Полюби незнакомца
Шрифт:
– Что ты здесь делаешь?
– отрывисто спросила Марелда.
Ее недовольный тон смутил служанку. Она робко заморгала и неловко откашлялась, прежде чем ответить.
– Я ... масса Эштон велел...позвал меня и приказал побыть с миз Лирин, пока его, значит, не будет...глядишь, она очнется и позовет, или ещё что ...
– Я посижу с ней, - Марелда резким кивком указала оробевшей негритянке на дверь.
– Отправляйся на кухню и приготовь что-нибудь прохладительное. Если ты мне понадобишься, я позвоню, - Девушка нерешительно кивнула и направилась к двери, а Марелда бросила ей вслед: - Не забудь закрыть дверь.
Она удобно устроилась в кресле напротив того места, где только что сидела
– Навсегда ...
– забывшись, прошептала она чуть слышно, смакуя это слово.
Мелодичный перезвон настенных часов вторгся в сны Лирин, навязчиво напоминая о том, что она так до сих пор и не знает ничего о том, каково её место в этой новой для неё жизни. Она слабо простонала и прижала руку к голове, которая даже во сне раскалывалась от боли. Пальцы её нащупали шишку, и она мечтательно подумала о холодном полотенце, которое накануне так замечательно успокаивало боль. Она вспомнила о тазике с холодной водой, который стоял на столике у кровати, и, опершись локтем о подушки, потянулась за полотенцем.
– Ну, наконец-то, а я уж думала, вы так никогда и не проснетесь! Резкий голос Марелды нарушил тишину, заставив Лирин испуганно вздрогнуть. Сразу видно, что вы, милочка, и понятия не имеете об упорядоченной жизни.
Лирин попыталась приподняться, уперевшись локтем в подушку, но комната тут же завертелась у неё перед глазами и она со вздохом прикрыла глаза. Прошло немного времени, и дурнота отступила. Лирин приоткрыла глаза.
– Прошу извинить, мадам, вы меня напугали.
Марелда ехидно усмехнулась.
– Да неужели?!
Злая ирония в её голосе застала Лирин врасплох. Она тщетно ломала голову, но никак не могла вспомнить, были ли они знакомы прежде, и понятия не имело о том, чем вызвана подобная враждебность.
– Я Марелда Руссе. Мне хотелось бы знать, кто вы такая на самом деле и для чего явились в этот дом.
Лирин рассеянно потерла рукой лоб, тщетно пытаясь понять, что нужно от неё этой красавице с недобрым лицом.
– Мадам, боюсь, что разочарую вас. Я понятия не имею, кто я такая. Даже если бы от этого зависела моя жизнь, я и тогда бы не смогла вам сказать, как я здесь очутилась.
Ледяная улыбка исказила красивое лицо Марелды. Когда она вновь заговорила, в голосе её зазвучала неприкрытая злоба.
– Послушайте, дорогуша, кто бы вы ни были, разрешите вас поздравить ваш маленький спектакль удался на славу. Вы имели наглость уверить ослепленного горем человека, что вы - его якобы погибшая жена. А между тем всем известно, что на самом деле та утонула, и с тех пор минуло уж три года.
– Спектакль?!
– Изумрудные глаза широко распахнулись, и Марелда увидела в них неприкрытое удивление. Лирин снова откинулась на подушки. Увы, мадам, - вздохнула она, - если бы это на самом деле был спектакль! Тогда я бы с нетерпением ждала конца. А теперь я так страдаю, что сон единственная моя возможность хоть ненадолго забыться!
– Да, да, конечно, и
– с издевкой добавила Марелда.
Эти необыкновенные глаза опять обратились к ней, но в этот раз Марелде показалось, что цвет их стал темнее, может быть, из-за того, что девушка нахмурилась.
– Неужели вы и в самом деле считаете, что мне пришло в голову сначала расцарапаться до неузнаваемости, а потом кинуться под колеса экипажа? Да это просто глупо!
– Бросьте, - отмахнулась Марелда.
– Да я на своем веку повидала немало девиц, которые пошли бы и не на такое ради столь завидного приза, как ваш, - Она опустила глаза и с минуту любовалась своими холеными, сверкающими ноготками.
– Хотя вы и жалуетесь на головную боль, похоже, она не очень-то вам мешает изобретать всякие небылицы, лишь бы добиться своего!
Лирин беспомощно покачала головой. Боль все росла, становилась почти нестерпимой, а она все ломала голову, уже почти отчаявшись подобрать ключ к разгадке этой странной тайны.
– Послушайте, я и в самом деле не имею ни малейшего понятия, почему вы меня так ненавидите. Конечно, я не могу поклясться, но что-то мне подсказывает, что мы никогда с вами прежде не встречались и, уж конечно, я не сделала вам ничего плохого.
Терпению Марелды наступил предел. При виде этого покрытого синяками и ссадинами, но тем не менее ослепительно прекрасного лица в душе её всколыхнулась черная ненависть. Она поднялась с кресла и подошла к окну, стараясь взять себя в руки.
– Ничего плохого, вы так уверены?
– В голосе её явственно прозвучала едкая насмешка.
– Если вы и в самом деле та, за которую себя выдаете ...
Усталость навалилась на Лирин с такой силой, что она едва нашла в себе силы, чтобы чуть слышно пролепетать:
– Не я, а этот мужчина, Эштон, он утверждает, что это мое имя. А я, если честно, и сама не...
Марелда резко обернулась, и при виде её лица у Лирин перехватило горло.
– Если вы действительно его жена, то это для меня удар ножом в спину! Ведь это я, слышите - я! Я была его невестой и стала бы женой, если бы он не отправился в то злосчастное плавание в Новый Орлеан. Будь проклят этот негодяй! Там он встретил другую, влюбился в неё без памяти и женился, а я дни и ночи рыдала в подушку! А потом вдруг он вернулся, одинокий, вдовец, но прошли месяцы, пока в душе у меня снова появилась надежда, - Марелда, как пойманный в клетку дикий зверь заметалась по комнате.
– Первое время он ничего не видел от горя. Мне казалось, что в душе его умерло все, кроме воспоминаний. Чего я только не делала, чтобы смягчить его боль, а он ... он даже не замечал меня! Последняя судомойка на кухне значила для него больше, чем я! Наконец мне показалось, что жизнь возвращается к нему, он снова становился мужчиной, и надежда улыбнулась мне. Вчера вечером мы собрались, чтобы отметить его возвращение домой, а я мечтала только о том, как выбегу ему навстречу и его руки прижмут меня к груди. И он вернулся ... но на руках у него были вы, а не я. Так что эта ваша невиновность ... если вы и в самом деле Лирин, во что я не верю... вы мне враг.
– Мне очень жаль, - тихо пробормотала Лирин.
– Ах, вам жаль!
– яростно вскинулась Марелда, но, взяв себя в руки, злобно скривила губы.
– Как это мило! У меня сразу стало легче на душе! Только учтите - меня вам не удастся обвести вокруг пальца и эта ваша притворная невинность на меня не действует! Ну, что ж, радуйтесь, пока ваше время, но учтите - я ни перед чем не остановлюсь, лишь бы докопаться до правды! И когда ваш обман вскроется, никто не обрадуется этому больше меня. Тогда придет мой черед праздновать, а пока прощайте, милочка. Спите спокойно... если можете.