Просто вернись... Книга 2
Шрифт:
Отец и братья ему рассказывали о том, "какие замечательные дети у всех его ровесников" и "какой совершенно потрясающий сделали ремонт в Храме бога вод, покровителя рыбаков и моряков, в который уже все они наведались, вернувшись женатыми".
– И мы с твоей матерью туда ходили, – "прозрачно" намекал на семейные традиции отец.
– Вы приехали сюда, когда у вас еже было четверо детей! – нашел несоответствие в идиллических рассказах непокорный сын, о чем сразу же и заявил, открыто заявляя, что кто-то врет ради достижения цели.
– Мы на Синтери поженились, – мечтательно улыбнулась Сатия, ласково
– Она – женская, – ответил сын, – Это тебе, мам. А зачем вы вернулись? Там плохо жилось? – уточнил он, возвращая всех к теме семейных ценностей и традиций.
– Нет, конечно. Надо было принимать семейное дело. Отец позвал, – со значением произнес отец, выразительно глянув на блудного сына.
Тот же предпочел не заметить ни взгляда, ни намека. У него было еще три брата, способных принять "семейное дело", не считая Дейда, ставшего кузнецом, как их дед по материнской линии.
Но если родителей, мечтавших о большом количестве внуков, он еще мог понять, то братья значительно перегибали. Или ему так виделось?
К счастью, пока они ему еще не показывали и не подсовывали претенденток в жены. Вот буквально до этого момента, когда Дейд начал подмигивать, строить рожицы и глупо хихикать.
Городских приятелей и их семьи он не учитывал, не обращая внимания на их поведение. Но теперь задумался. До каждого человека, с кем хотел пообщаться, он сегодня добирался через гостиные комнаты и только перезнакомившись со всеми их сестрами, племянницами, дочерьми друзей и сестрами .кузинами и племянницами жен, "совершенно свободными от уз и обязанностей".
Интересным исключением стал только братец Верта и Кастии – Ярет. Вредный мальчишка стал не менее вредным и упрямым юношей, который так отчаянно не хотел, чтобы его сестра даже говорила с повзрослевшим приятелем брата, что весьма неудачно (или наоборот удачно?) свалил ее к нему на колени.
Террин тяжко вздохнул. По счастью, девушка предпочла сделать вид, что ничего из ряда вон выходящего не произошло. Не пришлось обсуждать, объясняться или извиняться. Хотя, ему-то за что извиняться? За неизвестные ему подозрения и выводы Ярета, разглядевшего угрозу (еще бы он сказал, какую?) в отношении своей младшей сестры?
Ему не хотелось терять дружбу с членами этой семьи. С каждым из них были связаны многие счастливые моменты его жизни. Террин рассеянно улыбнулся, глядя на тихонько беседующих девушек, но не видя их, а вспоминая забавные случаи из детства.
Дейд же, как он понял чуть позже, совсем иначе воспринял для себя его поведение. Вытянувшись во весь рост, он зловеще прошептал ему на ухо:
– Ты же видел Верта, Террин. У тебя есть желание стать калекой на всю оставшуюся жизнь?.. Хм... Тебе ли не знать, что ее старший братик в гневе излишне порывист и за оскорбление может съездить своим немаленьким кулаком без предупреждения..., – заметив недоумение на лице брата, он добавил, приподняв брови, "догадавшись" о неведомом для него, – Или ты уже договорился с ее родителями о встрече?
Террин откровенно раздраженно посмотрел на брата, безумно жалея, что по ряду известных причин, одна из которых заключена в том, что этот олух – его младший брат, не может использовать
– Я все учту, Дейд. Только почему мне послышался в твоих словах сарказм? У тебя есть опыт общения с ее братьями..., – он не стал называть имя, понимая, что брат и так поймет, о ком речь, а потому не отказал себе в удовольствии передразнить выражение его лица, приподняв брови.
Тот едва заметно улыбнулся в ответ и вздохнул, подбирая слова. Снова бросив взгляд на девушек, лучисто им улыбнулся и, дождавшись, когда они отвернутся, придвинулся поближе и очень серьезно поинтересовался:
– Скажи мне, Террин, ты вернулся домой насовсем или лишь приехал погостить? – слегка закинув голову, он пристально взглянул в лицо собеседнику в поисках ответа.
Возвышавшийся над ним на полголовы Террин слегка наклонился, посмотрел серьезно, но... предпочел не отвечать. Не сейчас. Ещё лунные сутки назад для него было все предельно ясно, что делать и как поступить. Ныне же предстояло многое решить и обдумать. Говорить что-то определенное было пока еще рано.
– Дейд, ты поможешь Кастии забраться? – спросил он вместо этого, видя с каким нетерпением ждал его брат ответа. Тот кивнул, понимая, что, возможно, не место и не время, но не готовый окончательно закрыть разговор, решив продолжить разговор без свидетелей.
– Лучше скажи мне, наши родители в город приехали на своей повозке или пришли пешком? Мы не займем их место? Ты их ждал? – спросил старший из мужчин.
Кастия, дождавшись, когда напряжение, заметное по фигурам мужчин, немного схлынет, как раз подошла к мужчинам. Она мельком оглядела их лица, но не стала вмешиваться в разговор братьев и рассказывать, что тетя Сатия и дядя Нерит шли вместе с ней и ее семьей. И все время до начала праздника тоже держались рядом, проявляя по отношению к ней поддержку и участие.
– Они пришли пешком, – ответил Дейд, ничего из этого не заметив, – но отец собирался взять нашу городскую повозку из конюшен. Кастия, подойди поближе, пожалуйста, – протянул руку, подхватил девушку под локоть, чтобы подсадить в повозку, и продолжил, снова обращаясь к брату, - Террин, если у тебя ещё дела в городе, то можешь остаться. Мы отвезем девчонок до дома.
Кастия устроилась на сиденье, сдвинувшись к дальнему краю и стараясь не занимать много места. Опустив голову и делая вид, что не прислушивается, старательно расправляла складки юбки. Она и сама не знала, как относится к вопросу Дейда.
Хотелось бы ей, чтобы Террин: поехал домой с ними или остался в городе? Пусть она считалась совсем юной, но понимала, какие дела могли быть у взрослого мужчины в городе. И, особенно, в такую ночь. Так останется ли он? Или поедет с ними?
Спохватившись, что он по-прежнему держит спящую Санни, девушка протянула руки, готовясь ее взять, чтобы посадить рядом с собой. Мужчина отрицательно качнул головой
– Мне не нужна помощь, – сказал он, даже не делая попытки передать ребенка, если не Кастии, то хотя бы – Дейду – на время, пока будет забираться в повозку.