Чтение онлайн

— Женя. — Алексей приостановился. — Ты ни разу о матери не вспомнил...

— Ее же нет! Она была... А теперь ничего от нее не осталось, это же не она, не человек, а то* что осталось... А может, уже ничего не осталось.

— Но ты какой-то...

— Не кричу вслух? А я не люблю кричать о таком! У меня все вот тут... — Он рез<о ударил себя кулаком в грудь. — Не хотел говорить, но раз ты начал... Снится она мне каждый день... Ласкает меня, жалеет, а я плачу, во сне плачу, утром

У двери квартиры, которую назвала Виктория, они остановились. Женька одернул пиджак, пригладил и без того тщательно причесанные волосы, поерзал плечами, спиной, будто чесался, и, робко глянув на Алексея, нажал кнопку звонка.

Дверь им открыл пожилой человек в халате.

— Нас Виктория пригласила,— сказал Женька и выступил вперед.— Адрес дала. Ее рукой написан. Вот...

— A-а, пожалуйста, она звонила, входите. — Человек в халате посторонился, пропуская их в переднюю. — Пожалуйста... Я сам хотел заглянуть в управление строительства. Этот дом, кажется, вы строили?

— Виктория позвонила? — спросил Женька.

— Да, да. Значит, мы имеем честь жить в доме, который вы для нас построили, верно?

— Вот именно! — весело подтвердил Женька. — Собственноручно! — Он поднял руки, потер ладони. — А теперь мы занимаемся новым кварталом застройки.

— Хорошо, хорошо, пожалуйста, сюда! — Хозяин квартиры толкнул дверь кухни.

Алексей вошел туда первым и ойкнул — ударился головой о притолоку.

— Ar;i! — весело откликнулся отец Виктории.— Есть одна шишка на голове бородатого строителя! Так вам и надо — не стройте для людей курятники! — Он заглянул в комнату, кого-то спросил: — С чего начнем?

В переднюю вышла полная женщина точно в таком же халате, как хозяин квартиры,— длинном, махровом, цветастом. Она кивнула пришедшим и пальцем ткнула в стену кухни над краном. Добросовестно начищенный кран насмешливо сверкал медью среди цементных нашлепок, побитого кафеля и потеков от краски.

— И это называется законченной работой? — спросил хозяин квартиры, заглядывая Женьке в лицо.— А паркет? Месяца не живем, а он повыскакивал уже, ремонт нужен. Что ж это вы так небрежно? Снаружи — дом как дом, а внутри? Сюда смотрите... — Он вошел в столовую, закрыл за собой двери, и через минуту все увидели, как из-под двери в прихожую пролезает книга толщиной в ладонь.

— При чем тут мы? — сконфузился Женька. — Наше дело фундаменты...

— Но вы же сами сказали, что дом этот строили именно вы!

— Мало ли чего мы строим! — огрызнулся Женька.— Основное наше дело — фундаменты.

—

— Вы так считаете? — многозначительно произнес Женька, и его глаза превратились в щелочки.

— Представьте.

— А кто стоял над нашей душой, торопил, кто ордер из рук вырывал и клялся самостоятельно подкрасить что-то, подправить, а? «Все сделаем, доделаем, только ордерок поскорее, пустите нас в новый дом!»

— Позвольте! — хозяин квартиры шагнул вперед.

— Не позволю! — Женька шагнул ему навстречу. Они оказались носом к носу.

— То есть как? — возмутился хозяин.

— А вот так! — отрезал Женька.

Алексей поспешил вмешаться:

— Погоди, Евгений, ты видишь, сколько тут недоделок, небрежность. Наспех сделано. Позовите, пожалуйста, Викторию.

— Викторию? — переспросил хозяин квартиры. — Она не живет здесь. Они с мужем остались в старой квартире, там тепло, три комнаты. У них двое ребятишек...

Женька вылетел на лестничную площадку, сбежал вниз и там уже набросился на Алексея:

— Ты чего его под защиту взял?! Ишь, барин какой! В бабский халат вырядился и ну права качать!

— А ты бы въехал в такую квартиру?

Женька не ответил.

— Молодец, Виктория,— сказал Алексей. — Заставила тебя расплатиться за вранье. Расхвастался: «Я строил! Собственноручно!» Зато ты теперь знаешь, как реагируют новоселы на «тяп-ляпы»!

— Вот стерва. На посмешище выставила... Как дурак оплеванный!

— Сам напросился. Я не хочу тебя учить, ты сам больше меня знаешь, я уже успел кое-чему у тебя научиться. Но если б каждый из нас, делая что-то для других, примерял сначала к себе...

— Катись ты знаешь куда со своей моралью! — оборвал Женька. — Меня спровоцировали! Я лопнуть готов от злости, а ты критиканством занялся! Первая такая баба попалась, холера, обкрутила вокруг пальца как собственную волосину. На что мне такая роскошная жизнь?

— Здорово тебя девушка проучила! Нашла способ, как навсегда отшить.

Вид у Женьки был смешной и жалкий, казалось, он вот-вот заплачет, как ребенок, у которого отняли новую игрушку.

Алексей протянул ему конфету.

Женька, не глядя, развернул ее, сунул в рот и тут же с чувством выплюнул себе под ноги, будто вместо конфеты ему перец подсунули.

— Ничего, нас не так-то просто из седла вышибить! У нас есть кое-что в запасе. Айда на почту!