Чтение онлайн

— Она права, — медленно сказала Хочи. — Между нами и Манхэттеном слишком много солдат Армии; северный путь самый лучший. — Она побарабанила пальцами по столу. — Насколько полезен может оказаться этот Партиал? Он знает, где взять лодку?

— Вдоль Северного Побережья полно лодок, — сказала Кира. — Мы видели их повсюду во время имущественных рейдов. Все, что нам нужно, это найти одну лодку с полным баком топлива. Оно, конечно, старое и разрушит двигатель, но мы успеем переплыть прежде, чем движок сдохнет.

— Если у нас получится, —

сказал Маркус. — В эти дни существует гораздо большая вероятность того, что Голос нападет на Ист Мидоу.

— Они не пойдут за кучкой безоружных детей, — сказала Хочи.

Кира покачала головой:

— О, нет, мы будет вооружены.

— И все же, — ответила Хочи, — они революционеры, а не убийцы.

— Не стоит строить такие далекие планы, — сказала Изольда. — Ничего не будет иметь значения, если вы не сможете вытащить Сэмма из больницы. Или, если вы вообще в больницу проникнуть не сможете.

— Это самая трудная часть, — согласилась Кира. — Они держат его в укрепеленном помещении на первом этаже, я видала, когда уходила. Там все кишит охранниками. Если мы сможем найти способ застать их врасплох…

— Вообще-то он не там, — сказал Маркус. Кира приподняла брови и он наклонился вперед, понизив голос до шепота: — Мкеле сделал эту комнату в качестве приманки. Самого Сэмма держат наверху в конференц-зале всего лишь с двумя охранниками.

— А ты откуда знаешь? — спросила Хочи.

Маркус улыбнулся и посмотрел на Киру:

— Знаешь того парня, что торгует рыбой на парковке больницы? Один из охранников, подсевший на устрицы, попросил меня принести ему их немного на обед. Их там наверху только двое. — Он усмехнулся. — Так что это точные сведения.

— Это поможет нам пробраться внутрь, — сказала Хочи, — но когда мы ударим, они вызовут подмогу и мы никогда не выберемся оттуда.

— А как на счет небольшой диверсии? — спросила Изольда. — Меня с вами не будет, так что, что если я сделаю что-нибудь, что отвлечет внимание всех солдат?

— Диверсия может сработать, — сказал Маркус, — но это должно быть что-то грандиозное — мы не можем посто переключить их внимание, мы должны вовлечь их во что-то, что вызовет переполох. Событие должно стать просто эпохальным.

Кира кивнула, холодно глядя в пол. Если она ввязалсь в это, она должна идти до конца.

Она медленно сказала:

— Как на счет общегородского бунта?

Кира стояла в тени разрушеного ресторана на углу Тернпайк и Проспекта, в квартале от больницы. «У Аладдина». Шашлычная, на первый взгляд, вся распалась и заросла травой. Из-за кудзу Кира могла выглядывать за угол, не боясь быть замеченной, и наблюдать за больницей. Уже начала образовываться толва. Слово распространялось.

— Изольда отлично справляется, — пробормотала Кира. — Полагаю, когда всем известный помощник сенатора распространяет слухи, народ прислушивается.

— Сенат узнает, что

это она сделала, — сказала Хочи. — Они убьют ее за это.

— Даже если они ее вычислят, с ней все будет в порядке, — сказала Кира. — Она беременна. Даже Мкеле не рискнет причинить ей вред.

— Чтобы сохранить свое доброе имя? — спросила Хочи. — У него и так его скоро не будет. Детоубийство покажется самым добрым поступком, свершенным им за неделю.

— С Изольдой все будет в порядке, — настойчиво сказала Кира. Она сделала несколько шагов, испытывая свою ногу, и сморщилась от мысли о том, как сильно она собралась ее нагрузить. Кира помедлила в раздумьях, затем сняла рюкзак и открыла аптечку.

Хочи с неодобрением смотрела на то, как Кира достала шприц и ампулу Налоксона.

— Наркотики?

— Я едва могу идти, — сказала Кира, подготавливая иглу. — Если эту ночь я проведу, убегая от стрелков Армии, то мне понадобится еще болеутоляющее.

Хочи ухмыльнулась.

— Ты взяла достаточно для всех?

— Заткнись.

Кира поднесла шприц к ноге, сделала инъекцию и прилепила лейкопластырь поверх крошечного пузырька крови, появившегося на месте укола. Почти мгновенно она почувствовала действие препарата, но эффектам подвергся скорее ее мозг, а не нога. Ее восприятие нарушилось легким гулом, а движения стали немного заторможенными. Морфин подействовал сильно. «Я что, вколола слишком много?»

— Лучше? — спросила Хочи и покачала головой, когда Кира кивнула. — Просто оставайся передо мной, если нам нужно будет стрелять. Я бы не хотела, чтобы ты прострелила мне зад из-за того, что этот наркотик притупил твои рефлексы.

— А вот и Маркус, — сказала Кира и указала на большую группу, которая шла по улице. Высокая фигура Маркуса виднелась в центре группы. Толпа неразборчиво кричала и что-то громко обсуждала. Кира услышала обрывки их разговора:

— …сказали, что Партиал… почему ничего не говорили… еще один вид РМ… Сенат знал…

— Несомненно, секрет перестал быть секретом — если не раньше, то сейчас, — произнесла Кира. — В любом случае, план Сената будет разрушен.

Толпа шла мимо, ожесточенно призывая Киру и остальных присоединиться. Кира взяла свои сумки и пошла в хвосте группы. Хочи последовала ее примеру; Маркус чуть приотстал, чтобы оказаться рядом с ними.

— Прекрасная ночь для линчевания, — прошептал Маркус.

Толпа перед госпиталем была огромной. Люди кричали и что-то скандировали. Главный вход был перекрыт стеной вооруженных солдат, а толпа неорганизованно двигалась перед ними, то наступая, то отходя, как неуверенная приливная волна. Кира почувствовала, как в ней стало возрастать сомнение. Что если мятеж станет причиной еще большего количества смертей? По крайней мере, Мэдисон и остальные матери должны быть в безопасности — родильное отделение было самым защищенным местом в городе. Но уже поздно отступать. Кира мысленно помолилась и продолжила идти.