Чтение онлайн

— Ты сама слышишь, что городишь? Не смеши меня.

— Не вижу ничего смешного! — У Клеменси не было ни малейшего намерения смеяться, но внезапно она поняла, что Джошуа прав, и невольно улыбнулась. Она молола вздор.

Когда уголки ее рта приподнялись, у Джошуа потеплели глаза. Клеменси ощутила холодок под ложечкой. Черт бы побрал ее слабость! Если Джошуа шагнет навстречу и обнимет ее, она тут же упадет в его объятия. Но это ничего не решит: сосущая пустота внутри исчезнет только

на мгновение.

— Я хочу поскорее забыть эту ночь, — торопливо промолвила она. Я не хочу терять тебя. Не хочу стать одной из твоих бывших любовниц.

— Хочешь притвориться, что ничего не было? Заткнуть уши? Как с Саймоном и Лайзой?

Клеменси вздрогнула и отвернулась, чтобы не дать Джошуа увидеть ее лицо.

— Извини. — Харрингтон положил руку на ее плечо. — Это было непростительно. — Он медленно повернул Клеменси лицом к себе. — Клеменси, ты не можешь заставить время двинуться вспять. — Джошуа не сводил глаз с ее губ. — Я тоже не могу, — пробормотал он. — Да и не хочу, черт побери! — Рука, лежавшая на ее плече, напряглась.

— Я не хочу ничего не значащей, случайной интрижки с тобой. — Клеменси рывком освободилась. Достаточно было одного его прикосновения, чтобы ощутить ответ собственного тела и потерять решимость. — Не хочу каждое утро убегать из твоей постели, боясь близнецов.

— Так вот почему… — Он нахмурился. — Проклятие, Клеменси, а я, по-твоему, хочу этого?

— Я не знаю, чего ты хочешь, — устало ответила она. — Я понятия не имею, о чем ты думаешь. И что чувствуешь.

— Хочешь, чтобы я сказал, что люблю тебя?

Застигнутая врасплох его прямотой, она инстинктивно опустила глаза и густо покраснела.

— Не могу, — спокойно промолвил Джошуа. — Не могу обещать тебе любовь до гробовой доски и не требую того же от тебя. Этой ошибки я больше не допущу никогда. — На его челюсти снова забился мускул, а потом вдруг успокоился. — Мне хорошо с тобой. И не только в постели. Хотя это немалый плюс.

Клеменси не смогла ответить на его улыбку. А что будет, когда она начнет надоедать ему? Когда ее физическая привлекательность увянет?

— Ты дорога мне. Я никогда не заставлю тебя страдать, — мягко сказал он.

Нет, заставит. Это неизбежно. Уже заставил. Клеменси медленно подняла глаза. Она любит его, но как сильно? Достаточно, чтобы рискнуть? Довольствоваться малым, зная, что завтра можно лишиться и этого? Бросить карьеру?

— Клеменси… — негромко поторопил он.

— Все это из области фантастики, — ровно ответила она. — Мне только что сообщили, что собеседование прошло успешно.

— Понял. — Его глаза тут же стали чужими и бесстрастными. — Поздравляю.

— Спасибо. — О господи, с чем поздравлять? Джошуа и

в голову не приходит, что она может не принять этот пост. Настолько не приходит, что он палец о палец не ударит, чтобы отговорить ее.

— Когда приступаешь? — Он шагнул к дверям, окончательно овладев собой.

— Через две недели лечу в Париж. — Скажи хотя бы, что будешь скучать по мне! Клеменси вышла за ним в коридор. — А потом в Милан и в Австралию.

От недавней радости не осталось и следа. Не было сил даже на то, чтобы изобразить фальшивый энтузиазм.

— Я хочу, чтобы мы по-прежнему оставались друзьями! — выпалила Клеменси, несчастными глазами глядя на остановившегося у порога Джошуа.

— Мы никогда ими не были, — негромко ответил он.

— Нет. — Их всегда физически влекло друг к другу. И прошлой ночью случилось неизбежное.

— Желаю удачи. — Он бережно прикоснулся к ее лицу. — Береги себя, ладно?

— И ты тоже. — Казалось, они попрощались навсегда. Что было смешно, учитывая их соседство. Она непременно увидит его, когда вернется домой. Столкнется в деревенском магазине. Помашет рукой, увидев за забором сада.

Клеменси смотрела вслед шедшему по тропинке Джошуа, и у нее сжималось горло. Он сказал «прощай» тому немногому, что было у них общего, как и она, зная, что отныне все будет по-другому. Ничто не вернется. Все останется в прошлом. Он уходит из ее жизни.

А она позволяет ему сделать это.

— Клеменси, пойдешь на ланч? Уже почти два часа.

В кабинет вошла одна из ее коллег, и Клеменси подняла глаза. Она не знала, что уже так поздно.

— Я хотела закончить отчет, — пробормотала она.

— Принести тебе сандвич из буфета? С яйцами и майонезом?

Клеменси побелела. При воспоминании о том, что было, когда она попыталась позавтракать, желудок взбунтовался.

— Нет, спасибо, — поспешно сказала она.

— Ты ужасно выглядишь. Даже хуже, чем утром. — Женщина сочувственно посмотрела на осунувшееся лицо Клеменси.

— Меня немного тошнит, — призналась она.

— Надеюсь, ты не заболеешь до того, как приступишь к новой работе.

— Наверно, я просто устала. — Прошлая неделя была тяжелой, да и эта складывалась немногим легче. Передать дела преемнице. Собраться. Договориться со знакомой парой, что они раз в неделю будут приходить убирать коттедж и присматривать за садом. В прошлую пятницу она ездила в Лондон на встречу с бригадой аудиторов, которая вернулась из трехнедельной командировки в Женеву. Уик-энд провела с родителями. В субботу она снова переночует у них, а в воскресенье улетит в Париж с новыми коллегами.