тем, что ему запомнилось.

– Этого комода здесь не было, – неловко споткнувшись о предмет мебели, заявил он, когда слегка выдвинулся вперед, оставив Кастию и, соответственно, освещение за своей спиной.

– Здесь не было, – хихикнула девушка, глядя, как он забавно морщится и пытается сдержать эмоциональный порыв использовать все имеющиеся в его арсенале "добрые слова", – он был в дальней комнате. Но ее пока закрыли, а комод вынесли сюда. После того, как Кара вышла замуж, а Верт – женился, ей в приданое и ему в новый дом передали часть мебели...

– Не ожидал узнать, что Кара и Сорен поженились, – внезапно сказал Террин, оперевшись кончиками пальцев о ближнюю к нему стену и стараясь незаметно потереть отбитые пальцы на ноге о деревянный пол.

Кастия прикрыла ладошкой улыбку. Верт тоже так делал, когда приходил к родителям, потому что никак не мог запомнить, что комод теперь здесь находился.

Ярет, так как здесь жил постоянно, побыстрее привык к перестановке, но в первое время... Он вообще редко отличался сдержанностью и молчаливостью, поэтому Ялма в те времена часто уверяла, что:

– У меня уши заворачиваются, сын, от твоих слов. Не мог бы ты следить за своей речью и тем, что у тебя под ногами?

– Они встретились в Храме и как-то быстро все закрутилось, – согласно кивнула Кастия, улыбаясь, – Помолвка, свадьба. Потом у них родилась Санни...

– Хорошая девочка, – улыбнулся Террин в ответ, поставив на пол ушибленную ногу, уперевшись на него мыском. Подержав так, он опустил ее в обычное положение, решив, что жить будет. Это радовало.

– Я даже подумывал не отдавать ее родителям, – пошутил он, припомнив тяжелое тельце спящей девочки, которое не спускал с рук с самой площади.

– Кара и Сорен

бы не согласились, – заметила Кастия, понимавшая, что он шутит. Сама бы она не смогла нести малышку, а потому до сих пор сидела бы и ждала родителей, которые куда-то запропастились с нежданными делами.

– С Сореном я еще мог бы о чем-нибудь договориться, но с твоей сестрой это делать просто опасно, – засмеялся негромко мужчина и направился к двери, помня, что его ждут брат и во всю зевавшая Левия, – Она уже в детстве была грозной..., – добавил он, полуобернувшись.

– Кара – хорошая и добрая, – возразила девушка, следуя за ним, – Она за всех переживает и много делает, чтобы помочь.

Они почти дошли до входа, где Кастия поставила лампу на столик и двинулась вслед за мужчиной на терассу, который как раз открывал дверь, как он внезапно обернулся, чтобы что-то сказать.

Они столкнулись в дверях. Налетевшая на Террина Кастия покачнулась и стала падать, но он успел подхватить ее, удержав от падения. Девушка застыла, неожиданно оказавшись в объятиях мужчины.

– Ох, извини, – прошептала она, поднимая лицо, чтобы взглянуть на мужчину, – Я сегодня неловкая очень.., – извиняющимся тоном добавила, чувствуя себя очень неловко.

– У меня лучше получается налетать, спотыкаться и падать, – со смехом признался он, – Сегодня я бью в этом все рекорды...

Девушка еще больше смутилась, припомнив по чьей вине он сегодня "бьет эти рекорды". Но на знакомом со ставшими более резкими и суровыми чертами лице повзрослевшего Террина не было упрека возмутительному поведению Ярета.

– Террин, прости, пожалуйста, Ярета. Он порой бывает порывистее Верта и иногда делает что-то, не думая о последствиях, – шепнула она смущенно.

Он усмехнулся, глядя на ее взволнованное личико в обрамлении мелких кудряшек, выбившихся из заплетенных каким-то хитрым способом кос с полураспустившимися двухцветными лентами, одна из которых в косе держалась уже чудом.

Мужчина припомнил, как она и ее племянница, как две птички, сидели на широком каменном заборе, наблюдая за представлением на площади. Малышка, прильнув к юной тете, исподтишка расплетала то одну, то вторую косу, пытаясь выудить маленькими пальчиками скользкие яркие ленты, на которые имела какие-то свои планы.

Насколько он успел разглядеть на ярко освещенной площади и в свете фонарей, если бы не вставка зеленого, то ленты совсем слились с цветом ее волос.

– Ты такая же рыжеволосая, как я помню, – признался он, поднимая руку и осторожно касаясь прядок на виске, – Рыжик! – ласково добавил он, а затем наконец сделал то, на что не решился в присутствии брата и его жены.

Ласково самыми кончиками пальцев мужчина провел по ее лицу от виска до подбородка. Большим пальцем слегка погладил ямочку на подбородке, затем склонившись к ее лицу, слегка приподнял его.