Чтение онлайн

В продолжение нескольких минут я продолжал бежать по чаще. Вскоре воздух вокруг меня наполнился угрожающими криками, слышен был шум от бега преследователей, от ломаемого ими камыша, а также время от времени хрустение сучьев.

Некоторые из уродов рычали, как дикие звери. Влево от меня лаяла собака; с той же стороны раздавались голоса Моро и Монтомери, звавших меня по имени. Я круто повернул направо. Мне показалось в этот момент, будто бы Монгомери кричал, чтобы я, если дорожу своей жизнью, не останавливался.

Иловатая почва быстро стала оседать под моими ногами; тогда с отчаянной энергиею бросился я вперед и,

выпачкавшись до колен в грязи, наконец, выбрался на тропинку, вьющуюся среди высоких камышей.

Шум преследования удалился влево. В одном месте трое странных животных розового цвета, ростом с кошку, вприпрыжку бросились прочь от меня.

Тропинка шла мимо большого пустого пространства, покрытого белою известковою накипью, а затем снова углублялась в камыши.

Внезапно она сделала поворот и направилась вдоль отвесного и обрывистого оврага, напоминающего собою широкий ров в английском парке. Я бежал изо всех сил и не заметил этой бездны, терявшейся в пространстве.

Я упал в овраг, головою вперед, в куст шиповника и поднялся с разорванным ухом и весь в крови. Густой туман длинными полосами окружал меня, а на дне оврага извивался маленький ручеек; от него-то и поднимался этот туман.

Мне показалось странным видеть туман во время знойного солнечного дня, но у меня не было времени размышлять над этим. Я шел вперед, следуя направлению течения, надеясь таким образом добраться до моря и без всяких промедлений утопиться в нем. Только позднее я заметил, что во время падения потерял свою палку.

Вскоре овраг настолько сузился, что мне пришлось войти в речку. Но я быстро вышел из нее, ибо вода была горяча, как кипяток. По поверхности речки плавала тонкая сернистая кора. Вдруг овраг сделал крутой поворот почти под прямым углом, и предо мной неясно обозначился голубой горизонт.

Находящееся не так далеко море отражало в себе солнце в виде мириадов искр. Я видел смерть перед собою.

Пот градом лил с меня, но я чувствовал некоторый подъем духа от того, что несколько опередил своих преследователей. Эта радость и возбуждение помешали мне утопиться немедленно же. Я повернулся назад и стал прислушиваться. Но кроме жужжанья мошек и стрекотания насекомых, прыгавших в кустах, в воздухе было совершенно тихо.

Вдруг до моего слуха достиг едва слышный лай собаки, затем какой-то тихий говор и хлопанье бича. Этот шум то увеличивался, то уменьшался, то поднимался по речке, то как будто бы исчезал. По временам, погоня казалась оконченной.

Теперь я знал, какую защиту мог найти среди чудовищ.

Я снова продолжал свой путь к морю. Ручей с горячей водой расширился в большую губу, засоренную песком и травою, на котором, при моем приближении, закопошилось большое количество раков и еще каких-то животных на многочисленных ножках. Я добрался до самого берега и только тут почувствовал себя в безопасности. Повернувшись к морю спиною и положив руки на бедра, я углубился в созерцание окружающей густой зелени, среди которой серым пятном выделялся туманный овраг. Овладевшее мною беспечное состояние — как это ни покажется странным людям, никогда не испытавшим опасностей, — и безнадежность моего положения удерживали меня от немедленного же самоубийства.

Мне пришло на мысль, что у меня остается еще один исход. Пока Моро и Монгомери с толпою зверей ищут меня по острову, нельзя ли обогнуть плоский песчаный

берег и вернуться к ограде? Попытаться пойти против них, камнем, вырванным из непрочно построенной стены, взломать замок маленькой двери и, найдя нож или кинжал, разбить им головы при их возвращении, что, почем знать, могло и удасться? В крайнем случае такая попытка давала возможность дорого продать свою жизнь… Я направил свои шаги к западу, идя вдоль берега. Ослепительно сверкало и палило заходящее солнце, и начинался с сильным шумом низкий прилив Тихого океана. Вскоре берег стал изгибаться по направлению к югу, и солнце оказалось по правую сторону от меня. Потом, вдруг, вдали прямо перед собою я увидал несколько фигур, выходящих одна за другой из кустов, то были: Моро со своей большой серой собакой, за ним Монгомери и еще двое других. Тогда я остановился.

Они заметили меня и стали подходить, делая руками знаки. Я стоял неподвижно, смотря на их приближение. Двое людей-животных бегом бросились к кустам, чтобы отрезать мне отступление. Монгомери также побежал, но прямо на меня. Моро со своею собакой, не торопясь, шел в отдалении.

Наконец, я очнулся от своего бездействия, повернулся к морю и решительно вошел в воду. Мне пришлось идти, по крайней мере, тридцать метров, прежде чем вода достигла до моего пояса. Морския рыбы выплывали непосредственно из под моих ног.

— Что вы делаете? — вскричал Монгомери.

Я повернулся к нему, находясь уже по пояс в воде, и спокойно посмотрел на всех. Монгомери остановился, запыхавшись, на краю берега. Его лицо после бега раскраснелось, длинные, гладкие волосы были в беспорядке, его нижняя отвислая губа опустилась еще ниже, обнаруживая ряд неровных зубов. Моро медленно приближался с бледным и решительным выражением лица, в сопровождении собаки, лаявшей на меня. У обоих в руках было по длинному бичу. Немного выше, в кустах, находились на стороже люди-животные.

— Что я делаю? Хочу утопиться!

Монгомери и Моро обменялись взглядами.

— Чего ради? — спросил Моро.

— Потому что я не хочу быть изуродованным вами!

— Я вам говорил об этом уже! — шепнул Монгомери Моро; последний вполголоса что-то ответил ему.

— С чего вы взяли, что я буду вас уродовать? — спросил Моро.

— Из всего того, что видел! — ответил я. — Кроме того, вот там в кустах существа, которые…

— Замолчите! — прошептал Моро, поднимая руку.

— Не замолчу! — отвечал я. — Они были людьми, что они представляют теперь из себя? Я, по крайней мере, не буду среди них!

Мои взоры устремились вглубь острова…

Позади Моро и Монгомери, на берегу находился Млинг, слуга последнего, с одним из тех дикарей, которые гребли на шлюпке. Еще далее в тени деревьев виднелась фигура человека-обезьяны, а за ним несколько неопределенных силуэтов.

— Что это за создания? — вскричал я, указывая на них пальцем и возвышая все более и более голос, чтобы они меня услыхали. — Они били такими же людьми, как и вы, они обращены вами в презренных тварей со зверскими замашками. Это люди, которых вы сделали своими рабами, и, тем не менее, вы все-таки еще боитесь… Послушайте! — вскричал я, указывая уродам на Моро и надсаживаясь от крика, чтобы быть ими услышанным. — Послушайте, разве вы не видите, что эти двое людей боятся вас, остерегаются вас? Почему вы не осмеливаетесь напасть на них? Вас много…