Профессор, поправьте очки!
Шрифт:
– -Что же нам тогда делать? Ведь опять с пустого места придется начинать!-закипятился Сева.
– -Старайтесь. Ищите. Люди, вон, придумали, как в космос полететь.
– -А если…
– -Надо через "если",-закрыл дискуссию Зашибец.-В конце концов можно и о Родине подумать.
Может быть впервые в жизни Сева действительно вспомнил о родной стране и на миг задумался: куда скачет она, помахивая, как хвостом, Камчаткой?..
– -М-да…-сказал он.-В общем, конечно… о Родине… а, профессор?
– -Но мы вам ничего не гарантируем!-с вызовом сказал тот.
– -Гарантии
– -И вот еще что,-сказал Сева, вдруг вспомнив Пропавшего Машиниста.-Мы вам будем помогать при одном условии: вы нам достанете крылышки.
– -Ангельские?-усмехнулся Зашибец.
– -Нет, такие… для машинистов метро. Они их носят на фуражке. Мы их обещали тому парню под землей.
– -Гражданину Емелину?-уточнил следователь.-Ладно, достанем крылышки. А в остальном?
– -В остальном всё ясно,-сказал Сева, не удержав вздоха.-Можно идти?
– -Не совсем,-сказал Зашибец, снял трубку и загадочно бросил в нее:
– Пусть войдет.
Дверь открылась, и в кабинет вошел молодой человек таких внушительных форм, что к нему так и тянуло обратиться: "молодой чемодан".
– -Знакомьтесь, это Володя,-представил Зашибец.-Так сказать, маленький нюанс нашего сотрудничества.
"Маленький нюанс" сделал движение головой, как будто воротник рубашки жал ему шею, что было вполне возможно, учитывая размеры шеи.
– -Володя будет вас сопровождать,-сказал Зашибец и поспешно добавил:-В ваших поисках, разумеется.
Лица у Севы и профессора вытянулись эклерами.
– -Извините! Мы об этом не договаривались!
– -Договаривается министерство иностранных дел,-поправил Зашибец.
– -Ну уж нет!-закипел Сева.-Втроем водку удобно пить, а не либерею искать!
– -Не знаю, как вы там поступите насчет водки,-строго сказал Зашибец,-а либерею искать придется втроем. В конце концов я за ваши жизни с этого дня отвечаю головой.
– -Так ведь теперь с первого взгляда дураку понятно, что мы из милиции! Мы так всех преступников распугаем!
– -Дураку понятно, а умному нет,-сказал Зашибец и встал, подведя жирную черту под всем, что было сказано.-Значит, договорились: без Володи – никаких несанкционированных приключений. Он вам скажет свой телефон.
Володя наконец открыл рот и голосом доброго бегемота назвал семь цифр.
– -Рад был, что зашли,-тут же многозначительно сказал Зашибец, которому, очевидно, не терпелось вернуться к своим маньякам и самоубийцам.
– -А бумаги?-напомнил Потапов.
– -Бумаги я вручу вам на выходе,-сказал следователь, не без причин опасаясь эксцентричного профессорского интеллекта.-Одна просьба: в Кремле не шарьте, там и без вас любителей пошарить достаточно. Ищите альтернативные варианты. Желаю удачи!
Очутившись на безбрежных просторах Октябрьской площади, Чикильдеев и Потапов некоторое время бессознательно шли, куда вели ноги, пока не оказались на самом пупке, возле памятника вождю мирового безумия, где присели на гранитные плиты.
– -Ну, спасибо за сюрприз, профессор!-сказал Сева.-Вот уж сюрприз,
– -Причем здесь я?-возмутился Потапов.-Разве я знал, что мы у милиции на веревочке?
Впрочем, Сева сам сразу же устыдился своей интонации.
– -Ладно, Аркадий Марксович, хватит с нас этой эстетики коммунальной квартиры. Давайте спокойно бросим взгляд в глубины космоса.
– -Я вас понял,-сказал Потапов.-Действительно интересно, что нам перепало из тайных архивов?
Он раскрыл наугад листочки и с присвистом выдохнул, словно после стакана водки:
– -У-у!
Сева вытянул шею, но не увидел ничего, кроме несерьезных каракулей.
– -Вы случайно не кверху ногами держите?-съехидничал он.
– -Не гаерничайте! Это же скоропись шестнадцатого века!
И тут же в припадке ученого возбуждения Потапов пустил свой палец по кривым строчкам:
– -"…об Ивашке Головятове, что тот государев изуфреной опашень надевал на себя с глупа…"
– -Минутку!-нервно перебил Сева, вспомнив, как крепко держался за листки Зашибец и поражаясь следовательской мудрости.-Может не будем разбирать сейчас роль образа дива в "Слове о полку Игореве", а сделаем это в виде домашнего задания?
– -Да-да, после, после…-бормотал профессор, с трудом отрываясь от слова "с глупа".-Всё это надо изучить. В одном Роман Степанович прав: документы той самой, нужной нам эпохи.
– -На то он и следователь, чтобы улики собирать,-заметил Сева, желая лишь одного: поскорее завершить это научное заседание.-Вы разберитесь на досуге, а потом можете изумить меня выводами.
И, страдая оттого, что приходится раскрыть свое тихое прибежище, Сева сообщил Потапову телефон катиной квартирки.
– -Только не звоните очень поздно или слишком рано.
– -Слишком поздно?-беспокойно переспросил профессор, следя не за севиными словами, а за какими-то своими мыслями, петляющими, как сельская дорога.
– -Я имею в виду: когда вы возьметесь за телефонную трубку, чтобы мне позвонить, посмотрите сначала на часы,-терпеливо разъяснил Сева.
– -Да, да,-сказал профессор.-Я вас понял. Конечно, посмотрю сначала на часы.
31.
Сами можете представить, каково было Севе ожидать катино появление в конце рабочего дня. До чего же тонкая штука, скажу я вам, эти взаимоотношения между полами! Ах, как всё непросто в этой трепетной области, которая кажется порой такой малозначительной по сравнению с международным терроризмом или глобальным потеплением, но если задумаешься – только расстроишься и махнешь рукой. Одно хорошо: задумываться над тем, как устроена жизнь, нам особенно некогда, и спасибо Устроителю за это маленькое снисхождение. Но как, скажите, избавиться от ненужных мыслей в московской малогабаритной квартирке в разгар рабочего дня? Особенно в этой девичьей квартирке-бонбоньерке, где свобода скована настолько, что даже нельзя носки повесить на телевизор, для чего он, между нами говоря, только и годится. Можно было бы, конечно, что-нибудь почитать. Но уж то, что нынче печатают, читайте сами и не заставляйте других.