Просто друзья
Шрифт:
Я сел на краю кровати, когда девушка попросила повернуться к ней спиной. Сделал, как она просила, не задавая лишних вопросов. Мой взгляд остановился напротив подоконника, где в ряд стояли грязные кружки и были разбросаны глянцевые журналы. В остальном комната была не убрана не больше, чем обычно. Я ведь бывал там много раз и бывало изучал ночами, когда плохо спалось в объятиях девушки. Знал, что в правом углу возле розетки был отклеенный кусочек обои, за которым был написан чей-то номер телефона, за поблекшим постером фильма «Ловушка для родителей» были совсем другие обои, а на потолку возле люстры разрослись трещины.
— Говори, — голос Дженны прорезал тишину, в которой я чувствовал себя, как под водой.
— Мне жаль, что всё так случилось. Это было глупо. Если это задело твои чувства, то… Чёрт, это нелепо. И глупо. Ты зря на меня обижаешься, — мои руки были сжаты в замок. Я впивался ногтями в кожу, оставляя отметины собственной беспомощности и злости.
— Единственное, из-за чего тебе было жаль, это что на моем месте не было Джо, — холодно отрезала девушка. Ей правда давалась куда легче, чем мне.
— Это не так, — тяжело вздохнул, спрятав лицо за ладонями, которыми прежде провел по волосам. Это была так, и я знал это, хоть и продолжал отрицать, будто это всё ещё имело смысл. Жар ударил в лицо. Хотелось открыть окно обратно.
— Думаешь, я ничего не замечала с самого начала? Как ты смотрел на неё, произносил её имя, бросал всё ради неё. Ты всегда обращался к ней лучше, чем ко мне, даже если она того не заслуживала. Вы оба чёртовые фрики, но всё же ты ещё тот идиот, — я чувствовал злую ухмылку, просачивающуюся в голосе. — Ты напоминаешь жалкого бродячего щенка, когда она появляется рядом. Она подкармливает тебя помоями, а ты всё скачешь перед ней на задних лапах, одаривая любовью, на которую она плевать хотела. А я плелась всё время где-то сзади.
Она умолкла, а я чувствовал, как проглотил язык. В горле образовался ком размером с большую планету, что вот-вот должна была взорваться прямо внутри меня и умереть. Рождество с оттенком горечи от правды, что Дженна вывалила на меня, как грязь. Стало тяжело дышать. Я делал это через рот, глотая воздух, как воду. На короткий миг перед глазами всё потемнело, но стоило их протереть, как картинка снова восстановилась. И вот внутри, словно разжегся огонь ненависти, прежде всего к Джо. В этот момент именно она делала меня уязвимым и слабым перед Дженной и её унизительными доводами.
— Так, почему не бросила меня сразу?
— Думала, дождусь момента, когда ты сдашься и поймешь, что я в разы лучше треклятой Джозефины, — пружины прогнулись под её весом, когда девушка, стоя на коленях, подползла ко мне. Её холодные руки легли на мои плечи, прежде чем проникнуть под свитер. Прикосновения заставили меня поёжиться, наверное, больше от отвращения, чем от прохлады. — Я сдалась быстрее, знаешь ли, — от Дженны несло перегаром. Меня вдруг затошнило. — Я изменила тебе, — она уткнулась острым подбородком в моё плечо. Я задержал дыхание. Это было действительно неожиданно, хоть и не сокрушило меня так сильно, как правда о моем отношении к Джо. Мне как-то даже легче от этого известия стало. Я был не самым плохим в этой компании.
— И с кем же? — во рту пересохло. Мне срочно нужно было смочить горло, но я продолжал сидеть на месте, как пригвождённый, не в силах сдвинуться с места.
— Майлз Ричман, — теперь Дженна села подле
Я усмехнулся, спрятав лицо за ладонями. Какой-то театр абсурда. Трагикомический спектакль, в котором главная роль присуждалась мне. Спасибо Джо. Она и её лимонное платье сделали своё дело. И даже после горестного осознания состояния, в котором я невольно оказался, я всё же был уверен, что всё оставалось прежним. Пусть вся моя жизнь летела к чертям из-за чувств, которым я сдался с понятыми руками, если бы она вся хоть мельком напоминала последнюю неделю гармонии и благополучия в наших с Джо отношениях, я бы и не думал об этом, не обращал внимания, забыл. Я выбрал Джо своей константой. Осознанно и нарочно вопреки всем противоречиям.
Я не подозревал, как это — быть с ней. Она была замечательным другом, раздражающей девушкой, умным, забавным, добродушным человеком, мысли которого были направлены в совершенно другое русло, нежели мои. Они достигали гораздо больших высот, когда мои лишь упирались в потолок внутренних ограничений, вызванных страхом. Иногда я задумывался над тем, что я не боялся встречаться с Джо, а просто не знал, как это делалось. Хотя по большей мере боялся. Нелепое признание в чувствах могло вспугнуть её, заставить дать задний ход, закрыться заново в себе. Она не была готова к этому. По крайней мере, я внушал себе это, пока ещё сам не был к этому готов.
— Это случилось где-то в октябре. Мы с тобой поссорились. Ты попросил, чтобы я не ходила повсюду за тобой. Меня это обидело, потому что, во-первых, я не ходила за тобой повсюду, а во-вторых, ты сказал это слишком грубо. В тот день в доме Майлза была вечеринка, куда я пришла. Хотелось немного расслабиться после нашей ссоры. Я немного выпила и… Это случилось само собой. Я не хотела этого. Я поняла, что сделала глупость, — её голос стал на тон тише. Стал подозревать, что девушка хотела расплакаться. И всё же она сломалась первой.
Я вспомнил тот день без затруднений. Особенно четко врезалось в память, как Дженна пришла ко мне поздно вечером. Постучала в окно моей комнаты, и я впустил её внутрь. Девушка плакала и просила прощения, хотя виноватым себя должен был чувствовать я. Её поведение ещё тогда показалось мне странным, а оттого запоминающимся. Теперь всё сошлось. Она переспала с дурацким Майлзом Ричманом, с которым мне между делом однажды случилось подраться, и пришла ко мне, преисполнена чувства вины.
— Это ведь случилось только один раз? — спросил я, будто это имело хоть какое-то значение. Не теперь точно.