Чтение онлайн

8

В Честер Милле был только один дантист. По имени Джо Боксер. В конце Страут-Лейн располагался его зубоврачебный офис, где из окон кабинета приоткрывался живописный вид на речушку Престил и мост Мира. Приятный вид, знаете ли, если сидишь прямо. Большинство посетителей вышеуказанного кабинета проводили там время в полулежащем состоянии, и наслаждение их глазам обеспечивали несколько десятков приклеенных к потолку фотографий любимой собачки Джо Боксера породы чихуахуа.

– На одной из тех фоток та чертова собака, похоже, словно опорожняется, - рассказывал после очередного визита к дантисту

Даги Твичел своему приятелю Расти.
– Может, эта порода просто всегда сидит в такой позе, но я так не думаю. Думаю, я пролежал полчаса, именно созерцая то, как заслюнявленное животное выжимает из себя говно, пока тот еще кобель Боксер выковыривал у меня из челюсти два зуба мудрости. Отверткой, судя по моим ощущениям.

Поперечная вывеска, которая виднелась рядом с дверьми офиса доктора Боксера, имела вид баскетбольных трусов размера достаточного, чтобы налезть на какого-нибудь сказочного великана. Выкрашена она была кричащими золотым и зеленым - цвета местных «Уайлдкетс». Надпись на ней гласила: «ДЖОЗЕФ БОКСЕР, доктор зубоврачебной хирургии». А ниже: «БОКСЕР - ЭТО МГНОВЕННО». Он действительно работал фантастически быстро, с этим соглашались все, но не признавал никаких медицинских страховок и принимал плату только денежной наличностью. Если, скажем, к нему заявлялся какой-нибудь лесоруб с нагноением десен и щекой надутой, как у белки, которая насовала себе полный рот орешков, и начинал что-то говорить о зубоврачебной страховке, Боксер советовал ему сначала получить живые деньги от «Синего Креста» или «Антема» [294] , и тогда уже приходить к нему.

Минимальная конкуренция заставила бы его смягчить свою драконовскую политику, но с полдесятка дантистов, которые старались укорениться в Честер Милле с начала девяностых, не выдержали и сдались. Ходили слухи, что это добрый друг Боксера Джим Ренни мог приложить руку и делает невозможной зубоврачебную конкуренцию в городе, но никаких конкретных доказательств не было. Тем временем Боксера можно было каждый день увидеть за рулем «Порше», наклейка на бампере которого гласила: «ВТОРАЯ МАШИНА У МЕНЯ ТОЖЕ ПОРШЕ!»

Когда Расти, а следом и Барби, следуя за ним, появились из коридора, Боксер уже отправился к входным дверям больницы. То есть старался, потому что Твич все еще держал его за руку. На второй руке Боксера висела корзина, заполненная вафлями «Егго» [295] . Одни лишь коробки вафель и больше ничего. У Барби мелькнула мысль (и не впервые): а не лежит ли он сейчас временами в какой-то канаве вне паркинга «Диппера», избитый в говно, и переживает ужасные видения своего поврежденного мозга?

– Я не останусь!
– тявкнул Боксер.
– Мне нужно отнести это домой и положить в холодильник! Тем более то, что вы предлагаете, почти наверняка не имеет никаких шансов, поэтому уберите прочь от меня свои руки.

Барби отметил пластырь

в форме мотылька, который сидел у Боксера на одной из бровей, и большую повязку у него на правой руке. Похоже на то, что дантист захватил эти вафли в серьезной битве.

– Скажите этому держиморде, чтобы убрал от меня свои руки, - обратился он, увидев Расти.
– Рану мне обработали, теперь я иду домой.

– Еще не сейчас, - сказал Расти.
– Вам предоставили бесплатную медпомощь, и я жду от вас благодарности.

Боксер был небольшим дядечкой, футов пять и четыре дюйма в высоту, но тут уже он вытянулся в полный рост, выпятив грудь:

– Ждите и будьте прокляты. Я не расцениваю оральную хирургию - на которую, кстати, я не получил сертификата от штата Мэн - как равноценную отплату за пару пластырных повязок. Я зарабатываю себе на жизнь работой, Эверетт, и ожидаю, что моя работа будет оплачена.

– Плату вы получите на небесах, - произнес Барби.
– Не так ли сказал бы ваш друг Ренни?

– Он не имеет никакого отношения к…

Барби подступил ближе и впялился в сделанную из зеленого пластика продуктовую корзину в руке Боксера. Там, на рукоятке, ясно читались печатные буквы: «СОБСТВЕННОСТЬ "ФУД-СИТИ"». Боксер попробовал, правда, без особого успеха, заслонить от него корзину своим телом.

– Поскольку говорится об оплате, нам интересно, вы заплатили за эти вафли?

– Не смешите меня. Все там брали себе что угодно. А я взял всего лишь это, - он с вызовом взглянул на Барби.
– У меня очень большой холодильник, и, так уже случилось, я очень люблю вафли.

– То, что все там брали себе что угодно, не очень поможет вам защититься от обвинений в грабеже, - ласково произнес Барби.

Боксеру просто некуда уже было тянуться выше, однако как-то он это сделал. Лицо у него покраснело почти до пурпурности.

– Тогда ведите меня в суд! Откуда здесь суд? Дело закрыто! Да?

Он уже чуть было не отвернулся, но Барби его схватил, но не за руку, а за корзину.

– В таком случае я это конфискую, вы согласны?

– Не имеете права!

– Нет? Тогда ведите меня в суд, - улыбнулся Барби.
– О, я забыл, откуда здесь суд?

Доктор Боксер покосился на него, оскалив свои мелкие, безукоризненные зубки.

– Мы запросто приготовим эти вафельки в тостере в нашем кафетерии, - сказал Расти.
– Объедение будет.

– Ага, надо скорее включить тостер, пока у нас еще работает электричество, - пробурчал Твич.
– А как выключится, можно насадить их на вилки и поджарить в инсинераторе на заднем дворе.

– Вы не имеете права.

– Позвольте мне полностью прояснить для вас ситуацию, которая сложилась, - начал Барби.
– Если вы не сделаете того, что от вас хочет Расти, я не имею намерения отдавать ваши «Егго».

Захохотал Чез Бендер, у которого были залеплены пластырем переносица и щека. Не по-доброму захохотал:

– Платите наличными! Разве не так вы сами постоянно говорите, док?

Боксер перевел свой горящий взгляд сначала на Бендера, потом на Расти.

– То, чего вы желаете, почти не имеет шансов на осуществление. Вы и сами должны это понимать.

Расти открыл жестяную коробку и протянул к нему. Внутри лежало шесть зубов.

– Тори Макдоналд прособирала их возле супермаркета. Ползала на коленях и нащупывала пальцами в лужах крови, которая натекла с Джорджии Руа. Итак, если вы желаете в ближайшее время завтракать вафлями «Егго», доктор, вы должны вставить эти зубы назад в голову Джорджии.