Чтение онлайн

– -Да ну!-отозвался Сева, приободрившись и ощущая, как язык наливается приятным сарказмом.-Вы серьезно? Даже не в Сокольничьем? Надо же! Кто бы мог подумать! Значит, поиски сворачиваются?

– -Не расстраивайтесь!-закричал профессор.-Только начинаются! Дело в том, что в бумагах, которые нам дал Роман Степанович… вы не поверите, что я там обнаружил!..-трубка зашуршала, засипела, а потом снова сказала потаповским голосом:-Вот оно! Кусок текста из разрядной книги с записью награды за выполнение опричного поручения. Это значит: за выполнение личного поручения самого царя! Слушайте,

что мне удалось разобрать! "Из его, великого государя, царских палат, за его, государскими, тремя красными печатями…" так, э-э… "по его, великого государя, указу, холопу его, Баимке Воейкову…" Вы знаете, кто такой Баим Воейков?-отчего-то страшным шепотом спросил профессор, прервав чтение.-О! Вы не знаете, кто такой Баим Воейков! Доверенное лицо царя, а затем начальник царской охраны. Самый близкий к царю человек после Малюты Скуратова еще при жизни последнего, а уж когда Малюту убило шведской пулей при осаде крепости Пайда…

– -Понятно,-сказал Сева.-Оперативник высокого ранга.

– -Не опошляйте!-совершенно необоснованно обиделся профессор.-Лучше слушайте внимательно! М-м… "…холопу Баимке Воейкову шуба 20 рублев да чарка две гривенки за то, что по указу великого государя задано учинить и то учинено ж…" Дальше текст, к сожалению отсутствует, есть еще только обрывок, но обрывок-то, какой обрывок – только послушайте! "…еще две коробки, в них книги, и иные листы, и столбцы греческие, латинские и арапские письменные всякие, что в государевой казне…"-пропел профессор.- Вы понимаете, в чем дело?

– -Понимаю. Службист отчитывается о выполнении какого-то задания командования, связанного с печатной продукцией.

– -Правильно… Ну?

– -Очевидно, докладывает о конфискации идеологически вредных изданий.

– -Ха-ха!-демонически захохотал Потапов.-Это на латинском-то и арабском языке? Вот истинно большевистский подход! Здесь речь идет о том, как прятали либерею! И не исключено, что накануне великого пожара 1571 года, ведь как раз в это время Баим Воейков стал доверенным лицом государя Ивана Васильевича!

– -Значит…-промямлил Сева, пытаясь разглядеть в тумане смутные контуры профессорской догадки.

– -Значит, либерея ушла в архивы Скуратова! Там и надо искать!

– -Даже здесь службы влезли!-в сердцах сказал Сева.

– -Осталось догадаться, куда Малюта мог ее спрятать, в какие свои норы. Он тогдашнее "метро" лучше всех знал! Под землей приходил к царю…

При слове "метро" Севу передернуло от воспоминаний.

– -И куда мы полезем? Снова к этому, в малиновых штанах?

Профессор замолчал, а потом осторожно сказал:

– -Ну… это еще надо прикинуть… поднять кое-какие материалы… проверить места, где обитал Скуратов…

– -Одно как раз и было там, куда мы не долезли,-мрачно напомнил Сева.

– -Ну-у! У него не одно логово было!-легкомысленно отозвался профессор.-Всё-таки начальник спецслужбы!

В этот момент в дверях возникла Катя и сказала явно громче, чем это было надо, чтобы услышал Сева:

– -Ну как, решили свой кроссворд или что-нибудь подсказать?

Сева посмотрел на Катю, потом покосился на трубку, которую продолжал вжимать в ухо,

и внезапно у него в голове вспыхнула мысль.

– -Аркадий Марксович, тут одна девушка совсем не в восторге от нашей с вами совместной страсти, хотя я ей объясняю, что это всего лишь страсть к неразгаданным тайнам истории. Может вы развеете ее сомнения?

– -Как?.. Как?..-заквакал профессор, с трудом освобождаясь от исторического дурмана, а Сева ловко сунул трубку Кате, которая ожидала этого не более, чем Потапов.

– -Зачем это? Зачем мне слушать ваши сказки…-завозмущалась она и попыталась вернуть трубку с квохчущим в ней профессором обратно, но Сева не позволил, зашипев, словно перегревшийся чайник:

– -Мы же культурные люди!-и катин фокус не прошел.

– -Алло!..-сказала Катя неверным голосом.-Что?.. Да, это я, Катя… А вы – тот самый профессор?

Непонятно было, что мог ответить Потапов на столь незамысловатый вопрос, но Катя захихикала, словно шестикласница над взрослым журналом. Сева внезапно испытал неприятное чувство, похожее на несварение желудка. Кто знает, какие сюрпризы имеются в запасе у экс-высоконажирательства!

– -Ну ладно!-сказал он потянувшись за трубкой.-Поговорили – и хватит!

– -Нет-нет!-засопротивлялась Катя.-Ничего не хватит! Так интересно!.. Я слушаю,-сказала она в трубку.-Пожалуйста, продолжайте.

Севины глаза сузились от досады. Но как современный человек и воспитанный гражданин он, разумеется, заставил себя унизительно молчать, пока профессор разливался неслышными ему словами. Катя между тем говорила что-то прямо совсем ужасное:

– -Да?.. Как мило!.. А еще?.. Какая прелесть!..

– -Ну, это уже ни в какие Опричные ворота не лезет!-в конце концов возмутился Сева, не желая быть посторонним на этом празднике жизни.-Что за хамские замашки в отношении компаньона! Катя! Дай сейчас же назад эту штуку, я ему всё выскажу!

– -Да,-сказала Катя в микрофон.-Хорошо. Он тоже передает вам привет,-и вернула Севе прощально запищавшую трубку.

– -Что он тебе напел, этот ученый гусь?-мрачно спросил Чикильдеев.-Что-нибудь о мумиях крокодилов, рассуждающих об Аристотеле?

– -Брр, ужас какой!-вздрогнула Катя.-А что, он и об этом может рассказать?

– -Больно о многом он может рассказать, я гляжу!

– -Ты же сам просил его поговорить со мной! Он сказал, что не смог расшифровать твой логический посыл, поэтому прочитает мне несколько стихотворений из лирики какого-то бурундука… А! Вспомнила: лирики ушедшего бурундука. Я, правда, ничего не запомнила. Только вот это: "Твои глаза – два козырных туза"…

– -Что?!-чуть не взвизгнул Сева.-Каких-таких туза?

– -Козырных…-повторила Катя, для наглядности распахнув глаза пошире, но, очевидно, увидев что-то страшное в севином лице, пролепетала:

– -Я же не виновата, что слушала эту лирику бурундука!

– -К тебе никаких претензий не имеется,-смягчился Чикильдеев.

– -Еще он сказал: передайте Всеволоду, что мы завтра выступаем.

– -Ну, полководец!-возмутился Сева.-Цезарь! Аркадий Македонский! С чего он решил, что я с ним завтра выступаю? Наполеон кислых щей!