Чтение онлайн

С трудом сглотнув, я киваю.

— С чего ты взял? — наконец выдавливает Хедли.

И я рассказываю.

Про знакомое лицо, которое никак не мог вспомнить. Про рукопожатие. Про татуировку колибри, которую когда-то видел и только сейчас осознал, где именно. Про ночь в клубе сразу после возвращения из Кабо.

И под конец – про разговор двух старушек.

Я вижу, как глаза Хедли застилает неподдельная боль по мере осознания правды.

— Ты уверен? — тревожно косится она на дом.

— Абсолютно, —

киваю я, на секунду прикрыв глаза.

Хедли снова поворачивается, и сердце разрывается на части при виде отчаяния, исказившего ее прекрасные черты.

Никогда прежде я с такой силой не ненавидел человека, которым был раньше.

Глава 55Хедли

Я не помню, как мы сели в такси, и совершенно не помню дорогу домой.

Помню только руку Истона в своей. И помню, как он спросил, все ли в порядке.

Все, что я могу – это кивнуть, но это не так. Я не в порядке.

Он переспал с моей лучшей подругой. Моя лучшая подруга переспала с ним.

Сейчас мы стоим на тротуаре перед домом, собираясь пройти через ворота охраны, и тут меня осеняет.

— Она знала, — острая боль заставляет меня схватиться за грудь.

Истон останавливается, придерживая калитку, но я не захожу.

— Я рассказала о нашем первом разе, рассказывала... и о каждом разе после этого. Она знала, кем ты был, — на глаза наворачиваются слезы. Не знаю наверняка, от злости или от обиды. Наверное, и от того, и от другого.

Я прохожу через ворота, и он обнимает меня за плечи, пока мы поднимаемся в квартиру.

Сейчас я чувствую себя ужасной эгоисткой. Он ведь только что узнал, кто мать Таннера. Для него это тоже огромное потрясение.

— Как ты? — спрашиваю я.

Он тихо усмехается, набирая код на панели:

— Я... на самом деле, не знаю.

Мы заходим внутрь, и вид разбросанных по комнате вещей Таннера просто разбивает на куски.

Как она могла? Онор не могла не понимать, что делает, когда спала с Истоном в ту ночь. Нет ни единого шанса, что она не знала, кто он такой.

— Почему? — спрашиваю я, поднимая одеяльце Таннера и прижимая его к груди. — Я столько рассказывала, Истон. Все это время рассказывала о нас все. О своих чувствах... и о том, что Таннер назвал меня мамой, — голова идет кругом, и я опускаюсь на диван. — О господи, Истон. Я сказала, что ее сын назвал меня мамой.

Я прячу лицо в ладонях, и слезы текут по щекам.

Я не хочу плакать.

Не хочу перетягивать все внимание на себя, но мне невыносимо тяжело.

Я понятия не имею, что и думать.

— Почему она ничего не сказала?

Истон садится на диван.

— А почему она его бросила? Есть масса вопросов, ответов на которые мы не узнаем, пока не поговорим с ней.

— И я хочу сделать это немедленно.

Истон бросает на меня выразительный

взгляд.

— Почему мы не можем? — спрашиваю я.

— Она оплакивает бабушку, — говорит он, такой собранный,невозмутимый .

— Ты что, не злишься? — я вскакиваю и подлетаю к окну, уставившись на улицу.

— Конечно злюсь.

— Ну так, может, поведешь себя соответственно? — голос звучит резче, чем я планировала. — Потому что я чувствую, как земля уходит из-под ног, а ты просто... — я указываю на него рукой. — Сидишь.

Истон никак не реагирует на выпад, и от этого становится только хуже.

Я поднимаю руки и массирую виски.

— Прости. Это было несправедливо.

— Все нормально.

Я качаю головой.

— Не нормально.

И тут на глаза снова наворачиваются слезы. Не из-за того, что сказал он или сказала я, а из-за того, что едва не наговорила жестокостей единственному человеку, который этого не заслуживает, и все равно не могу остановить землю, которая плывет из-под ног.

— Я переспал с лучшей подругой девушки, которую люблю, и зачал с ней ребенка, о котором мечтал бы, чтобы он был от моей жены. Уж поверь, я в бешенстве.

Мои плечи опускаются, и мы смотрим друг на друга через всю комнату.

Мне хочется броситься к Истону. Хочется забраться к нему на колени. Почувствовать ту безопасность, которую всегда ощущаю в его объятиях, и услышать, как он шепчет, что все будет хорошо. Но как это возможно? Время вспять не повернуть.

На какую-то секунду мозг устремляется туда, куда я не хочу его пускать. Он задает вопрос, на который я отчаянно жажду получить ответ: изменит ли это то, что между нами?

Я тут же обрываю эту мысль.

Не изменит. Я знаю, что не изменит.

Но сам факт того, что вообще задалась этим вопросом, пугает до чертиков.

— Нам нужно забрать Таннера, — я резко срываюсь с места и иду через комнату.

— Не нужно, — он отрезает путь, преграждая дорогу. — Келли справляется. Написала, что с ним все хорошо. Спит на полу рядом с Эллис. Она прислала фотку, — он тянется за телефоном.

— Нет, мне нужно его увидеть, — я отталкиваю его руки и проскальзываю мимо.

— Не нужно.

Истон непоколебим, и я ненавижу его за это, хоть и знаю, что несправедливо.

— Что, прости? — я резко оборачиваюсь и сверлю его взглядом.

— Забудь, что я сказал.

Я поднимаю руки.

— Я не понимаю. Как все это вообще произошло?

Слезы, которые я изо всех сил сдерживала, хлынули из глаз, стекая по щекам. Я смотрю на Истона и качаю головой.

Он сгребает меня в охапку.

— Знаю... но мы через это пройдем. Будет нелегко, но ничего не меняется, ты понимаешь? — он отстраняется, и глаза встречаются с моими. — Нас, — он переводит палец с себя на меня. — Нас троих... это никак не коснется.