Папочка
Шрифт:
Что за чертовы шуточки! Со стояком, бушующим в моих джинсах, я вырвал вишенку из ее пальцев своими губами и всосал ее, выдавливая сок. У меня было горячее желание поцеловать ее, поделиться сладостью и попробовать ее. Мне потребовались все силы, чтобы не притянуть ее в свои объятия и не поглотить. Я не получил благодарности от маленьких голосов, звучащих в моей голове, или от моего пульсирующего члена. Я вернулся к своему мороженому и съел его, пока ничего не осталось.
– Должны ли мы начать прослушивать претендентов? – произнесла она нерешительным голосом.
– Это может подождать до понедельника, - правда
Она неуверенно переместилась.
– Ну, тогда, я думаю, пора закругляться.
Тишина затянулась, пока я не нарушил ее.
– Ди, я думаю, что тебе не стоит оставаться здесь одной сегодня ночью. Это слишком рискованно. Этот мудак может вернуться.
Она взвесила мои слова.
– Что ты пытаешься сказать? Что я должна поселиться в каком-нибудь отеле?
Или поехать ко мне домой. Мысль о том, что она голая в моей постели, заставила мой член подскочить. Прежде чем я смог ответить, она продолжила.
– Я так не думаю. Мне нужно быть здесь ради Тайсон, когда она утром вернется домой.
– Тогда позволь мне остаться здесь.
– Ты не можешь. Одна спальня принадлежит сестре, которая, вероятно, будет дома позже, другая – моя. Я делю ее вместе с Тайсон.
– Я буду спать на диване. Давай, подумай об этом. Я не приближусь к тебе, - я остановился. – Если только ты не попросишь.
Она покраснела, а затем ответила.
– Хорошо.
В мгновение ока я растянулся на диване, мои глаза закрылись с грязными мечтами о будущем.
ГЛАВА 16
Дрейк
– Как поживает мой новый пациент? – спросила она веселым голосом.
Медсестра Ди. Я сажусь и впитываю ее. Блядь. Она выглядит сексуально в этой маленькой белой униформе медсестры, которая заканчивается на середине бедра чуть выше ее чулок из ажурной сетки и этой милой шапочки с красным крестом, которая удерживает ее блестящие волосы. Мой член изнывает при взгляде на нее.
– Моя голова все еще убивает меня, - лгу я. Ну вроде. Это головка моего члена пульсирует, а не та, что выше плеч.
– Бедняжка, - она надувает эти пухлые блестящие губы. – Пришло время для твоего вишневого лекарства.
– Это заставит меня почувствовать себя лучше?
– Лучше, - мурлычет она, когда забирается на кровать и садится верхом на меня, согнув колени. Мои глаза мельком видят, что у нее между ног. Святое дерьмо. На ней нет трусиков. Моя температура повышается.
Я смотрю, как она тянется к карману и вытаскивает спелую вишню. Ее язык чувственно бегает вокруг нее, увлажняя и согревая. Затем она помещает сверкающий плод у себя между ног и втирает ее в свою киску.
– Дрейк, тебя лихорадит, - с беспокойством говорит она, прикладывая руку к моему лбу. – О, Боже, ты весь горишь!
Она не шутит. Я горю. Горю от желания. Моя температура повышается, когда она поднимает юбку своей униформы над бедрами и расставляет ноги шире, полностью обнажая свою блестящую розовую киску.
– Будь хорошим мальчиком, Дрейк, и прими свое лекарство.
При следующем горячем дыхании я набрасываюсь на нее, зарывая лицо в ее сладкой
– О, Дрейк, - кричит она, наконец, обретя свой голос. – Ты – исключительный пациент. Я кончаю.
Да, детка, если ты счастлива и знаешь об этом, кончай со мной. На моих губах. На подбородке. На носу. Души меня с удовольствием. Выкрикивая мое имя так громко, что может разбудить мертвых, она взрывается на моем лице. Все ее тело содрогается от бесконечных спазмов. Когда она отходит от оргазма, я поднимаю ее за задницу и перемещаю так, что она сидит на моем огромном члене. Я прохожусь головкой вдоль ее мокрого, опухшего, пульсирующего клитора, стимулируя ее так же, как и себя.
– О, Дрейк. Ты до сих пор горишь. Думаю, тебе нужна еще доза лекарства.
Я знаю. Мой ноющий член жаждет ее. Я так сильно хочу ее. Смоченный ее влажностью, он готов к действию. Я готов посадить в ней свое семя, подарить еще один оргазм, который она никогда не забудет. Который я никогда не забуду.
– Вылечи мою потребность, детка. Возьми меня. Объезди меня жестко.
Ее дыхание затруднено, она оборачивает пальцы вокруг моей толстой длины, пока я помогаю ей направлять его глубоко внутрь нее. Ее теплые стенки киски расширяются, чтобы вместить мой размер, и я вхожу в нее с кряхтением, ударившись о ее мягкое лоно. Она стонет. Боже, она так хорошо чувствуется. Такой горячей! Такой мокрой! Такой узкой! Сжимая ее бедра, я начинаю вколачиваться в нее. Жестче. Быстрее. Это чертовски потрясающе. Вам когда-нибудь говорили, что хороший трах – это лучшее лекарство? Ну, если нет, то я говорю это сейчас. Мои яйца сжимаются, мой член готов к неизбежному…
А потом…
– Я дома, - послышался голосок в моей голове.
Но он был не моим. Приоткрыв глаза, я внезапно проснулся ото сна, когда услышал двойной щелчок двери. Растерянный, я присел, мои глаза переместились в сторону двери, когда я вспомнил, где я находился, и что произошло прошлой ночью. Дерьмо. Этот ублюдок Кайл вернулся? Спрыгнув с дивана, одетый только в боксеры, я посмотрел на бутылку от вина, выпитую Ди и схватил ее. Мое сердце бешено колотилось в груди, когда я подошел к двери и дернул ее, открывая, готовый нанести удар. Я замер, а мои глаза расширились. Меня приветствовала улыбка, такая же яркая, как солнце.
– Привет, Дрейк! Вы тоже устраивали вечеринку с ночевкой с моей мамочкой?
Тайсон! Маленькая девочка Ди. А рядом с ней стояла привлекательная афроамериканка тридцати лет, чьи подозрительные глаза осмотрели меня, прежде чем округлиться.
– О, Боже! – женщина начала обмахиваться, когда я опустил руку с бутылкой. – И вы…
– Новый друг мамочки, - прощебетала Тайсон, прежде чем я смог хоть что-нибудь сказать.
– Привет, - сказал я с застенчивой улыбкой, надеясь, что она сможет скрыть мой позор.