Потерянный рай
Шрифт:
Поцеловав его в лоб, она шагнула к двери, но затем вернулась и вынула из вазы, стоявшей на пустом подносе, стебелек с мелкими голубыми цветками. На память? Нет, эту ночь она и так не забудет до конца жизни… Подарив Джошуа еще один долгий взгляд, она вышла из комнаты, на цыпочках прошла мимо спальни Томми и спустилась по лестнице.
Клеменси тихо закрыла за собой входную дверь, вдохнула прохладный утренний воздух, медленно выдохнула и обхватила себя руками, пытаясь согреться. Но дрожала она вовсе не от холода. Вот она, действительность…
Она тихонько вздохнула. Джошуа был ласковым, нежным и страстным, но при его доброте и опытности нетрудно было заставить любую женщину почувствовать себя единственной. Это ничего не значит. Она не попадется в ловушку и не станет морочить себе голову. Даже в разгар любви он не сказал ничего такого, что позволило бы ей заподозрить, будто их соединяет нечто большее, чем симпатия, физическая тяга и нужда друг в друге. И не намекнул, что хотел бы повторить опыт.
А она сама? Поддерживать ни к чему не обязывающую интрижку? Мечтать о любви Джошуа, притворяясь, будто их отношения значат для нее так же мало, как и для него? А что будет, когда их связь неизбежно закончится? Она вздрогнула.
Господи, пожалуйста, вразуми меня и не дай сделать еще несколько шагов по этой гибельной дороге! Я уже и так слишком далеко зашла…
Клеменси в третий раз подняла телефонную трубку и снова опустила ее. На обратном пути из магазина она увидела на подъездной аллее машину и поняла, что Джошуа с Томми вернулись из больницы. Она закусила губу. Еще вчера ничто не помешало бы ей зайти и спросить о здоровье Джейми.
Но вчера она не провела ночь в постели Джошуа… Клеменси выбралась в коридор и через освещенную солнцем кухню прошла в сад. Может быть, Джошуа звонил, когда она выходила?
— Привет, малыш! Что ты здесь делаешь? — улыбнулась она черному котенку, появившемуся из-за большого цветочного горшка. — Изучаешь территорию?
Не жалеть! Она опустилась в плетеное кресло. Очень легко представить себе, что она все еще покоится в объятиях Джошуа, все еще наслаждается блаженным, ленивым теплом… Котенок вспрыгнул ей на колени и начал бодать головой в подбородок. Если бы прошедшая ночь не была такой чудесной, сегодня она не чувствовала бы такого опустошения.
Может быть, у него не было времени позвонить. Может, ему надо поговорить с Томми с глазу на глаз. И вообще у него хватает дел, виновато подумала Клеменси. Сынишка в больнице. Она рассеянно погладила котенка. Тот громко замурлыкал и свернулся клубочком.
Из-за высокого забора донесся встревоженный звонкий детский голосок:
— Папа, я обшарил весь сад, но его нигде нет!
— Не беспокойся, старина. Он погуляет и вернется.
При звуке низкого грудного голоса в кровь Клеменси хлынул адреналин, по спине побежали мурашки. Казалось, она видит
— А вдруг он не найдет дороги домой?
Ответа Клеменси уже не разобрала: голоса удалялись.
Стряхнув оцепенение, Клеменси взяла котенка на руки и подошла к забору. Почему она не сделала этого сразу?
— Томми! — окликнула она. Ответа не последовало.
Должно быть, они ушли в дом. Клеменси посмотрела на котенка, уныло вздохнула и пошла в обход коттеджа. Следовало бы вернуться домой и заняться уборкой, но почему Томми должен страдать из-за того, что она, как последняя дура, боится увидеться с Джошуа? Под ложечкой сосало, словно ей предстояло прыгнуть с трамплина, а сердце колотилось, как после марафонской дистанции.
Обогнув угол дома, она поверх живой изгороди заглянула в соседний двор и едва не споткнулась. На подъездной аллее рядом с машиной Джошуа стояла вторая, незнакомая. Клеменси собралась с духом и пошла к калитке, но замедлила шаг, когда дверь коттеджа распахнулась, и на крыльце появился хозяин, за которым следовал Томми.
— Папа, я не хочу… — без особой надежды пробормотал Томми. Отец молча сунул его на заднее сиденье и сел за руль. Машина плавно тронулась с места, но при виде Клеменси резко затормозила.
Томми расстегнул ремень безопасности, выбрался из машины и бросился к Клеменси.
Женщина осторожно положила свернувшегося клубком котенка в маленькие, нежные руки. Наградив ее улыбкой от уха до уха, Томми побежал к дому.
— Анна, Анна, Клеменси нашла его!
На пороге выросла Анна, дружески улыбнулась Клеменси и пошла за мальчиком. Тот опрометью бросился на кухню, торопясь вернуть котенка матери.
— Том, поскорее! — окликнул Джошуа, высунувшись в окно. — Доброе утро, Клеменси.
Она с опаской подняла голову и набралась смелости посмотреть Харрингтону в глаза. Он не сделал ни малейшей попытки выйти из машины и поздороваться. Ни ленивой, довольной улыбки. Ни намека на то, что произошло между ними этой ночью. Выражение его лица было непроницаемым.
— Доброе утро, — ровно ответила она и шагнула к машине, надев на лицо такую же маску.
— Спасибо, что принесли котенка, но в этом не было нужды. Все равно с понедельника вы выходите на работу. Если кошки будут досаждать вам, просто шуганите их, и все.
Значит, Джошуа решил, что она воспользовалась котенком как предлогом? У Клеменси свело живот. Неужели ей действительно нужен предлог, чтобы увидеться с ним?
— Как себя чувствовал Джейми сегодня утром? — Она едва узнала собственный жеманный голос. Что за чушь? Совсем не обязательно делать вид, будто они совершенно чужие люди.
— Нормально, — лаконично ответил он.
— Когда он сможет вернуться домой?
— В начале следующей недели. — Он сделал паузу. — Спасибо за помощь, которую вы оказали мне в эти дни.