Чтение онлайн

Антон прикоснулся к жесткой, горячей ладони полицейского. И невольно закрыл глаза - прохожие смотрели, как начальник любезно прощается со своими попутчиками.

– До свидания, господин начальник!
– с трудом выдавил Антон, не глядя на полицейского. Потом обернулся и кивнул земляку. Он заслуживает доверия, ибо промолчал, доказав тем самым свою непричастность к делам полиции. Страхил с Антоном быстро пошли прочь, а начальник остановился во дворе управления, слушая какого-то агента. Партизаны тем временем пересекли площадь, свернули направо и тут заметили, что какой-то человек

направляется прямо к ним. Страхил кашлянул - это был знак: внимание!

– Он меня знает, это торгаш Хаджииванов, - сказал Страхил и усмехнулся.
– Как только разминемся, ты сворачивай к Бане, пароль знаешь. Сбор в рощице за селом. Если задержусь, меня не жди!

Хаджииванов ступал тяжело, опираясь на трость, и вдруг его близорукие глаза полезли на лоб. Он был в белом пиджаке, белой сорочке, из брюк вываливался круглый живот, на голове - белая панама. В ту секунду, когда коммерсант узнал Страхила, он заметил и направленный на него пистолет. Хаджииванов опешил, невольно вскинув над головой свою трость. Партизаны прошли мимо. Хаджииванов резко обернулся, снял очки: двое, завернув на перекрестке за угол, как в воду канули. Торгаш затрусил к полицейскому управлению. Часовой у входа невозмутимо твердил:

– Нельзя, уважаемый! Так мне приказано! Нельзя, говорю!

– Ах ты, дубина стоеросовая, глупая твоя башка, а еще жандарм! Ум-то у тебя есть? Мне ничего не надо от твоего начальника, я только что партизан видел, рядом совсем, понимаешь?!

Страхил с Антоном торопились поскорее покинуть город.

– Этот купчишка может пойти, а может и не пойти в полицию, да как узнаешь?
– сказал Страхил. Потом распорядился: - И у портного не задерживайся. Сразу же в рощу!

Страхил пошел направо, а Антон свернул на какую-то улочку влево. И вдруг вспомнил: где-то здесь живет один товарищ, с которым он не знаком, потому что этот человек редко бывает в горах, но о котором все знают, ибо он член областного комитета партии…

Наконец какой-то чиновник полицейского управления внял возмущенным крикам господина Хаджииванова и распорядился, чтобы его пропустили. Торговец вошел в кабинет начальника, тяжело опустился на стул, и глаза его испуганно округлились: никогда ему не приходилось видеть вместе столь важные персоны - начальника околийского и начальника окружного управления полиции.

– Говорю, схватил бы их, господин начальник, но…

– Не понимаю, что случилось?
– поднялся со своего места околийский начальник. Одновременно с вторжением господина в белом в нем шевельнулось сомнение, которое теперь обернулось убеждением. По спине начальника поползли мурашки.
– Итак, что же произошло, господин Хаджииванов?

– Да я, господин начальник, только что видел здесь двоих. Одного я знаю как облупленного… Это Страхил, партизанский воевода…

Полицейский вспомнил, что еще в машине это лицо показалось ему знакомым, но крестьянин своими разговорами рассеял его сомнение. Между прочим ввернул, что дважды приходил в околийское управление за документами, потому что в общине давали ему документ только на неделю. Неужели господин начальник его не помнит - а ведь сам подписывал бумаги… Вот это номер!

Конечно, партизан сразу сообразил, что полиция знает его, по крайней мере по фотографии…

– Господин Хаджииванов, я лично знаю этого человека, - соврал областной начальник.
– Подсадил его в Неврокопе, он тамошний. Ты, похоже, обознался.

Торговец замахал руками:

– Тогда зачем он угрожал мне пистолетом?

– С таким зрением, уважаемый, ты и карандаш можешь принять за пулемет! Не надо, прошу!
– засмеялся начальник.
– Что же у тебя получается: начальник полиции объезжает свою епархию вместе с командиром партизанского отряда, доставляет его к полицейскому управлению, а потом любезно расстается? Нет, такое может только померещиться!

А сам в это время лихорадочно думал о том, как на него будут смотреть подчиненные, если узнают, в какой просак он попал, он - известный своей проницательностью и богатым опытом. Еще неприятнее, если эта история дойдет до начальства, до Дирекции полиции.

– Поговорим лучше о чем-нибудь другом, господин Хаджииванов, чтобы развеять твои страхи! Не беспокойся, власть наша крепка. Господин Багрянов заявил вчера на секретном совещании в министерстве, - только пусть это останется между нами, - если с Германией что-то случится, мы можем смело полагаться на британские дивизии. В Болгарии их будет достаточно…

…Солнце уже садилось, когда Антон добрался наконец до рощицы за селом Баня. Кроме портного, с ними пришел один незнакомый человек, который непонятно почему поминутно называл его то «господин партизан», то «господин Антон»… Почему? Антон этого не понял, но незнакомца не поправлял. А тот постоянно спрашивал: «Вы уверены, господин Антон, что тут дорога совершенно свободна? А вдруг выставили засаду уже после вашего прихода?…» Антон подал сигнал, ему тут же ответили тихим посвистом, и появился Страхил - улыбающийся, отдохнувший. Он находился в роще по крайней мере уже часа два. Где-то поблизости должны быть и остальные. А как только стемнеет, они все вместе пересекут поле и скроются в старом лесу.

– Добро пожаловать, господин Арнаудов! Как поживает патриотически настроенная интеллигенция? Вы от Отечественного фронта?… Но по этому вопросу у нас еще будет время поговорить подробнее. А где представитель земледельцев?

– У него терпения не хватило, ушел еще вчера, - сказал ятак из Бани.

Антон подошел к своему командиру и, как только они остались вдвоем, несмотря на строгую, впитавшуюся в кровь дисциплину, не выдержал, сказал:

– Сам начальник полиции пожимает нам руки, а мы его отпускаем…

Страхил поднял брови, в глазах его мелькнул гнев. Но он счел нужным объяснить, что к чему.

– Уничтожить одного начальника полиции - не велика от этого польза. Сейчас главное - спокойно провести конференцию. А я-то думал, до тебя дошло, ведь ты уже не мальчик…

И Антон только сейчас понял, что его особенно раздражало во всей этой истории - он знал дочь общинного писаря из Белицы. Тупая косоглазая девица, просто дура.

– А ты… зачем принялся меня сватать за эту…

Страхил зажал рот, чтобы не расхохотаться в голос.